Ненужная запасная жена драконьего канцлера (СИ) - Люцифер Юлий - Страница 70

— Она переходит на другие линии.

Арден сказал:

— Вниз.

Эйран сделал шаг.

Я встала перед ним.

— Вы до порога.

— Это уже не порог.

— Именно.

Его лицо дернулось. Не от обиды. От понимания, насколько ему трудно не идти.

— Там записи моего дома.

— И моего имени. И моей матери. И женщин, которым ваш дом, государев род, храм и Сольвейны слишком долго объясняли, почему без них нельзя.

Он посмотрел вниз.

Там был враг, система, опасность, и, возможно, способ спасти город. Все, к чему он привык идти первым.

Потом Эйран отступил на один шаг.

Физически.

Медленно.

— Я останусь здесь и удержу верхний зал, если чаши начнут отвечать.

Это было больше, чем извинение.

Не красивее. Труднее.

— Хорошо, — сказала я.

Тавин хлопнул его по плечу.

— Я бы сказал, что горжусь, но испорчу момент.

— Уже испортил.

— Тогда все в порядке.

Вниз пошли я, Агата, Арден, капитан Ройс, два храмовых стража и Марта.

Да, Марта.

Я пыталась оставить ее наверху.

Она сказала:

— Кто-то должен смотреть, куда вы кладете руки.

Возразить оказалось нечем.

Лисса осталась наверху с Виверной и документами. Перед тем как я спустилась, она сунула мне маленькую папку.

— Копии по тем, кого мы уже закрыли. И твоя бирка.

— Зачем?

— Если Риана стирает отметки, покажи ей оригинальную ошибку.

— Это звучит странно.

— Я не маг, я работаю с тем, что есть.

Я взяла папку.

— Спасибо.

Лестница была узкой. Камень под ногами стертый, местами влажный. Арден шел не впереди, а в середине. Не потому что трусил. Потому что Ройс не позволил. Государь злился, но слушался. Хороший признак для человека, который только что понял, что его род замешан в вековой грязи.

Внизу оказался не зал, а длинная галерея.

По обеим стенам — металлические пластины. Тысячи. Маленькие, большие, потемневшие, новые, с краями разного цвета. На каждой имя. Иногда дата. Иногда род. Иногда только знак дара.

Не полки.

Стены.

Женские имена не хранили в коробках. Их вмуровали в металл и камень, чтобы любая башенная печать могла найти нужную линию через старый доступ.

Я остановилась.

— Сколько их?

Агата тихо ответила:

— Больше, чем я думала.

Марта не сказала ничего.

Просто перекрестилась по-деревенски, не храмовым знаком.

В дальнем конце галереи мелькнул свет.

Не черный.

Серебряный.

Риана.

Она стояла у центральной панели, спиной к нам. Невысокая женщина в темном платье служащей Сольвейнов. Рыжеватые волосы собраны в тугой узел. На левой руке действительно темное пятно — от старого ожога или родимого знака. Перед ней раскрывался круг из пластин. В руках — брачный ключ Сольвейн и тонкое шило архивной работы.

Она соскребала отметку с имени.

Не заклинала. Не пела. Не поднимала руки к небу.

Просто царапала металл.

Так иногда и выглядит преступление: человек склонился над чужим именем и методично убирает слово “закрыто”.

— Риана Сольвейн, — сказал Арден.

Она не обернулась.

— Я не Сольвейн. Я служу им.

— Отойдите от панели.

— Не могу.

Голос ровный, но плечи дрожали.

Капитан Ройс поднял арбалет.

— Можете.

— Нет, — сказала я. — Не стрелять.

Ройс замер.

— Почему?

— Посмотрите на ее руку.

На запястье Рианы был тонкий серебряный браслет. Не украшение. Не тот, что у меня. Проще. Дешевле. Но линия от него уходила в панель.

Ее привязали к работе.

— Риана, — сказала я. — Кто надел браслет?

Она наконец повернула голову.

Лицо у нее было обычное. Усталое, некрасивое от страха. Щека в пятнах, глаза красные. Не тайная злодейка. Не фанатик. Женщина, которую долго учили быть незаметной, а потом выбрали именно за это.

— Меланта.

— Драммонт?

— Он дал ей. Сказал, если я сотру семь отметок, клятва с госпожи Виверны спадет.

Агата резко выдохнула.

