У страха запах корицы - Эстрани Наташа - Страница 5

Офис студии находился дальше, в доме с тёмными окнами, и всем своим мрачным видом отрицал родство с жизнерадостной вывеской у входа. Это напоминало путешествие в штаб-квартиру сил зла, но за облупившейся металлической дверью обнаружился совершенно заурядный офис – с запахом кофе, конф-колов и дедлайнов.

Меня встречали так радушно, будто в последний раз здесь видели живого человека три года назад. Осыпали с порога печеньем, выдали чашку кофе, проводили в просторный кабинет с романтичным видом на желтеющий клён и усадили в кресло, в уютных объятиях которого можно было прожить всю оставшуюся жизнь. Я снова глянула на отражение в стекле – ну ладно, вроде даже и неплохо выгляжу, сразу понятно: смогу и рекламную кампанию организовать, и превратить конкурентов в жаб.

Через пару минут в кабинет впорхнула миниатюрная девушка с именем Юлия на бейджике. Она напоминала принцессу, только что сбежавшую из сказки: розовое летнее платье, рукава-фонарики. Юлия со всей непосредственностью плюхнулась в кресло напротив – и в тот момент я поняла, что всю дорогу переживать из-за недостаточно приличных кудрей было необязательно.

Следом за Юлией в дверь бесшумно проскользнул мужчина. Высокий, болезненно худой – как будто его растягивали в длину, пока не исчезло всё лишнее. Когда-то его костюм, наверное, был пёстрым и даже нарядным, но потом выцвел до невнятной серости – вместе с хозяином. У мужчины было узкое лицо, тонкие узловатые пальцы и тот самый взгляд, который обычно заставляет собеседников увлечённо разглядывать узор на обоях и вспоминать расписание электричек.

Он молча встал у Юлии за спиной, а я решила, что это важный босс и нужно, пожалуй, несколько раз подумать, прежде чем принимать оффер.

– Камилла, как хорошо, что вы пришли! – воскликнула Юлия с явно заготовленным энтузиазмом.

А потом вдруг закашлялась, извинилась, поспешно раскрыла папку и зашуршала бумагами. Мужчина расслабленно потрепал её по голове, как славного пёсика; Юлия поморщилась, будто от сильной боли, но не обернулась. Выглядело, мягко говоря, странновато, но я отложила выводы на потом.

– Нам очень понравилось ваше резюме, – уже более деловым тоном сообщила Юлия, вытягивая нужный лист. – Насколько я понимаю, по профессии вы экономист, но с экономикой никогда связаны не были? И раньше довольно часто меняли рабочие места. Как бы вы это прокомментировали?

Она снова несколько раз болезненно кашлянула и извинилась, а я озадаченно зависла, не оставляя попыток порвать рукав. Как бы я это прокомментировала? Я неудачница и умру под забором? Я неприкаянный дух в мире офисных кресел? Я четыре года проработала в одной компании, о чём речь?

Мужчина склонился к Юлии, почти коснувшись губами её уха.

– Кидается на любую работу, а потом сбегает, как крыса с корабля, – прошептал он, глядя мне в глаза.

Юлия, не оглядываясь, потёрла ухо, а я метнула в мужчину удивлённый взгляд. У меня возникло много вопросов, но все они слились в один:

– Простите, что?

– Я спрашиваю, как бы вы это прокомментировали? – повторила Юлия, терпеливо заглядывая мне в глаза.

Голос её звучал хрипло. Кашель не отпускал, но она с отчаянным мужеством старалась это скрыть.

Я открыла рот, но мужчина снова опередил меня:

– Сейчас скажет, что у неё творческая натура. Это так неожиданно.

– Что вы… – Слова застряли у меня в горле, и я уставилась на Юлию, изо всех сил стараясь не видеть его лица. – Что вы имеете в виду? Жизнь короткая, хотелось попробовать разное. Но сейчас я ищу работу надолго.

– Это замечательно, – улыбнулась Юлия. – А что в работе вам нравится больше всего?

Я совсем растерялась, пытаясь не обращать внимания на мужчину и одновременно припомнить, что вообще нужно делать, когда ты маркетолог. Юлия смотрела на меня так, словно всей душой верила, что я вот-вот выдам правильный ответ.

– Врать, – негромко произнёс мужчина.

