Клифт от Бриони. Дилогия (СИ) - Путилов Роман Феликсович - Страница 11

Схватка с эйчарами.

Декабрь 1995 года. Город. Сердце Города. Мэрия.

Моя популярность в здании мэрии, следующим утром просто зашкалила. Хотя, наверное, то, что все на тебя смотрят и шепчутся за спиной, зато не отвечают на приветствия и старательно отводят взгляды трудно назвать популярностью, скорее это известность. Так вот, следующим утром в здании мэрии я был известен решительно всем, но знакомство со мной стало токсичным активом, и даже Матвей не появился на рабочем месте, хотя на часах время подходило к десяти часам утра.

Честно говоря, ничего нового местное население мне не продемонстрировало, видел я в детстве бойкоты и покруче. Я пожал плечами и подтянул к себе расписание работы депутатских комиссий на январь, которое достал мне вчера, мой пропавший без вести, помощник.

В дверь осторожно постучали, и я гаркнул, мол «входите!».

В узкую щель приоткрытой двери просунулось испуганное девичье лицо:

— Здравствуйте, вас просят пройти в кабинет номер…

Я только успел запомнить номер кабинета, куда меня «просили», как дверь захлопнулась, и донесся торопливый удаляющийся перестук каблучков. Сюда она что, на цыпочках кралась? Я сделал два шага (в моем кабинете сделать больше невозможно) и выглянул в коридор — в конце длинного коридора виднелась, торопливо удаляющаяся, девичья фигурка, а на далекой лестнице торчал крупный мужчина в черном пиджаке, похожий на охранника мэрии. Услышав скрип двери, девушка обернулась и ускорила шаг, перейдя почти на бег, после чего она со своим спутником (или охранником?), скрылись на лестнице. У меня что, теперь в этом здании репутация герцога Синяя Борода, что посыльные бояться подходить к моему кабинету без охраны? Но, делать нечего, раз попросили. Надо сходить. Был бы Матвей на рабочем месте, я бы узнал, что за зверь обитает в названном кабинете… Но, не буду же я ждать своего помощника целый день? Может быть он за границу эмигрировал на ПМЖ, кто знает?

Судя по всему, искомый мной кабинет располагался на «директорском этаже», где обитали большие городские начальники. Найдя нужный кабинет я прочитал закреплённую на двери табличку и несколько растерялся. Если я правильно понял смысл слов, то за этими дверьми обитал еще один начальник управления обеспечения деятельности мэрии, и звали его Климчук Альберт Степанович. Я хмыкнул и нажал на дверную ручку.

В просторном, современно обставленном кабинете, в котором даже следа не осталось от тяжеловесных интерьеров сталинского периода, которыми гордились обитатели полусотого дома по Красивому проспекту, сидел фактурный мужчина лет пятидесяти, в хорошо сшитом темном костюме, в кипенно белой рубашке и алым узким галстуком.

— Могли бы и постучать… — недовольно буркнул хозяин помещения, буравя меня злыми темными глазками, слишком узко посаженными на вытянутом породистом лице.

— А вы занимались чем-то непотребным? — удивился я: — Нет? Тогда зачем стучаться? — Положено так. — Отрезал хозяин помещения: — Вы вообще, кто такой?

— Громов моя фамилия, Павел Николаевич Громов народный избранник и трибун.

— А, хам трамвайный! И объясните мне, какого хрена меня, по вашей милости, выдернули из отпуска на два дня раньше срока? Вы, Громов, очень быстро находите себе недругов, и многие из них могут сильно осложнить вашу жизнь. Я вас не запугиваю, не дай Бог, вы я слышал, не из пугливых, но вот лишние неприятности вы к себе просто притягиваете.

— Знаете… — я подошёл к столу и сел на один из стульев: — Вот сейчас ваши слова звучат именно, как угроза. И, кстати, если желаете увидеть виновника вашего отзыва из отпуска, то подойдите к зеркалу. Чья вина, что ваша… — я помолчал, вглядываясь в глаза собеседника: — Ваша протеже берега попутала и в злобе своей или глупости разевала пасть на того, на кого не следует. Кстати, ещё вчера она вполне представлялась начальником управления. Не вашим замом, ни ВРИО, не заместителем, а целым начальником управления. Может быть вам подумать, насколько эта дама жаждет занять ваше место и что она готова сделать для исполнения своей мечты?