— Ложь.

— Я знаю, — сказала Риана. — Уже знаю.

— Тогда остановитесь.

Она показала запястье.

— Не могу.

Шило в ее руке снова дернулось к пластине. Она пыталась удержать, но браслет тянул. Металл скрипнул. С имени слетела еще одна царапина.

Галерея отозвалась.

Не голосом. Сразу десятком пластин, которые дрогнули на стенах.

На одной вспыхнуло имя.

Мирна Остер.

Мы только что закрывали его наверху.

Теперь отметка снова стала тоньше.

— Ройс, браслет, — сказал Арден.

— Нет! — крикнула Риана. — Если сломать резко, панель откроет все семь!

Она уже плакала.

Но рука продолжала царапать.

Марта тихо сказала:

— Вот же сволочи. Даже чужими руками гадят.

Я подошла на шаг ближе.

Агата схватила меня за рукав.

— Осторожно. Это рабочий канал.

— Знаю.

— Если возьмешь на себя...

— Не буду.

Не обещала бы, если не знала.

Но теперь я знала чуть больше.

У приказа есть структура. У браслета — цель. Не “подчинить Риану” вообще. Заставить ее сделать конкретное действие: снять отметки с семи имен.

Значит, надо не разорвать браслет.

Надо испортить действие.

— Риана, какие имена? — спросила я.

— Что?

— Какие семь? Смотри на них. Называй.

— Я не...

— Называй, пока рука работает. Быстро.

Она всхлипнула, но посмотрела на панель.

— Мирна Остер. Алина Крейс. Солма Рид. Нимея Лиордан...

Голос сорвался.

У меня внутри все сжалось.

— Дальше.

— Ровена Харт. Иста Мерр. Сэйра Лиордан.

Вот.

Семь.

Не случайные. Пепельные и охлаждающие линии, совместимые с башней.

— Лисса! — крикнула я вверх, не зная, услышит ли. — Список семи имен! Мирна Остер, Алина Крейс, Солма Рид, Нимея Лиордан, Ровена Харт, Иста Мерр, Сэйра Лиордан! Проверь копии!

Сверху донесся ее голос, глухой из-за лестницы:

— Слышу!

Риана снова дернулась. Шило пошло к имени Нимеи.

Нет.

Я шагнула ближе и положила свою папку на пол.

— Риана, слушай. Ты сейчас не стираешь имена. Ты исправляешь ошибку.

Она уставилась на меня.

— Что?

— Повторяй. “Мирна Остер недоступна”.

— Я не могу...

— Можешь говорить?

— Да.

— Значит, говори. Рука делает одно, рот — другое. Магия Драммонта любит порядок. Дай ей два приказа сразу.

Агата тихо сказала:

— Может сработать.

— Может? — спросил Ройс.

— У вас есть лучше? — бросила Марта.

Риана дрожала.

Шило скребло у края имени Нимеи.

Я сказала:

— Повторяй.

Она закрыла глаза.

— Мирна Остер недоступна.

Пластина Мирны мигнула.

Рука Рианы дернулась сильнее, будто браслет злился.

— Алина Крейс недоступна, — сказала я.

Риана повторила.

— Солма Рид недоступна.

Повторила.

Шило остановилось в миллиметре от имени матери.

Пальцы Рианы побелели.

— Нимея Лиордан... — начала я и вдруг не смогла просто сказать формулу.

Марта рядом тихо произнесла:

— Говорите.

Я вдохнула.

— Нимея Лиордан недоступна. Ее дар не является мостом, фильтром, запасом или долгом.

Риана повторила не сразу. Сбилась на слове “фильтром”. Заплакала. Повторила снова.

Пластина Нимеи на стене вспыхнула серым.

Не сильно.

Но достаточно, чтобы шило выпало из руки Рианы.

Браслет на ее запястье задымился.

— Назад! — крикнула Агата.

Риана упала на колени, схватившись за руку. Ройс бросился к ней, но Марта оказалась быстрее: накинула на дымящий браслет мокрую ткань, которую, кажется, носила уже просто по привычке. Агата наложила храмовый знак.

Браслет треснул.

Не взорвался.

Просто развалился на две половины.

Риана разрыдалась так, будто все это время держала не только руку, но и дыхание.

— Я не хотела. Госпожа Виверна... мне сказали, она умрет, если я не...