Печать Раннагарра (СИ) - Снежная Александра - Страница 156

— Убей его! — яростно прошипел Оливии Дюранд.

Охотница с зажатым в ладони ножом на секунду замерла перед Кассом, а затем занесла руку для удара. В голубых глазах жены герцог видел свое отражение, и ему казалось, что время вернуло его в тот день, когда она пришла в храм, чтобы убить его.

— Бей, Лив, не бойся, — мягко шепнул Касс, подав неуловимым движением плеча понятный одному Магиду знак.

Опущенный клинок Оливии наткнулся на невидимую преграду, и в эту же секунду тени герцога, закрыв девушку собой, снесли ее в сторону, а с рук Магрида и Касса сорвались силовые арканы, накрыв Дюранда сокрушающей волной магии. Но он успел выстроить щит, метнув в ответ разрывные фаеры, которые нелюди отбили без особых усилий.

Зал Эсклафидры внезапно осветился ярким светом. Линии пентаграммы вспыхнули, словно масляные фитили, рассеивая холодный мрак подземелья. Отбивая атаку Дюранда и нанося по нему удар, Касс краем глаза уловил движение в воздухе, и не успел даже повернуть голову, когда взлетевшая вверх огненная драконица плюнула в Вайса струей ревущего пламени. Созданный Дюрандом щит затрещал, покрывшись сеткой извилистых трещин. Вайс вскинул руку, пытаясь его удержать, но в этот миг сложившая крылья драконица ринулась на него с высоты всей своей мощью, как завидевший падаль стервятник.

— Лив, нет! — заорал Касс, бросаясь вместе с тенями вперед.

Вокруг схватившего лапами Дюранда дракона взметнулся кокон тьмы, завертелся темной воронкой, а затем, впитавшись в призрачную преграду Эскафидры, просто исчез.

— Н-е-е-т, — от дикого, звериного рева Касса, эхом разнесшегося по опустевшему залу, содрогнулись стены. — Лив, нет! — расфокусированным взглядом обезумевший герцог смотрел на то место, где только что была его жена, чувствуя, как глоток горькой отравы, гремучий клубок ее пронзительных эмоций: боль, страх, ярость и почти сходил с ума от невозможности защитить ее и прийти ей на помощь.

Упав на колени, Касс вспорол ножом свою ладонь и стал водить окровавленной рукой по светящимся рунам, выплевывая сквозь сжатые зубы злые ругательства.

— Что ты делаешь? — схватил его за плечо Магрид.

— Она там, — севшим от ужаса голосом выдавил из себя Касс. — Он забрал ее с собой в Раннагарр. Ну же, где ты, мать твою, гребаная руна? — яростно ударил по полу герцог. — Он сказал, что перепутал последовательность, когда первый раз попал туда.

— Касс, — Магрид с нескрываемым сожалением посмотрел на Ястреба. — У него это получилось случайно. Ты можешь годами вычислять нужную комбинацию символов и так и не найти правильную. Тебе нужно смириться…

— Заткнись! — вскочив на ноги, Касс яростно ударил Магрида в грудь. — Ты думаешь, я ее там оставлю?! Я заберу ее оттуда, чего бы мне это ни стоило! — герцог, тяжело дыша, на мгновение замер, в глазах его вспыхнуло секундное озарение и, бросившись к центру пентаграммы, он стал вычерчивать поверх нее вязь магических символов.

— Кассэль, не смей! Ты сломаешь печать! — Магрид успел перехватить руку герцога, и в этот же момент был снесен чудовищной по силе волной магии, отшвырнувшей его к стене и припечатавшей об нее головой. Царь даже не успел подняться, когда жесткий ментальный приказ Касса вырубил его сознание.

— Сейчас, Лив, — пробормотал герцог, наполняя пентаграмму своей кровью. — Сейчас, родная. Потерпи немного. Я заберу тебя.

Касс ползал по полу, рисуя на нем одному ему понятные руны и формулы заклинаний. Поверхность Эсклафидры, сплошь залитая его кровью, стала походить на жертвенный алтарь. Нити силы, подобно проливному дождю, зелеными ручейками поднимались вверх, заполняя собою все пространство. Наконец герцог начертил последний пентакль, а затем, переместившись к центру семиконечной звезды, вписал в нее знак синта, нараспев произнося слова древнего призыва своей отмеченной половинки.

— Иди ко мне, Лив! — завершив обряд и закрыв глаза, прошептал Ястреб. — Иди ко мне, любовь моя!