Он снова погладил Юлию по голове, а затем аккуратно, даже нежно сжал пальцы на её шее. Она судорожно вдохнула и закашлялась так, словно вот-вот расстанется с лёгкими, – тяжело, мучительно, неловко отворачиваясь и посылая мне все возможные сигналы, кричащие: «Простите!» Потом потёрла лоб, поморгала, но на мужчину не обернулась.

Если это какая-то игра, то я проигрываю. Если это стресс-интервью, то лучше бы спросили, сколько пингвинов помещается в школьный автобус.

– Работать с людьми, – выдохнула я. – Да. Я люблю работать с людьми.

Господи, что я несу? С какими людьми я так страстно люблю работать?

Юлия улыбнулась. Мужчина – тоже.

– Какие люди? – Он покачал головой. – Бормочет так тихо, что люди её не расслышат. Даже здесь сидит, как будто ждёт, что её сейчас ударят.

Лицо медленно залило жаром, словно мне на макушку выплеснули полную чашку кофе.

– Это хорошее качество, – сказала Юлия, игнорируя и его слова, и мои полыхающие щёки.

– Бесценное, – лениво согласился мужчина. – Умение ждать удара – вообще полезный навык.

Я вцепилась в подлокотники до побелевших костяшек – и почувствовала, как мурашки бегают по коже под толстым свитером. Это уже напоминало не собеседование, а кастинг на главную роль в фильме ужасов, и сколько бы я ни пыталась сохранить лицо, делать вид, что всё в порядке, не осталось ни сил, ни желания. В голове столкнулись две галактики: в одной я уже была на полпути к выходу, в другой – не могла молча оставить Юлию с каким-то психом наедине.

И всё, на что меня хватило, – это глухо выдохнуть:

– А вы кто вообще?

Юлия моргнула.

– Простите?

– Это не вам, – нервно отозвалась я.

Мужчина медленно улыбнулся, взял со стола ножницы – и, к моему абсолютному ужасу, задумчиво повёл ими вокруг её головы.

Я замерла.

Юлия откинулась в кресле, глубоко вдохнула, несколько раз кашлянула, медленно поправила платье, потёрла лоб, но не посмотрела в его сторону.

– Камилла, всё в порядке? – с лёгким беспокойством уточнила она.

В горле пересохло так, словно я наелась пепла. Юлия совершенно не замечала человека с ножницами – не смотрела на него и краем глаза, не оглядывалась, не реагировала, словно его просто не существовало.

Что мне делать?

«Этот мужчина хочет в вас ножницы воткнуть» – так и сказать?

Я моргнула, пытаясь собраться с мыслями, – раз, другой, пока не заслезились глаза. Юлия смотрела на меня так, словно я только что попыталась вскочить на стол и прокукарекать.

– Вы очень бледная.

– Кто это? – прохрипела я, указывая ей за спину.

Очень медленно, с сомнением, будто решая, стоит ли вообще на это реагировать, Юлия повернула голову вправо.

Так же медленно длинный мужчина поднял руку с ножницами прямо над ней.

За четверть секунды проведя в уме все необходимые вычисления, я схватила со стола первое, что попалось под руку, и метнула – кажется, это был степлер.

Только для того, чтобы увидеть, как он пролетает сквозь воздух.

Мужчина исчез. Ножницы тоже. Степлер с грохотом врезался в стену.

– Да что с вами не так, Камилла?! – закричала Юлия, и её голос вонзился мне в уши.

«Это конец всему», – подумала я.

Юлия вскочила с места, но я уже развернулась и направилась к выходу, стараясь не бежать. Влажные ладони скользили по дверной ручке, в ушах стоял шум.

Я вылетела в коридор, хлопнула дверью и чуть не сбила с ног проходящую мимо женщину с кипой бумаг. Она что-то раздражённо буркнула, но я не остановилась.

Просто вышла в солнечный осенний день. В мир, где ничего этого быть не могло.

Не помню, как я оказалась в метро. Помню, как сидела в вагоне, уткнувшись лицом в ладони и отсчитывая остановки. Перспектива поднять глаза вызывала почти животный ужас. Расцарапанная в кровь рука, которую я терзала в попытках проснуться, щипала и ныла.

Конечно же, я пропустила свою остановку, и, конечно же, так и не нашла силы выйти и вернуться назад. Поэтому проехала полный круг по кольцу, добавив себе ещё немного отчаяния. Я, вероятно, выглядела как человек глубоко не в себе, но это же московское метро – тут ты можешь раздеться догола, есть сырую капусту и читать вслух псалмы, и никто не посмотрит в твою сторону.