Эльфийский Маскарад. Том 3 (СИ) - Лисицин Евгений - Страница 4

Выключил фонарь и осторожно улёгся, стараясь её не разбудить. В темноте слышалось лишь её мерное успокаивающее дыхание, незаметно усыпившее и меня самого.

Арт

Глава 2

Будить Наю мне сегодня не пришлось. Когда открыл глаза, она уже сидела у фонаря с моей курткой на коленях и разглядывала свою работу. Там, где вчера лез наружу утеплитель, теперь тянулся ровный плотный шов.

— Я затолкала всё обратно и заговорила, чтобы держался, — она с гордостью протянула мне куртку. — Только больше этим рукавом не заслоняйся, ткань совсем истончилась, придумай что-нибудь, ты же у нас защитник!

Спорить не стал и пообещал подумать. Меня больше беспокоило, сколько сил у неё ушло на зачарование, но Ная отмахнулась, мол, на такую мелочь много не надо. Выглядела она и вправду отдохнувшей, а про картошку заговорила раньше, чем успел сходить по нужде.

— Нужно проверить посаженные орехи, — напомнила она.

— Проверим, только сначала заглянем к приманке, — предложил я. — Если кто-то приходил к тушам, он может до сих пор бродить рядом, а картошке за пару часов ничего не сделается.

— Это ты так думаешь, — проворчала хранительница, но больше не настаивала.

После умывания и быстрого завтрака мы пошли знакомой дорогой мимо площади и купальни. К углу, за которым лежала приманка, подходили уже осторожно, прислушиваясь к каждому шороху.

Ночью возле завала точно побывали гости. Одну тушу выволокли на середину мостовой и обглодали до костей, остальные растащили по кускам. В пыли тянулся тёмный след. Кто-то уволок свою долю в щель между двумя глухими стенами, что была чуть шире моих плеч и уходила в сторону канала.

— Грызни, — их следы узнавал уже без подсказки. — Пришли со стороны канала и ушли туда же. Крупных вроде нет.

Вечером они не тронули своих, а за ночь, видимо, проголодались. Я-то думал, что грызни вообще не едят сородичей. Интересно, их мясо ядовито только для нас?

— Сейчас рядом пусто, — эльфийка уже успела послушать соседние дворы. — Можно выходить.

— Не слышишь, где сейчас второй ломарь?

Под обвалившейся кладкой до сих пор лежал труп первого. Его тоже привёл запах падали, только зашёл он с другой стороны.

— Спит, — ответила она после короткой паузы. — Он пока далеко, если пойдёт сюда, услышу заранее. Может, стоит завалить этот лаз, откуда грызни ходят?

— Пока нет, мы же оставили здесь туши именно для приманки, — я кивнул на обглоданные кости. — Пусть лучше ходят сюда, а не к нам во двор.

Для засады выбрали дом напротив, тот самый, где когда-то ждали ломаря. От входа до растерзанных трупов тварей оставалось шагов двенадцать, и щель между стенами хорошо просматривалась. Отсюда можно было уйти через внутренний двор, а дальше выбраться на зелёную улицу.

— Если полезет кто-то крупный, отступаем туда, — показал Нае выход в глубине комнаты. — Ты первая, я за тобой.

— А грызни? — уточнила Ная.

— С ними справимся здесь, — уже присмотрел себе место повыше, у стены, где лежали крупные обломки. — Как только их учуешь, заберусь туда. Им придётся прыгать на меня снизу, а тебе отсюда всё будет видно, скажешь, если кто-нибудь полезет в обход.

Ждать договорились не дольше часа. Если никто не появится, значит, ночные гости наелись, а у нас и без них хватало дел. Хранительница устроилась в глубине комнаты и обещала беречь энергию до крайнего случая. Я следил за щелью между стенами и по старой привычке дышал в воротник, стараясь не выдать себя паром. Ная не высидела в укрытии и десяти минут, перебралась ко мне и прижалась плечом, хотя слышала улицу ничуть не хуже и оттуда.

— Так теплее, — шепнула она, и я подвинулся, уступая ей место.

Вскоре эльфийка коснулась моего рукава, и я увидел, как из щели один за другим выскользнули три серых поджарых зверя. Они даже не огляделись и сразу бросились к тушам, а уже через минуту возле завала раздались хруст костей и рычание.

