Печать Раннагарра (СИ) - Снежная Александра - Страница 157

— Конечно, знал, — нервно хрустнул костяшками пальцев Магрид. — Я видел в твоей голове намного больше, чем ты мне позволил. Видел, что ты взял ее на жертвенном алтаре синтов, и видел, что не смог убить. А еще понял, что образовавшаяся связь не дала бы тебе найти другую женщину, а потом я обнаружил в воспоминаниях одного из раненых воинов Роана парящего над скалой огненного дракона. Пришлось казнить его, правда, — досадливо махнул рукой венценосец. — Но ведь он, так или иначе, был виновен в смерти твоей семьи?

— Ты больной! Как ты мог?! — опешил Касс. — Я позволил тебе влезть в свой разум, потому что доверял как самому себе, а ты чуть не угробил нас обоих!

— Оставь свои сантименты, мой мальчик. Меня они не трогают, — лицо Магрида превратилось в каменную маску и взгляд стал холодным и острым, как осколок льда. — Я положил на алтарь служения Аххаду своих детей, жену и целую жизнь. Я пожертвовал всем, что у меня было, защищая серединные земли! И ты думаешь, что меня остановят ваши душевные метания и ваша никчемная жалость к самим себе? Есть высшая цель — сохранить жизни миллионов жителей, доверивших мне свои

судьбы, и если ради ее осуществления нужно будет пожертвовать двумя вашими, то это не такая и большая цена за спасение мира. Допустимая жертва. Что сделано, то сделано. Глупо жить, вечно оглядываясь на прошлое.

— Ты знал, что затеял Дюранд, и позволил ему заманить Лив в ловушку? — медленно трансформируясь, Кассэль опустил жену на пол, зловеще нависнув над царем.

— Я не знал, что это Вайс! — багровея, рявкнул в ответ Магрид. — Я и подумать не мог, что он на такое способен! Но поймать его я мог только на нее! Только так я мог обыграть эту подлую тварь.

— Урод! — выдавил из себя Касс. — Ты устроил бал и приказал нам явиться во дворец, надеясь, что в этой суете враг, наконец, покажет свое лицо?

Магрид передернул шеей, невозмутимо поправив ворот дублета.

— Я никак не мог понять, почему только на твою кровь так реагирует Эсклафидра, а когда увидел устойчивую руну, то догадался, что ее стабилизировала Оливия, и до меня наконец дошло — Эсклафидру создали не нелюди — это творение рук ваших предков: эрла Мерлина и дракона Рэй-Наирра. Вы двое и есть идеальная защита Эсклафидры! И только вы могли закрыть проход между нашими мирами! А ваш ребенок и есть печать Раннагарра: кровь нелюдя и дракона в одном флаконе. Вот почему он мне так нужен.

Оливию перекосило, и, судорожно глотнув воздух, она, пошатнувшись, шагнула навстречу монарху.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе притронуться к моему сыну, больной ублюдок, ты сильно заблуждаешься!

— Но-но детка, — погрозил пальцем Магрид. — Поаккуратнее со словами! То, что позволено твоему мужу — категорически противопоказано тебе. И матери наследника престола ни к чему такие неучтивые речи, придется заняться твоим воспитанием…

— Не лезь к ней, — кулак Касса въехал в челюсть венценосца, и тот, отлетев в сторону, схватился рукой за лицо и энергично растер ушибленное место.

— Что ты, сынок, — сплюнул кровь Магрид, — я даже не начинал, но ты же знаешь, когда начну — она будет милой, нежной, послушной женщиной и заботливой матерью для своего сына. Я умею убеждать!

— Ты получишь ее только через мой труп! — прошипел Касс, наступая на царя.

Хм, — осклабился Магрид — Полагаю, ждать осталось недолго? — наклонившись к герцогу, он игриво прошептал: — Сынок, как ни прискорбно тебя разочаровывать, но эту партию ты проиграл. Я ведь предупреждал, что все равно будет по-моему. Если хочешь, я даже похороню тебя с почестями рядом с твоей эльфийкой и сыном? — издевательски предложил царь. — Ты ведь этого хотел? Что, не этого? — глядя в суровое и бесстрастное лицо Ястреба, спросил Магрид. — Ну, извини, видимо, не так тебя понял, — теперь уже откровенно глумился он.

— Ну, ты и сволочь, — едко усмехнулся Касс.

С лица Магрида тенью съехала напускная беспечность и сарказм. Резко вскинув голову, он окинул Оливию и Касса долгим задумчивым взглядом.

