Секрет княжны Романовской (СИ) - Эймс Глория - Страница 10

Ночь в покоях Зимнего дворца прошла удивительно хорошо. Горничная с подсвечником в руке сразу провела меня в опочивальню, даже не пришлось никого просить или намекать, чтоб указали, где моя комната. Насколько я помнила из все того же текста на стенде в усадьбе, Лейхтенбергским были отведены покои неподалеку от императорских, и Шурочка должна была отлично знать, куда идти.

Я же, проведя все детство на экскурсиях в Эрмитаже, ориентировалась во дворце достаточно неплохо, разве что выходы в запасники, которые в моем времени были закрыты, здесь оставались доступными. Однако моих знаний хватило на то, чтобы спокойно пройтись по залам и не заблудиться.

Утро началось с легкого завтрака и выбора платья. На второе я потратила несколько часов и ничуть об этом не жалела. А все дело в том, что мне безумно хотелось примерить весь имеющийся гардероб. Да и какая девушка удержалась бы от соблазна покрасоваться перед зеркалом в роскошных юбках? А сшиты они были из шелка, тафты, атласа, бархата и еще нескольких необычных тканей, названия которых я даже не знала.

Удивительно, сколько радостных оттенков было в гардеробе Шурочки в противовес мрачным темным тонам, что я видела в экспозиции музеев в своем мире!

Примеряла я все с перерывами на чай, и горничные смиренно следовали моим просьбам. Приказывать и повелевать у меня как-то не особо получалось, скорее, мои пожелания звучали именно как вежливые просьбы. Уж не знаю, как раньше Шурочка общалась с горничными, но они очень охотно слушались, подавая все необходимое.

Наконец, я остановила выбор на нежно-зеленом платье с глубоким декольте, притом без рукавов — в самый раз для бала-маскарада (а именно о нем шла речь накануне, насколько я поняла из разговоров папеньки с государем).

— Сильно не шнуруйте, — предупредила я, надевая корсет.

И сразу поймала недоумевающий взгляд горничной.

Видимо, Шурочка любила утягиваться до осиной талии. Однако мне все-таки дорого здоровье, поэтому я предпочла легкую шнуровку, без жесткой утяжки.

Последним штрихом стала изящная кружевная маска, закрывавшая половину лица.

Вся прекрасная и благоухающая, как нежный цветок, я спустилась в зал, где уже собрались гости. «Сотня-другая — только самые близкие», — мелькнула насмешливая мысль.

Людей и вправду было очень много, все в маскарадных костюмах, но я без труда нашла среди них папеньку. Роскошные усы выдавали его с головой. А вот Николая узнала не с первого взгляда: он выглядел немного иначе, чем обычно, и даже не маска, а нечто иное изменило его лицо. Только когда оказалась рядом, поняла, что это он.

— Что это? — я прикоснулась к невесомой, будто парившей в паре миллиметров от лица маске, от которой по воздуху шли дорисованные скулы, совсем не такие, как у Николая, и потому менявшие лицо почти до неузнаваемости.

— Новый модный морок, — как само собой разумеющееся, объяснил Николай.

— Вы, магическая молодежь, готовы лицо терять при любом удобном случае, — посетовал папенька. — В наше время модный морок был строго запротоколирован на любом балу, а сейчас кто во что горазд, вы только посмотрите!

И вправду, подобные маски, не только скрывавшие, но и дополнявшие лица, были у многих гостей. Видимо, обладать магией среди аристократов здесь было вполне обычно. К счастью, так же обычно, как и не иметь ее — в случае Лейхтенбергских.

Кружась в вальсе вместе с Николаем, я с удовольствием отдавалась ритму, впрочем, не забывая смотреть по сторонам и подмечать интересные детали. Ведь чем быстрее я освоюсь, тем меньше будет поводов меня разоблачить.

Снова слышались обрывки разговоров:

— …После заключения Айгунского договора нам было бы неплохо договориться с Китаем о Приамурье и Приморье… — доносилось со стороны не танцевавших солидных господ в традиционных кружевных масках.

— …Посмотрите на платье невесты! Бесподобная вышивка! — летел шепот танцующей молодежи мне вслед.

