Альтер Эго (СИ) - Зелинская Ляна - Страница 52

Кэтриона моргнула несколько раз, прогоняя видение.

— Этот Сейд, ты играл с ним? Может, ты ему проигрался? У него есть повод тебя ненавидеть?

— Для того, чтобы получить ответ на этот вопрос, радость моя, ты должна убить кое-кого вон там, — он показывает пальцем на доску. — А сейчас моя очередь задавать вопросы.

Красный конь убивает желтую пешку.

— Откуда ты узнала про Сейда, и про турнир?

— Я? – она отвела взгляд.

По деревянной лошади из его сумки... Но ему нельзя об этом говорить.

Силы небесные! Вот откуда ответы! Эти фигуры на доске! Они отвечают на её вопросы. Это их память отвечает ей! Но… почему? Раньше она не могла прочесть его память по вещам, так почему же теперь может?

— Ты. Да, ты, моя радость, откуда ты узнала про турнир и Сейда?

Ложь должна быть почти правдой...

— Я же говорила... я могу видеть... кое-что. Иногда у меня бывают видения. В Рокне, я искала тебя тогда. И видела этот турнир... в своём видении, — слова шли с языка с трудом.

Ложь, в которой нет лжи. Она очень трудно дается.

— И ты почти не врешь, радость моя, — Рикард покачал головой, отбросил пешку в сторону.

— Почему «почти»?

— Потому что часть правды это не совсем правда. Но хоть часть, и то дело. Ходи.

Оборона. Её желтая королева уходит под защиту ладьи.

— Этот Сейд, я видела его на перевале, по дороге сюда, — сказала Кэтриона. — Он говорил со мной. И в моих видениях он тот самый паук, тот, кто напал на меня в Лиссе. Это он. И всё уж слишком совпало, а я не верю в совпадения. И я подумала, что ты с ним заодно, раз вы были знакомы.

— Я с ним? — воскликнул Рикард. — Он сказал мне на том турнире, что я пожалею. Он мог получить хороший куш, но не получил из-за меня. И ты не подумала, что и меня он тоже хотел убить? А главное - почему нас двоих?

— Я подумала, что это придумал ты, чтобы подстроить всю эту совместную ночевку.

Красный слон. Желтый слон. Красный слон уходит в защиту.

— Мать всеблагая! Да зачем мне это? — воскликнул Рикард в недоумении.

Желтый слон убивает коня.

— Чтобы украсть у меня бумаги, те, которые ты не смог забрать у Крэда. Ты же за ними туда полез? Так? А я увела их у тебя из-под носа. И отсюда вопрос, дружок, а поскольку в битве пал твой конь, то твоя очередь отвечать. Так что ты искал в тех бумагах? Что должен был украсть у Крэда? — она держала коня в ладони.

Ну же, Дэйя, откликнись?

Рикард посмотрел в маленькое окошко, затянутое пленкой сарынца, сквозь которое вообще-то ничего не было видно, но ему просто нужно было куда-то спрятать взгляд.

И голос его был глухим.

— Я... искал ответ... насчет... гибели одних людей... должен был узнать, кто в этом виноват.

Кэтриона видела, что ему больно говорить эти слова, словно он вырезал их на собственной коже.

И он не врал, боль была слишком очевидной.

Фигура на её ладони внезапно откликнулась...

Беги!

В нос ударил смрадный запах гари, горящего дерева, волос и плоти. Не просто запах. Запах смешанный с отчаяньем, болью, страхом и яростью. Треск падающих балок, крики, ревущее пламя и трава, покрытая пеплом...

Боги! Как же больно!

Рука разжалась сама, и она выронила фигуру. Видение пропало. Но ей казалось, что легкие всё ещё полны дыма, а горло сжал стальной обруч. Даже руки стали ледяными. Она вспомнила это видение, ещё в Ирдионе, когда она трогала фигурку лошади из его сумки. Это то самое видение…

И между ними будто рухнула какая-то стена.

Она не хочет больше знать...

— Мы слишком трезвы для такого разговора, — произнесла Кэтриона хрипло, потянулась за бутылкой и плеснула в кубки кальди.

