Демоны Олимпа: Мой дорогой злодей (СИ) - Зайцева Валентина - Страница 20

Всхлипнув ещё раз, я перехватываю его руку и отстраняюсь, используя этот момент, чтобы повернуть дверную ручку и буквально выскакиваю из директорского кабинета на свежий воздух.

Три недели. Для кого-то это всего лишь двадцать один день, а для меня — целый цикл.

У меня вообще всё в жизни идёт по каким-то странным кругам. Чистая классика: то взлёт и период безудержной энергии, то глубокое падение, когда хочется запереться от всего мира. Но моя неожиданная, вспыхнувшая заново слабость к Глебу Вилкову — это что-то совсем из другой оперы. Настоящий ребус, который я не могу разгадать. Вроде бы я должна всеми силами избегать этого надменного злодея, так почему же меня снова и снова тянет в этот омут?

Может быть, дело в начале учебного года? Или в том, что отныне рядом нет «Демонов Академии Олимп», которые раньше всегда держали наш элитный курс в тонусе и защищали от лишних сплетен? А теперь я осталась с этими слухами один на один.

Именно это мне и пытался втолковать Андрей Максимович Сивов.

— Эй, Аня! — громко окликает меня Антон, когда я захожу в шумную столовую Академии.

— Привет, — я подхватываю поднос и становлюсь в очередь. — Ты чего шумишь?

— Да просто хотел узнать, собираешься ли ты на субботнюю вечеринку в Заречье.

Ох, столовая — самое последнее место, где мне хотелось бы встретить Глеба. Но, судя по всему, удача сегодня не на моей стороне. Он сидит за дальним столиком, и вокруг него, как обычно, витает эта аура недосягаемости и опасного обаяния, которая заставляет половину девчонок Академии терять голову.

— Не знаю, Антон, — вздыхаю я, стараясь не смотреть в сторону Вилкова. — У меня впереди подготовка к Балу Дебютанток, так что вряд ли.

— Да ладно тебе! У нас там отличная компания собирается, — настаивает он.

— Я подумаю, — улыбаюсь я одной лишь ухмылкой и отхожу с подносом.

Я прохожу мимо столиков, чувствуя на себе чьи-то внимательные голубые глаза. Моё сердце пропускает удар. Я прекрасно знаю этот взгляд. Глеб смотрит на меня так, будто читает мои мысли. Впрочем, я тут же одергиваю себя. Вилков просто любит играть на нервах.

Я подсаживаюсь к Тасе и Карине. Тая, как обычно, с головой погружена в свой конспект, но при моём появлении вскидывает голову:

— О, Аня! Ты видела, как Глеб только что на тебя посмотрел?

— Тася, громче, пожалуйста! — шиплю я, моментально заливаясь румянцем и озираясь по сторонам. — Вдруг кто-нибудь не услышал!

— Да ладно тебе, — хмыкает Тая, снижая тон. — Он весь день сам не свой. Сидит один за столиком, жует этот свой салат и смотрит на всех как на врагов народа. Обычно вокруг него вьётся половина парней из хоккейной команды, а сегодня — полнейшая изоляция.

— У него проблемы с отцом, — тихо роняю я, опустив взгляд на свою тарелку.

— Серьёзно? — Карина подаётся вперёд, её зеленые глаза вспыхивают любопытством. — Мой папа вчера вечером как раз рассказывал про их стычку в загородном клубе! Говорит, Глеб там устроил настоящий спектакль перед всей местной элитой!

Я закатываю глаза, вспоминая, как сама оказалась невольной свидетельницей этого разгрома:

— О да, спектакль был в лучших традициях драматических сериалов. Только вот Глебу сейчас точно не до смеха.

— Ну, Вилковым не привыкать к скандалам, — замечает Карина, размешивая ложкой сок. — Вспомни его братца Сергея. Вот уж кто умел навести шороху, а потом выйти сухим из воды.

В этот момент на другом конце зала раздается громкий треск и звон разбитой посуды. Вся столовая мгновенно затихает. Какой-то первокурсник, зазевавшись, задел край стола и ровно посередине зала уронил поднос с обедом. Соус и брызги разлетелись по белоснежному полу.