Я бегом пересёк улицу и буквально взлетел на обломки у стены. Один из грызней сразу заметил меня и, сделав пару шагов для разгона, прыгнул. Свет фонарика ударил ему в глаза, зверь дёрнул головой, а я встретил его топориком и сбросил тушу вниз. Остальные бросили своё пиршество и попытались зайти сбоку, где не доставал луч, но торчащие повсюду камни мешали им разогнаться.

Я только и успевал поворачиваться навстречу и бить сверху, едва они подбирались ближе. Последний грызень дважды отскочил, спасаясь от лезвия, и лишь с третьего удара остался лежать бездыханной тушей. По пустым улицам разнёсся предсмертный визг.

Эхо ещё не стихло, а я уже спускался за монетами. Ная вышла из укрытия, и по её лицу сразу понял, что радоваться победе пока рано.

— Идёт кто-то ещё, — она смотрела поверх крыш туда, где дома мешали обзору. — Бежит быстро, он уже в ближних кварталах, и это не падальщик, а охотник.

Я молча принял информацию к сведению и перебежал к ней через улицу.

— Уходим через двор? — хранительница обернулась к заднему выходу.

— Нет, останемся здесь, — убегать по открытым дворам от такого быстрого зверя попахивало самоубийством, а здесь его можно было встретить в удобном месте. — Отойди от входа, я не пущу его к тебе.

Ная отступила вглубь комнаты, а я встал сбоку от пустующего проёма. Гончая показалась на гребне завала, там, где только что стоял, возникнув бесшумно, словно тень; под ней не шевельнулся ни один камень. Длинное серое тело на высоких ногах и узкую морду с инеем на губах я бы узнал где угодно. До сих пор гончие встречались нам только в Перми, и мы привыкли думать, что за ними стоят егеря, сейчас же, похоже, явился дикий охотник.

Ная держалась позади, и гончая смотрела только на меня, пока я не навёл на неё фонарь. Тварь отвернула морду, соскользнула с камней и скрылась за обломком стены.

— Слева, — тут же подсказала эльфийка. — Теперь у стены… справа. Очень быстро передвигается.

Гончая не шла напрямик, а перебегала от укрытия к укрытию, заставляя меня переводить луч с одной стороны улицы на другую. Один раз рванула к двери, но, заметив поднятый топорик, резко свернула. Мля, а ведь я едва не ответил ударом на ложную атаку! Оставалось ждать своего шанса, а пока тварь кралась вдоль стены нашего дома. Фонарь туда не доставал, зато Ная по-прежнему её слышала.

— Справа у входа! — Ная уже не шептала.

Отступил чуть глубже, оставив гончей место для прыжка, и она, оттолкнувшись от выступа возле двери, влетела в комнату. Прикрыв лицо согнутой левой рукой, встретил когтистые лапы наручем и рубанул её по плечу. Отдачей меня прижало к косяку, но я удержался на ногах.

Зачарованное лезвие застряло в дымящейся ране. Гончая приземлилась боком почти у самых моих ног и тут же попыталась развернуться для нового броска, подставившись под огонь Наи. Яркая вспышка заставила зверя отшатнуться, открыв горло, и я успел выдернуть лезвие.

Следующий удар пришёлся точно под челюсть. Гончая рванулась, повалилась набок и забилась в предсмертной агонии, скребя камень длинными когтями. Я отступил от опасных лап и держал на ней луч фонаря, пока тварь не затихла.

Когда стало ясно, что зверь больше не поднимется, наконец опустил руку. На рукаве белели следы когтей, но ткань выдержала. Ная подошла ближе, всё ещё бледная после магической вспышки.

— Цел? — она внимательно осмотрела мой рукав, особенно утренний шов.

— Да, — с облегчением расслабил пальцы на рукояти. — Похоже, твой наговор пригодился.

Хранительница слабо улыбнулась и села на порог, а достал из аптечки шоколадный батончик, который держал там как раз на такой случай. Она заглотила его в два укуса и только потом спросила, почему сладкое лежит вместе с бинтами. Услышав, что после драки от него иногда больше пользы, потребовала в следующий раз положить сразу два.