— …Скоро начнутся осенние балы, столько всего нужно подготовить… — вздыхали маменьки у колонн, подсчитывая расходы и хлопоты.

После нескольких туров вальса Николай, оставив меня на минуту возле папеньки, отошел за прохладительными напитками, которые что-то все не несли в нашу часть зала.

Обмахиваясь веером, я чувствовала себя под маской просто восхитительно — узнанная, но не разоблаченная. Улыбалась гостям, чуть двигалась в такт полонезу, зазвучавшему на смену вальсу.

А затем подняла глаза… и увидела его .

Ко мне приближался мужчина в темно-синем сюртуке, с горящим взглядом и уверенной осанкой. Под маской, слитой с мороком, распознать лицо было невозможно, и только легкая улыбка, притаившаяся в уголках губ, говорила о том, что он прекрасно знает, кто я.

Он протянул руку, и я без колебаний вложила в нее свою, позабыв, что в маленьком карне из слоновой кости все танцы уже расписаны почти до конца бала. В этот миг время словно остановилось, и весь зал исчез, оставив только нас двоих. Казалось, наши души нашли друг друга в этой призрачной пустоте.

Мимо уже чинно ступали пары, возглавляемые императором под руку с супругой. Оставалось только влиться в этот поток.

Музыка звучала нежно и мелодично, словно приглашая в танец саму судьбу. Я сделала шаг, и мир вокруг расплылся, оставляя лишь восхитительное движение через пространство и время.

Променад перешел в следующую часть — императорская пара повернула и продолжила движение по диаметру круга. Двигаясь за ними следом, все постепенно выстроились в колонну. А затем — я даже не поняла, как это получилось, так была увлечена загадочным партнером — откуда-то появившаяся вторая колонна начала двигаться навстречу нам.

И в этот миг наши руки расцепились, пропуская даму из другой пары. И я сразу ощутила себя в одиночестве. Продолжая двигаться согласно правилам танца, я не отрывала взгляда от мощной статной фигуры моего кавалера, а между нами шел поток пышных рюшей, кружев и перьев. В конце прохода наши руки вновь соединились, и я продолжила идти по кругу, окутанная непередаваемым ощущением удивительного доверия и близости с этим загадочным незнакомцем.

Каждый поворот, каждый шаг были наполнены нежностью и пониманием. Мы словно читали мысли друг друга, все страхи растворялись в тягучей чувственной мелодии полонеза. Сердце наполнилось теплом, все вокруг залило мягким светом, будто солнце заглянуло в зал.

Никогда бы не подумала, что в полонезе может быть столько скрытого огня и страсти. Касаясь руки незнакомца самыми кончиками пальцев, я ощущала невыразимое волнение, от которого перехватывало дыхание. Каждая разлука в танце казалась вечностью, каждое воссоединение наполняло восторгом.

Когда полонез закончился, мы плавно вернулись к колонне, у которой стоял папенька, увлеченный беседой с каким-то военным чином в орденах и лентах. Никто не заметил произошедшего, но я в этом танце увидела будущее, полное обещаний и мечтаний.

А незнакомец наклонился к моей руке и легко коснулся губами. От этого поцелуя меня словно током ударило, я невольно закусила губу, настолько острым было ощущение. И сразу в душе возникла уверенность: все испытания, которые я пережила, были лишь подготовкой к этому моменту. Не знаю, кто это, не знаю, зачем он здесь, но… я уже никогда не смогу забыть этот танец.

Взглянув в глаза загадочному мужчине, я словно увидела отражение своих собственных мечтаний. Что-то необъяснимо сильное связало нас в танце, и теперь я будто воочию видела эту связь.

Но в этот миг он отвел взгляд, резко развернулся и быстро направился прочь из зала. И будто невидимая струна натянулась между нами, с каждым мгновением все тоньше звеня и грозя лопнуть, разрезая все вокруг.

Как так?! Мы даже не перекинулись парой слов!

И он вот так уходит, даже не показав свой истинный облик?

Сердце подскочило, гулко ударив в ребра, заставив кровь стучать в висках. Мне хватило всего пары секунд, чтобы принять решение: так просто он не уйдет, взбудоражив мое воображение и оставив после себя сплошную недосказанность!