Повелитель Стихий. Том 2 (СИ) - "Ленивая Панда" - Страница 3

Кексик внутри устроился окончательно, свернулся и засопел. Ему было хорошо. Мне, честно говоря, тоже — грелка из снежного барса оказалась штукой полезной.

— Смотри, — Ариэлла ткнула пальцем в верхнюю полку, и оттуда сам собой сполз плоский футляр. — Наручи. Держат прямое попадание третьей грани, проверено на живых. Не спрашивай, на ком.

— Не подойдёт.

— Тогда вот. Экстракт двойной перегонки, ускоряет наполнение сопряжения раза в полтора. Пьётся мерзко, но кто из нас не страдал.

— Тоже нет.

— Кольцо для обнаружения скрытых тайников?

— Нет.

— Да ты издеваешься! — малявка развернулась ко мне, уперев кулаки в бока. Ростом мне под грудь, а гонору как у наших офицеров. — Я тебе половину арсенала вывалила! Люди за такое дерутся, а он стоит и носом крутит.

— Ну я же уже всё объяснил, — виновато развёл руками в стороны. — Мне не нужно что-то временное, или какой-то сторонний артефакт. Это, конечно, всё неплохо, однако база идёт в первую очередь. Мне нужно что-то, что усилит сопряжение.

Что ж, думаю, ходить вокруг до около всё же не поможет. Не хотел говорить прямо, однако малявка даже не соизволила намекнуть на источник, а значит, придется говорить про него самому.

— Ариэлла. Мне нужен стихийный исток. И я знаю, что он у тебя есть.

В помещении стало тихо.

Не в переносном смысле, а буквально: воздух вокруг девушки будто загустел, и звуки в нём увязли, как муха в варенье. Восторженная малявка, которая полминуты назад торговалась со мной за наручи, пропала. Вместо неё появилсась фамильная с Третьей высоты.

— Повтори, — сказала Ариэлла крайне ровным голосом.

— Стихийный источник. Если не ошибаюсь, воздуха. Не отказался бы провести рядом с ним некоторое время.

Ариэлла молчала секунд десять. Смотрела мне в переносицу тем самым взглядом, каким смотрят на препарат под стеклом. И, судя по прищуру, прикидывала она вовсе не то, откуда я могу это знать. Скорее уж, насколько ей аукнется попытка заставить меня молчать и не трепаться о ценной вещи. Естественно, навсегда.

— Об этой комнате в Дейморе знают лишь несколько человек, — наконец произнесла она, после почти что ещё минуты раздумий. Затем, из её рта вылетело короткое: — Зивенц.

Промолчал.

Молчание, конечно, тоже ответ, но пусть уж лучше она сама придумает себе объяснение, чем начнёт всерьёз копать, откуда я знаю такие подробности. Дед, ты уж прости. Верю, что как-нибудь да выкрутишься.

— Старый пень, — прошипела Ариэлла себе под нос, отворачиваясь. — Он у меня три года назад оценку проводил, ходил тут, бородой пыль собирал… Ничего, я с этим старикашкой ещё побеседую. Отдельно. Обстоятельно. Он что, колокол на площади, чтобы про меня трезвонить всякому проходимцу?

— А мне казалось, что наши с тобой отношения зашли довольно далеко, чтобы называть меня проходимцем.

— Ты наглец, — она крутанулась на каблуках и ткнула пальцем куда-то в район моей груди. Кексик недовольно заворочался. — Ты хоть понимаешь, что просишь? Истоки не покупают. Их не находят, не выкапывают и не выигрывают в карты. И тот, что имеется у меня, стоит дороже всей моей резиденции вместе с парком, слугами и мной в придачу.

— Верю.

— И ты хочешь, чтобы я тебя туда пустила? Просто так?

— Когда это Цветок Слёз успел превратиться в «просто так»? За подснежник, тебе был так нужен. И кстати, — я сделал паузу ровно такой длины, чтобы она успела набрать воздуха для возражения. — Как думаешь, если я вдруг не соглашусь и заберу цветок назад, ты сможешь найти ещё один?

Воздух в помещении шевельнулся. Пыль со стеллажей тронулась с места и осела обратно.

Удар был грязный, но точный. Весь Деймор третьи сутки стоял на ушах, за Край ушли все, кто мог держать лопату, а вот вернулись обратно… Далеко не все. И с огромной вероятностью, второго искажённого Цветка Слёз не появится ни через неделю, ни через месяц. Единственный так и останется у меня.

И мы оба это прекрасно понимали.

— Ненавижу, когда со мной так разговаривают, — сообщила Ариэлла куда-то в потолок.

— Оно и видно.

— Одна ночь, — всё же уступила девушка.

