Вересковый мёд - Зелинская Ляна - Страница 42

— А что это за гора? — спросил Викфорд, указывая рукой на юго-восток.

Там виднелся ещё один холм, к которому вела едва заметная тропа и на его вершине, на фоне алой полосы заката, отчётливо выступали острые пики скал.

— Это пещеры Ир-нар-Рунна, — ответил Кун.

— Пещеры? Отлично! Там и переночуем, — он приложил руку ко лбу, внимательно разглядывая скалы, и добавил: — Костёр со стороны долины никто не увидит, можно выставить караул и спины у нас будут прикрыты. И это недалеко, к темноте доедем.

— Милорд… — осторожно произнёс Кун, понизив голос. — Я бы не стал там ночевать. Место это нехорошее.

— Что значит «нехорошее»? — спросил раздражённо Викфорд.

— Видите? — Кун указал рукой на восток, туда, где на фоне темнеющего неба начал проступать первый бисер звёзд. — Видите, сегодня через Врата Ир-нар-Рунна восходит Небесный Охотник.

Кун указал рукой на созвездие между самых высоких менгиров.

— И? — непонимающе спросил Викфорд.

Это созвездие на юге зовут Лучницей, и оно восходит осенью и не только здесь, но и в Кальвиле, и в Сенегарде.

— Сегодня впервые день равен ночи, и сегодня Осенняя Госпожа открывает Врата Ир-нар-Рунна на тёмную сторону. Вы слышали когда-нибудь что такое Дикий Гон, милорд? — прищурился Кунн.

— Слышал что-то про призраков и умерших, что скачут по полям на призрачных синих конях. Но нам надо торопиться, так что сократи свой рассказ до десяти слов.

— Сегодняшней ночью мы ступаем на тёмную сторону колеса года. Сегодня Дикий Гон вырвется в мир через Врата Ир-нар-Рунна, то есть через те самые пещеры, и уйдёт на небо. Так говорили Заклинатели.

— Ты хоть раз сам-то его видел? Этот Дикий Гон? — спросил Викфорд, глядя Куну прямо в глаза.

— Кто его увидит, тот не останется в живых, если ты только не фрэйя или не Заклинатель, ну или не блаженный. Тот в ком нет Дара, не может пережить встречу с Диким Гоном. Мы сможем смотреть на него, только когда он будет уже на небе.

— С чего ты решил, что это вообще правда? Ты видел хоть кого-нибудь, кто сам видел этот Гон? Заклинателя? Фрэйю?

— Нет.

— Ну, тогда это просто очередные балеритские страшилки, которых я тут наслушался предостаточно. По коням.

— Я туда ни ногой, — ответил Кун. — И вашим людям там тоже лучше не быть…

— Хм, — усмехнулся Викфорд. — Ну раз ты так боишься, выходит и балериты туда точно не сунутся?

— Если только не хотят попасть в свиту Рогатого Бога и стать призраками. Конечно, нет!

— Вот и отлично. Балеритская стрела убьёт нас быстрее, чем Рогатый Бог, если мы не уберёмся отсюда до темноты.

— Ну… Я бы тоже туда не полез, — с опаской ответил Корин.

— Да ты-то какого гнуса, Корин? Тоже боишься увидеть Рогатого Бога?

Викфорд и подумать не мог, что его люди тоже поверят в эту чушь. Но, как оказалось, Рогатый Бог и Дикий Гон страшили его псов сильнее, чем стрелы балеритов и мечи Морканта.

— Ладно! Ладно… — Викфорд поднял вверх руку, останавливая поток глупых аргументов. — Кого ты говоришь не трогает Дикий Гон? Блаженных? Фрэй и Заклинателей? Отлично. Как удачно, что у нас есть один блаженный и одна фрэйя. Вот и отправим в пещеры их. Вы расположитесь у подножья горы, а я сам присмотрю за девчонкой, потому что в отличие от вас, не верю в Рогатого Бога и его свиту на призрачных конях.

— Вот и дело! Но я всё-таки, на твоём месте держался бы от пещер подальше, — одобрительно крякнул Корин, — и ещё, такое дело, Вик…. Отойдём?

Они отошли в сторону и ларьет произнёс тихо:

— Я тут насчёт денег за этого Нье Ригана хотел сказать… Ребята спрашивают… И я вот, что подумал. Эта бешеная поди не захочет, чтобы Рябой король узнал о том, что она тут делала с этим Нье Риганом. Про побег и обряд… Так может ты ей намекнёшь, что мы будем держать язык за зубами… но не за просто так. Как станет королевой, так может и отплатит нам звонкой монетой за молчание?