Пол под его ногами завибрировал, поплыл расходящимися от центра кругами. Пентаграмма налилась кроваво-красным цветом, выгнулась пузырящейся волной, а затем лопнула с оглушающим грохотом, выплевывая вверх, словно выпущенный со всей силы снаряд, огнедышащего дракона.

Из места разлома черными клубами повалил густой туман, сквозь который в зал ворвались два десятка огромных рычащих криптов. Уродливые морды существ мгновенно злобно оскалились, длинные тела с острыми шипами на позвонках подобрались перед броском, и прежде чем они успели расслоиться, Касс выбросил руку, активируя и поднимая в воздух созданную им защитную сеть.

— Лив, огонь! — закричал он, удерживая магией рвущихся из Раннагарра тварей. Жидкое пламя воющей лавиной обрушилось на головы криптов, обугливая их тела и превращая в пепел. Нарисованная Кассэлем конструкция мгновенно полыхнула ярко-оранжевым пламенем, и перекинувшийся с нее на силовые нити огонь стал поджигать их, как свечные фитильки. Воздух колыхался, плавился и горел. Обгорающие линии силы падали на Эсклафидру огненным дождем, устилая ее поверхность ковром из застывших багрово-красных рун. Пол содрогнулся и страшно затрещал, а затем стал каменеть, наливаясь густой чернотой, впитывающей в себя драконий огонь.

Обрушившаяся тишина была такой внезапной и невероятной, что все еще удерживающему невидимый магический каркас Кассу показалось, что он провалился в Раннагарр. Под его ногами был черный каменный пол, на котором загадочно светилась огромная алая печать, в центре которой был нарисован расправивший крылья огненный дракон.

Резко подняв голову, герцог испуганно вздрогнул, обнаружив падающую с высоты перевоплотившуюся жену. Метнувшись вперед, он успел поймать ее, сжав хрупкое тело до судорог в собственных руках. Обессилено уткнувшись лицом в светлую макушку Оливии, Касс опустился с ней на пол, а затем, стащив с себя рубаху, одел в нее девушку, скрывая ее наготу. Бережно прижав к себе жену, Касс нежно поцеловал ее холодные плотно сжатые губы.

— Все хорошо, Лив, — укачивая охотницу, как маленькую, уговаривал он то ли себя, то ли ее. — Все закончилось, моя огненная. Посмотри на меня, — герцог ласково гладил окровавленными пальцами длинные светлые волосы девушки, покрывая поцелуями ее бледное лицо. — Жизнь моя…Моя Лив…

Веки охотницы разомкнулись, и взгляд распахнутых голубых глаз прошил Касса насквозь, заставив содрогнуться всем телом. К горлу подкатил колючий едкий клубок, мешающий говорить и дышать. Все мысли смешались в какую-то бесформенную кучу, и важно было только то, что сейчас в его руках была та, без которой все в этой жизни теряло свой смысл.

— Лив… — голос Касса сорвался на скрипучий хрип. Обняв жену так крепко, как мог, герцог, прижавшись щекой к ее щеке, оцепенело смотрел в пустоту зала, не в силах ни двинуться, ни произнести хоть слово.

На стенах тускло светилась круговая цепь защитных заклинаний Арум-Рисира, и до дезориентированного пережитым страхом Касса внезапно стало доходить, что активировал ее явно не он. А поскольку Оливия или Вайс этого точно сделать не могли, то…

Резко поднявшись вместе с женой на руках, Касс развернулся к лежавшему на полу Магриду и разъяренно прогрохотал:

— Вставай, мать твою, ублюдок, пока я не рассказал ей всю правду и она не поджарила твой многорукий зад!

Магрид мгновенно открыл глаза, резво вскочил на ноги и, стал деловито отряхивать запылившуюся одежду.

Оливия непонимающе посмотрела на Касса, который хищно прищурившись, взбешенно сверлил взглядом совершенно невредимого монарха.

— И когда ты все это придумал? — негодующе процедил Касс, обведя взглядом пространство зала Эсклафидры.

Магрид недовольно поморщился и нехотя ответил:

— Тогда, когда ты позволил мне покопаться в твоих мозгах.

Из горла Касса вырвался булькающий звук, кожа потемнела, а глаза нелюдя зло вспыхнули слепящей зеленью.

— Ты все знал с самого начала… — срывающимся от гнева голосом не спрашивая, а утверждая, прорычал Касс. — Ты не просто так потребовал, чтобы я женился! Ты знал, что она жива, — кивнул на Оливию герцог.