Владетель (СИ) - Посняков Андрей - Страница 45

— Договорились, — кивнул я. — Утром — как солнце встанет, так и поедете.

Я посмотрел на Артамона. Парень всё ещё стоял, переминаясь с ноги на ногу, и не знал, куда девать глаза.

— Артамон, — сказал я. — Поможешь барышням вещи перенести.

— А? Да! Конечно, Александр Андреич! — он встрепенулся, подхватил шубы, которые дамы уже начали снимать, и засеменил к выходу.

Я разместил дам в своей конторе — там было чисто, просторно, стояла железная печь. Не в бараке же с мужиками им стелить в самом деле!

Я застелил свежие простыни на лежанки, поставил чайник, положил пряников — спасибо Кузьме.

— Если что — зовите Базиля, начальник охраны, в соседней избе ночует.

— Спасибо, Александр Андреевич, — почти хором сказали дамы.

Я кивнул и вышел, притворив дверь.

Ночь была морозной, звёздной. Над сопками висела луна, заливая двор серебристым светом.

Пошёл не к себе — к Михаилу, у того горел свет в избушке, парень тоже не спал. Как раз и идея появилась в голове, которую подкинули внезапные гости, и какую обсудить хотелось.

Инженер, как обычно, сидел над чертежами. При свете керосиновой лампы его сутулая фигура казалась ещё более худой, а очки отбрасывали на бумагу длинные тени.

— Не спишь? — спросил я, входя без стука.

— Не спится, — он поднял голову. — А вы? Дамы разместились?

— Разместились. Спят уже небось, — я сел на лавку, вытянул больную ногу.

— Александр Андреевич, — Михаил снял очки, протёр стёкла, — я тут подумал. Лето короткое. Месяца три-четыре — и всё, шлюзы встают. А зимой порода мёрзнет, не прокопаешь.

— Ты прям мои мысли читаешь! — улыбнулся я. — К тебе и зашел по этому вопросу. Хотел переговорить, обсудить.

— Мозговой штурм? — улыбнулся Михаил, припомнив мое странное выражение из будущего.

— Мозговой штурм, — кивнул я. — Тем более есть о чем помозговать. Из-за холодов мы теряем почти полгода. Ремонты ремонтами, но добычи нет. А это убытки.

— Вот именно, — Михаил подался вперёд. — Я вот тут подумал… А если попробовать зимой? Не на всю зиму, конечно, но хотя бы на месяц-другой. Вскрыть верхний слой, добраться до жилы.

— Как? — спросил я, хотя уже догадывался, куда он клонит. — Земля стылая. Долбить будем дольше.

— Прогревать можно, — Михаил взял карандаш, начал чертить на клочке бумаги. — Мёрзлую землю надо оттаивать. Можно кострами. Небольшими, по краям участка. Ночью жжёшь, днём — копаешь. И так — метр за метром.

Я усмехнулся.

— Ты представляешь, сколько дров уйдёт? Мы весь лес переведём. А зима — она не только холодная, но и снежная. Костры под снегом тухнуть будут.

— А если укрыть, — не сдавался Михаил. — Над костром — железный лист, сверху — земля. Жар пойдёт вниз, в грунт. И снег не завалит.

— Ты это вычитал где-то или сам придумал?

— Вычитал, — он смутился. — В журнале была статья про золотодобычу на Урале. Там мужики так делали. Правда, в небольших масштабах.

Я задумался. Если получится… если мы сможем добывать золото хотя бы два зимних месяца — это уже прибыль. А прибыль — это новые шлюзы, новые люди, новые участки.

— А если не кострами, а паром? — спросил я, вспомнив из прошлой жизни — в той, другой — «паровых иглах» для оттаивания грунта.

— Паром? — Михаил поднял брови.

— Ну, знаешь… — я замялся, подбирая слова. — Трубы в землю, а в них — горячий пар. Греет грунт без огня. И прогрев более глубокий. Костер только на поверхности согреет, а вот трубу можно и на метр углубить, и на два.

Михаил присвистнул, почесал затылок.

— Это уже инженерия, Александр Андреевич. Много чего нужно.

— Значит, так, — я посмотрел на Михаила. — Есть три варианта. Давай по порядку.

Михаил поправил очки, приготовил карандаш и чистый лист.

— Первый, — начал я. — Костры. Как ты говорил. Ночью жжём, днём копаем. Дешево, сердито, дров много.