— Мальчишка! Сопляк! Да ты знаешь, подонок, что я с тобой сделаю? Ты ещё пожалеешь!

— А что вы сделаете? Машинку из гаража мэрии под мою попку не выделите? Так мне и не требуется, у нас метро отлично ходит. Квартиру не предоставите? Тоже не надо, прописан в общежитии, мне моей комнаты хватает. Путевку дадите только зимой в санаторий за Полярным кругом? Тоже спасибо, не надо, сам путевку в Турцию куплю, все инклюзив, с бесплатным пивом из пивопровода… Не пробовали? Искренне рекомендую, очень приятная процедура — круглосуточная подача пива на пляж.

— А! Я догадался! — у мужчины даже глаза загорелись: — Ты псих- бессребреник. Тогда, зачем ты воду баламутишь? Сидел бы в каморке этой, и не отсвечивал, если тебе комнатушка в общежитии — предел мечтаний.

— Тут вопрос принципиальный. Положено кабинет с окном для депутата — возьми и изыщи, раз тебя не эту должность поставили.

— Ну, точно псих. — отмахнулся от меня местный завхоз: — Близко ко мне не садитесь, а то заражусь. Вы что хотели то?

— Меня пригласили сюда зайти, девушка такая интересная, на Софью Павловну похожа, только помоложе лет на двадцать. Кстати, а где Софья Павловна, а то ку меня с ней вопрос остался нерешенный.

— Софья Павловна в мэрии больше не работает. — Отрезал Альберт Степанович: — Если у вас есть вопросы, можете задать их мне.

— А! Ну хорошо. — покладисто покивал я головой: — Вы, Альберт Степанович, воистину мужественный и смелый человек. Софья Павловна так хотела занять ваше место и быть владычицей морскою, то есть. начальником управления. Вы правду не боитесь?

— Второй вопрос. — отрезал хозяин кабинета. А он хорош, умеет держать удар.

— Второй вопрос — какие уроды из числа прихлебателей вашей фаворитки принесли два детских подарка и бросили у дверей моего кабинета. У меня сложилось впечатление, что они последние сто метров этими подарками в футбол играли. Если бы увидел, честное слово, просто головы бы открутил. Ну, разве можно так, по свински, к продуктам относиться? Их бы в блокадный Ленинград.

— Я вас понял. — губы начальника управления сжались в тонкую полоску, и я даже пожалел неведомых недоумков. Видимо Альберта Степановича мама в детстве тоже правильно воспитывала.

— У вас все? — мне кажется, или от меня торопятся избавиться?

— Да откуда все? — возмутился я: — Я еще ничего не получил. Или мне завтра в Левобережном отделении Территориального банка прием граждан устраивать? Так я готов…

— Вот ключ… — очередной ключ с картонной биркой скользнул по органическому стеклу в мою сторону и чудом задержался на краю стола — поднимать с пола или хватать ключ на лету я не собирался.

— Посмотрите кабинет, номер на бирке. Если все устроит — можете заселяться, ключи от старого кабинета отдадите коменданту здания. Относительно общественной приемной — ищите подходящее вам помещение, список свободных помещений есть в организационном отделе, которое выберете — его закрепят за вами на время ваших полномочий. Выбирайте с умом, ремонт в ближайшее время — исключительно за ваш счет, у мэрии на это расходы не предусмотрены.

— Что, так просто? — удивился я: — А нельзя было без всяческого перфоманса, от которого все только проиграли? Я не думаю, что вам понравилось…

Мужик напротив меня на секунду расслабился, закатив глаза к потолку, но это была лишь секундная слабость, которую тутже пресекли, четко обозначив, что никакого мира не будет.

— Вы получили ровно то, что положено, об остальном можете даже не мечтать. Вот когда ваши коллеги перейдут на следующий уровень жизни, вы обязательно вспомните мои слова.

— Ага, я понял. — кивнул я: — Какие-то блага получу только через ваш труп. Я запомню.

Мне что-то крикнули в спину, но я не прислушивался, искренне пытаясь понять — с каким счетом закончилась партия?