— Того, что случилось — не изменить, — отчетливо громко произнес он. — Но жизнь на этом не заканчивается и вам выпал шанс отринуть ненависть, забыть обиды, и попытаться построить на обломках прошлого что-то новое. Я дал вам возможность все поменять в вашей жизни. Ведь жизнь — это самое ценное, что даровано нам свыше. Потому что прощать, любить и научиться быть счастливыми можно только пока мы живы. Мертвым все едино. Мы всю жизнь стоим на распутье дорог в выборе любви или ненависти, добра или зла, рабской покорности судьбе или вечной борьбе с ней…. Но это уже выбор каждого… По какой же дороге пойдешь ты?.. Или уже идешь? Ведь только ты знаешь ответ, лежащий в глубине души, в твоем собственном сердце, где ты, невыдуманный, сам себе — творец, созидатель и разрушитель!

— Аплодировать можно? — пренебрежительно перебил пламенную речь царя Касс. — Я впечатлен! Сколько пафоса! Тебе бы в балагане трагедии играть! Я ведь предупреждал тебя, что забуду обо всем, что нас связывает, если ты хоть пальцем к ней притронешься? Я тебе этого никогда не прощу…

— Чего ты мне не простишь, Кассэль? — вызывающе выпятив грудь, Магрид почти нос к носу приблизил свое лицо к герцогу. — Того, что я избавил всех от угрозы, нависшей над нашим миром? Того, что ты вместо могилы с погибшей семьей получил новую семью? Где бы ты был сейчас, если бы не я? Ты мне спасибо сказать должен за жену и ребенка!

— Ах, так это я тебя за них благодарить должен?! — задохнулся от негодования Касс. — Они чуть не погибли из-за тебя!

Потрясенно покачав головой, Ли посмотрела на пронзительно глядящих в упор друг на друга мужчин, на потемневших лицах которых от напряжения вздулись вены, и устало выдохнула:

— Как же вы мне надоели… Оба, — зябко обхватив себя руками, девушка стремительно развернулась, а потом быстро побежала к темнеющей вдали арке выхода.

Касс испуганно оглянулся на исчезающую в темноте жену и, оттолкнув от себя монарха, помчался за ней следом.

— Я надеюсь, вы не спустите тот мизерный последний шанс, что у вас остался, под хвост каменному дракону? — устало ссутулившись, пробормотал в пустоту зала царь Аххада. Бессильно опустившись на пол, он осторожно провел рукой по алым, окаменевшим от огня Оливии рунам, нарисованным кровью Касса.

Эсклафидра намертво запечатала проход в Раннагарр, навечно разделив два мира. Царь выполнил миссию, возложенную на него, но счастья и радости отчего-то в этот миг он не испытывал. Тяжело вздохнув, Магрид лег на спину, чувствуя, что смертельно устал, а времени остановиться и просто отдохнуть у него, как и прежде, не было…

— Лив, подожди! — Касс, догнав Оливию, попытался ухватить ее за руку.

Она резко остановилась, уставившись на него своими невозможными глазами, и герцог дернулся от ее пронзительно-горького взгляда, как от пощечины.

— Здесь нет Магрида, Кассэль дель Орэн. Притворяться больше не нужно, — голос жены был таким сухим и надтреснутым, что у Касса по спине пробежал мерзкий холодок страха.

— Лив, ты что? Ты о чем? — подняв руку, герцог попытался коснуться ладонью лица любимой, но она, отступив, уклонилась от его прикосновения.

— Я все слышала! — рвано выдохнула девушка. — И про артефакт, и про винн эль корро, и про ребенка мужского пола…

Кассу показалось, что у него земля ускользает из-под ног. В голове оглушительно зазвенело. Просто какое-то ощущение неотвратимой катастрофы…

— Лив, ты все неправильно поняла, — сглотнул Касс.

— Да нет, я как раз все правильно поняла, — сдавлено проронила Ли. — Ты обещал, что больше не сделаешь мне больно, — девушка до крови закусила губу, а потом отчаянно выкрикнула: — Мне больно! Я тебе поверила… Тебе?! Поверила! А ты обманул меня.

Чем ты отличаешься от Магрида? Ничем! Вы оба использовали меня вслепую. Ты ведь знал, зачем это делаешь, когда надевал на меня артефакт Мэрлина?.. Это все, что тебе от меня было нужно?

— Лив… пожалуйста. Все не так… — растерянно протянул к ней руки Касс, пытаясь обнять.