— За что выпьем? — спросил Рикард, лицо непроницаемо, и складка залегла между бровей.

Взгляды пересеклись, не взгляды — клинки.

— За честность, — ответила Кэтриона тихо.

Крепкая жидкость обожгла горло, но стало немного легче.

Красный слон убивает желтого слона.

— Ты и в самом деле ведьма? — спросил он серьезно. — Можешь не бояться, у меня достаточно оснований ненавидеть Ирдион, и я не сдам тебя белым плащам, даже если ты мертвых поднимаешь из могил или пьешь кровь младенцев.

Она усмехнулась.

— Кровь младенцев! Нет, Рикард Адаланс, я не ведьма. Видения и руны не в счет. Я и в самом деле не умею ничего такого, а уж пить кровь младенцев… Да как тебе такое в голову пришло?!

Он слегка улыбнулся.

— Ну, я думал, ты расскажешь, как летаешь на метле, например.

— Если бы я летала на метле, то стала бы я красть твою лошадь и бить тебя сковородками? Могла бы просто превратить тебя в... жабу.

— Не поспоришь. Но в жабу? – он усмехнулся и покачал головой. - Жестокая Кэтриона! Ходи.

Желтый конь убивает красного слона.

Она искала вопрос, который не ударил бы больше ей прямо в сердце.

— Откуда ты родом Рикард Адаланс?

— Из... Талассы.

Красный слон зажат у неё в кулаке...

...бесконечные виноградники и лавандовые поля... песни работниц, идущих с корзинами ягод в лучах закатного солнца... тёплый ветер приносит терпкий запах полыни и разнотравья, колышет легкие занавеси на летней веранде... мелодично звонит колокол на башне, и с чайных роз на клумбу падают лепестки... жара уходит, и вечер полон умиротворения и покоя...

— Рикард! Каталина! Вы где? Ужинать! — кричит женский голос.

Но воспоминания снова выбивают воздух из её лёгких. И опять боль, но теперь... другая. Так много в этих воспоминаниях знакомых запахов и звуков, чего-то странного, давно забытого и родного, словно лёгкого прикосновения счастья...

И сердце сжимается от необъяснимого отчаянья, словно вся эта картина перед глазами находится внутри хрустального шара, который она держит в руках. И шар уже расколот на тысячу кусков, и как только она разожмет ладони — он рассыплется, и собрать его уже будет нельзя. Но и не удержать в руках вечно...

И ей так больно...

Почему ей снова так больно?

О Боги, да что же это такое!

Кэтриона бросила фигуру на кровать, а Рикард снова наполнил кубки. И они пили молча, не глядя друг на друга. И пальцы её дрожали так, что несколько капель кальди упали на рубашку.

Красный король убивает желтого коня.

— А где родилась ты?

— Не знаю, — произнесла Кэтриона задумчиво.

Это правда. Но ему этого будет мало.

— Всё, что я помню — улицы и мосты Рокны. Пещеры на берегу, акведуки — там проходила моя жизнь, — добавила она.

Желтый слон убивает красного слона.

— Зачем ты едешь в Лааре? — спросила она, не сводя с Рикарда глаз, и в её руках снова красный слон.

— Я ищу... одну книгу, которая есть в Лааре.

Видений нет.

— Книгу? — переспросила Кэтриона.

— Книгу.

Видений все равно нет.

Странно.

Он врёт? Возможно. Или об этой книге нет никаких воспоминаний, потому что он не знает, как она выглядит. Если он никогда её не видел.

— И что ценного в этой книге?

— А это уже второй вопрос! — он стучит пальцем по краю доски.

Красный конь убивает желтого слона.

— А зачем в Лааре едешь ты?

Ложь должна быть очень тонко сплетенной с правдой, чтобы правда осталась в тени...

— Я ищу один... камень, - ответила она представляя мысленно сапфир. - Довольно редкий камень. А в камнях никто не разбирается лучше Ибексов.

— И что такого ценного в этом камне?

— Ну, ты же понимаешь, что это второй вопрос? — она посмотрела на него лукаво.

Теперь её глаза искрят весельем. Это всё кальди, напиток возрождающий жизнь, как говорят в Таршане.