— Мне она обещала отплатить пытками на площади, — фыркнул Викфорд, — ты и в самом деле думаешь…

— Ну я тут подумал, может они уже с этим Риганом того… может и смысла тогда нет везти её в Кальвиль? Надо бы убедиться…

— Корин, ты в своём уме?! — рыкнул Викфорд, глядя на ларьета. — Ты что мне предлагаешь?!

— Да нет, я же не предлагаю тебе это вот прям проверять, — отмахнулся Корин, — но ты же у нас сведущ по части женщин… А я про то, что ты поговори с ней, надо бы убедиться… ну и насчёт денег тоже. А то ежели так дальше пойдёт, мы и до границы не доедем, нас с каждой стычкой всё меньше и меньше. И её не довезём, коли она будет бегать от нас. Не связанной же её везти.

Викфорд посмотрел на поляну, где у одного из менгиров сидела Эрика, и подумал, что вряд ли она захочет с ним говорить. А ему с ней говорить и вовсе не стоит. Пусть лучше всё между ними и останется вот так.

Пока они ехали к холму, Викфорд думал о том, что они вовсе не планировали уезжать так далеко на север. Но теперь от его отряда осталась только половина людей, и чтобы выбраться отсюда безопасной дорогой им придётся сделать крюк, а это плохо, потому что они не готовы к длинному пути по балеритским лесам. Есть более короткий путь, но Кун снова болтал о том, что там повсюду нехорошие места и Сумрачный лес.

Но, пожалуй, об этом стоит подумать утром. Им бы сначала пережить эту ночь. Он не боялся Дикого Гона, а вот балериты и головорезы Морканта — это совсем другое дело. А ещё эта пигалица…

Она не разговаривала с ним и не смотрела в его сторону, и поначалу он был даже рад этому, надеясь, что вот так всё и останется большую часть пути. Но постепенно её молчание и неприкрытое презрение начали его раздражать. Он чувствовал, как в нём медленно утихает ярость, и как снова просыпается то, от чего он всеми силами пытался бежать. И захотелось спросить её о чём-нибудь, захотелось увидеть её глаза…

Он посмотрел на Эрику, которая шла по тропе перед ним, поднимаясь к пещерам, вслед за Куном и Уилмором, и подумал, что это не очень хорошая идея, оставлять её на ночь одну с этим блаженным. Так что ему, пожалуй, стоит лечь снаружи у входа. Для охраны. И вообще… Хотя это тоже плохая идея. Но если вдруг… Кун прав? И есть что-то в этих пещерах? Не Дикий Гон, но мало ли? Нет, ему будет спокойнее, если он останется внутри. Хотя… кажется, это совсем плохая идея…

Снаружи, в сгущавшихся сумерках, вход в пещеру показался Эрике просто тёмным провалом высотой в рост человека. Кун зажёг огонь и осторожно шагнул внутрь, освещая дорогу, следом Викфорд, держа в одной руке факел, а в другой меч. Эрика вошла за мужчинами, а за ней верный Уилмор, бормоча что-то себе под нос.

Факелы едва разогнали непроглядную тьму у входа, выхватив из неё большой очаг, сложенный на полу так, чтобы дым уходил в узкую расщелину наверху. Среди разбросанных повсюду камней виднелись лежанки, сделанные из сухой травы и вязанку хвороста.

— Раньше, до войны, сюда приходили Заклинатели, чтобы узнать волю Богов. Определённые ночи, проведённые в этом месте, приоткрывают их тайны, — произнёс Кун с каким-то тихим почтением. — Очаг можно разжечь, здесь даже есть хворост.

Эрика посмотрела туда, куда указывал балерит и увидела ещё несколько аккуратно сложенных вязанок и два железных котелка. Кун бросил вещи возле очага и пошёл дальше, коротко махнув рукой:

— Идёмте.

Он повернул за выступ скалы и поднял факел вверх. Эрика увидела провал в скале, похожий на огромную арку, смотревшую прямо на озеро, а под ней пропасть. Вдалеке водная гладь простиралась до горизонта. Подёрнутая розоватым свинцом уходящего заката, она уже почти сливалась с вечерним небом, на котором вовсю зажигались звёзды.

— Это Врата Ир-нар-Рунна, — произнёс торжественно Кун, поднимая факел ещё выше, развернулся и указал им в обратную сторону, туда, где в кромешной тьме пещеры не было видно ни пола, ни потолка. — Оттуда и приходит Дикий Гон, и уходит в эти Врата на небо. И он пройдёт мимо вас, найрэ, но вы останетесь в стороне. Надеюсь, вы знаете, что делать.