— И толку мало, — добавил Михаил, но без насмешки, просто констатируя. — Земля оттаивает на два-три вершка. Потом снова мёрзнет. Работа копеечная.

— А если не мелкими кострами, а большими? — спросил я. — Залить участок, сверху угли жечь? Как в старину, когда дёготь гнали?

Михаил покачал головой, но записал.

— Можно попробовать. Но угля у нас — кот наплакал. А лес жечь жалко. Оставим как запасной план.

— Согласен, — я потер коленку, устраиваясь поудобнее. — Второй вариант. Шалаши. Навес, внутри печь-буржуйка. Дым вытягивать — труба над крышей.

— Уже теплее, — Михаил оживился, начал чертить. — Если накрыть участок не навесом, а брезентом или войлоком — тепло держать будет. Печь раскаляется, земля под ней оттаивает.

— А дым?

— Дым в трубу. Вытяжка.

— А угар?

— Труба нужна хорошая, сквозняк, — Михаил задумался. — Но зимой, в мороз, тяга плохая. Может, кузнечные мехи поставить, воздух нагнетать.

— Сложно, — я покачал головой.

— Да, — Михаил вычеркнул несколько строк. — Оставим печи для обогрева людей, а грунт попробуем греть паром. Это третий вариант.

— Пар, — я кивнул. И задумался. — Только вот котел новый нужно искать опять…

— А зачем искать новый? — Михаил поднял голову, глаза его блестели. — У нас же паровой молот работает. Котёл есть! Если от него отводку сделать, трубы проложить под землёй, пустить пар — порода оттает на пол-аршина за ночь.

— А что? Отличная идея! Голова!

Идея была безумной, но в ней было что-то элегантное.

— Сколько труб нужно? — спросил я.

— На один участок — саженей тридцать. На два — шестьдесят.

— Дороговато получается.

— Но эффективно, — Михаил не сдавался. — И потом, трубы не сгорят, не сломаются, если правильно уложить. На следующий год опять пригодятся.

Мы помолчали.

— Ладно, — сказал я. — Разработаем план.

Михаил удивился:

— Вы серьёзно? Не шутите?

— Какие шутки? — я протянул ему карандаш. — Конспектируй.

Я начал диктовать, а Михаил записывать.

— Первый этап — костры. Все же попробуем, чем черт не шутит. Хотя шансов мало. Но не на основном участке, а на вспомогательном. Возьмем небольшую площадку, проверим, как быстро оттаивает и сколько дров уходит. Если выгодно — будем масштабировать.

Михаил записал.

— Второй этап — навес с печью. Построим один на краю площадки, поставим железную печь. Проверим, как держится тепло, не дымит ли, не вымораживает ли. Если не получится — продадим этот навес Кузьме, он давно просит магазинчик себе.

— Кузьме? — удивился Михаил. — У вас ничего не пропадет, Александр Андреевич!

Еще бы! Прошлый опыт давал о себе знать. И если уж что-то строить, то нужно быть уверенным, что эта постройка потом окажется нужной, пусть даже и такая небольшая.

— Третий этап, и самый важный, — продолжил я. — Трубы от парового котла. И тут тебе, Михаил, придется потрудиться.

Парень вопросительно глянул на меня.

— Нужно сделать расчет, — после паузы ответил я и Михаил понял, к чему я клоню.

— Расчет такой, чтобы история с Гривой не повторилась вновь… — произнес Михаил.

Следующим утром все застелил морозный туман.

Солнце ещё не поднялось из-за сопок, но небо на востоке уже заливалось розовым, предвещая ясный, но студёный день. Дым из труб форта стлался низко, почти по земле, смешиваясь с паром, который поднимался от лошадиных спин. Кучеры дам, зябко кутаясь в овчинные тулупы, уже возились у саней, проверяя полозья и поправляя сбрую.

Я стоял на крыльце конторы, зябко кутая шею в шарф. Нога ныла — старый Громов явно не заботился о своем здоровье. Но виду я не подавал. Рядом, чуть поодаль, переминался с ноги на ногу Артамон. Парень пришёл «проведать» гостей ещё засветло, но увидев, что дамы ещё не выходили, замер у крыльца, словно вкопанный. Рубаха на нём была свежая, белая, на голове — смазанный какой-то мазью чуб.

«Ишь, жених выискался», — подумал я, пряча усмешку.

— Александр Андреевич, — тихо позвал Артамон. — Может, самовар поставить? Чтоб барышни погрелись перед дорогой?