— Одна ночь, так одна ночь! — радостно согласился я. Этого более чем достаточно.

— Я не договорила! — Ариэлла резко повернулась, и чёрные волосы, собранные на затылке, окончательно решили, что с них хватит. — Одна. С заката до рассвета, ни минутой больше. Ничего внутри не трогать, ничего не выносить, к стенам не прикасаться. И если по цветку будут результаты — вот тогда поговорим ещё раз. Может быть. Не обещаю.

— Договорились.

Я прекрасно знал, что результатов не будет.

Конечно, до её познаний в экспериментах мне далеко, но белый комок, мирно сопящий у меня за пазухой, был живым и очень наглядным доказательством — дело не в травке. Никакой цветок не заставит зверя выбрать хозяина, если зверь уже выбрал рваную грязную куртку. Сколько бы Ариэлла не возилась, успеха может не ждать.

Так что второй ночи мне не видать.

Ну и Эларий бы с ней.

Обычному человеку даже у истока требуются сотни часов. Он будет сидеть, дышать, слушать, молить стихию ответить, и радоваться, если за неделю сдвинул грань слияния хоть на волосок. Мне столько не нужно. Во-первых, воля не уговаривает стихию, а гнёт её через колено. А во-вторых…

Воздух.

За все свои экспирации я успел побывать единённым воздуха дважды. Один раз — на третьей грани, второй — на четвёртой. Так что мне не требовалось проходить весь путь с нуля — стихию нужно было просто вспомнить.

Одной ночи хватит с запасом.

— Идём, — буркнула Ариэлла. — Пока я не передумала. И вытащи оттуда кота, он мне всю лабораторию перевернёт.

Кексик, поняв, что речь о нём, глубже зарылся в воротник и издал звук, который в переводе с барсьего означал что-то вроде «попробуй».

Обратно шли молча, коридорами, в которых я успел заблудиться ещё в прошлый визит. Тина вынырнула откуда-то сбоку, приняла у хозяйки контейнер и утекла в сторону лабораторного крыла так же бесшумно, как появилась. Хорошая прислуга. В копеечку обходится, наверное.

По пути достал телефон и отправил сестре одно слово: «Задержусь».

Ответ прилетел мгновенно и состоял из такого количества восклицательных знаков, что читать остальное я не рискнул.

Дверь оказалась именно там, где я её помнил.

Ничего особенного — тёмный металл, ни ручки, ни замочной скважины, только по периметру косяка тянулась вязь из мелких серых пластин. Глифир. Тело после вылазки ныло всеми местами сразу и намекало, что вообще-то ему обещали кровать. Ничего, потерпит. Ночь у истока — это не бой со Старбом.

Ариэлла провела ладонью по двери. Прижала палец к незаметной выемке. Что-то щёлкнуло, потом загудело, и по вязи побежала волна тусклого свечения — от пола к потолку и обратно.

— Правила, — сказала она, не оборачиваясь. — Дверь я закрою снаружи. Открою на рассвете сама, стучать бесполезно, кричать тем более — стены глухие. Если станет плохо, ляг на пол и терпи. Если станет очень плохо… ну, значит, не повезло. Даже с источником бывает… всякое.

— Успокоила.

— Я честная, — Ариэлла наконец обернулась, и в глазах у неё плясали те самые огоньки, от которых у нормальных людей начинает чесаться между лопаток. — И, Рей. Мне очень интересно, сможешь ли ты хоть чего-нибудь добиться за эту ночь.

Гул стих. Пластины по периметру погасли одна за другой, и створка беззвучно ушла в стену.

Изнутри пахнуло сквозняком — сухим, чистым, с привкусом высоты, будто дверь вела не в комнату особняка, а на вершину горы. Пустое круглое помещение метров десяти в поперечнике, голый камень, никакой мебели. В центре, в полуметре над полом, медленно вращался ком прозрачного марева, и от него по всему объёму расходились ленивые, почти невидимые струи.

Воздух. Чистый, концентрированный, без единой примеси.

Ну, посмотрим, не будет ли Ариэлла потом жалеть о своих словах.

— Да, и последнее, — Ариэлла всё ещё стояла в проёме, и по её лицу гуляла усмешка человека, который знает больше твоего. — Не думаю, что тебе часто доводилось контактировать со стихийным источникам, так что не обольщайся, Рей. Вокруг них ходит много мифов и сказок, и они и правда дают огромное преимущество. Вот только это не какое-то волшебное средство. Обучному человек нужно провести рядом с источником около недели, чтобы чего-то почувствовать. А если ты уже единённый, то прогресс будет, конечно, быстрее но не космический. И скажу честно — ту ночь, что ты выпросил, по факту просто «пшик». Так что постарайся утром обойтись без рыданий. Ненавижу плачущих мужчин.