Преподаватели тут же подхватываются со своих мест. Алла Михайловна Розанова торопливо подаёт парню пачку салфеток, а Александр Викторович Дроздов пытается успокоить напуганного первокурсника. Комендант Лев Борисович уже достаёт телефон, чтобы вызвать дежурного уборщика.

И только Глеб даже не поворачивает головы. Он всё так же неторопливо листает что-то в своём телефоне, будто происходящее вокруг его абсолютно не касается.

— Типичный Вилков, — тихо качает головой Карина. — Полнейший хладнокровный эгоизм.

— Карина, а ты сама-то как? — переводит тему Тая, внимательно глядя на подругу. — Встречаешься с кем-нибудь? Или всё ещё ждёшь принца на белом мерседесе?

Карина вздыхает и чуть смущенно поправляет волосы:

— Ой, да ну вас! Сейчас перед выпуском вообще не до парней. Сплошные репетиторы и подготовка к поступлению. К тому же, в нашем элитном «Олимпе» нормальных свободных парней можно по пальцам пересчитать.

— Это точно, — соглашается Тая. — Все либо уже заняты, либо ведут себя как избалованные мажоры.

Карина торопливо собирает свои тетради и складывает их в сумку:

— Ладно, девчонки, мне пора в библиотеку. Нужно закончить эссе для Дроздова, а то он с меня живой не слезет.

Она поднимается и быстро шагает к выходу. Я провожаю её взглядом и замечаю, что Глеб тоже поднимается из-за своего стола. Проходя мимо нас, он на секунду задерживает взгляд на мне, и этот жгучий, уверенный посыл заставляет мои щёки снова вспыхнуть.

— Я пойду догоню её, — говорю я Тасе, подхватывая свою сумочку.

— Удачи! — улыбается Тая.

Я нахожу Карину в тихом читальном зале библиотеки, в отделе справочной литературы. Она сидит на мягком диванчике, обложившись томами по истории и праву, и с увлечённым видом что-то конспектирует.

— Всё в порядке? — я тихо опускаюсь на край дивана рядом с ней.

Карина вздрагивает от неожиданности, но тут же расслабляется:

— А, это ты… Да, всё нормально. Просто устала немного.

Я с некоторой долей сомнения прищуриваюсь:

— Ты выглядишь так, будто скрываешь какую-то тайну.

Она вздыхает, откладывая ручку в сторону, и качает головой:

— Тебе не кажется, Аня, что мы все здесь живем в каком-то бесконечном замкнутом круге? Сплетни, интриги, кто с кем встречался, кто кому соврал… Иногда мне кажется, что я одна осталась без всей этой бурной личной жизни.

— Поверь мне, — горько усмехаюсь я, — отсутствие личной жизни — это не самая большая беда в Академии «Олимп». Иногда лучше быть одной, чем втягиваться в эти опасные игры.

— Тебе легко говорить, — вздыхает Карина, разглядывая свои ногти. — О тебе всегда все говорят. Ты красивая, яркая, у тебя столько поклонников… А я чувствую себя какой-то невидимкой.

— Ты не невидимка, Карина. Ты умная, красивая и настоящая. А все эти сплетни… поверь, они не стоят и полотна твоих нервов.

Карина поднимает на меня глаза, и в них читается искренняя благодарность:

— Спасибо, Аня. Мне правда нужно было это услышать.

Мы ещё немного сидим в тишине читального зала. Я смотрю в окно на осенний парк Академии и понимаю, что как бы я ни пыталась убежать от своих чувств и от Глеба Вилкова, наша история только начинается. И впереди нас ждёт ещё немало крутых поворотов.

Аня

Стоять на пороге собственной комнаты в академической форме и делать вид, будто всё под контролем, — моё любимое развлечение этого сезона.

Особенно когда в гостиной твоего академического люкса стоит не кто иной, как Глеб Вилков.

Всё началось час назад, когда я благополучно решила прогулять его занятия в бассейне. Ну а что? После той ужасной сцены в кабинете директора встречать этого заносчивого злодея мне хотелось меньше всего. Я осталась в Северном корпусе, надеясь, что хоть один вечер пройдёт спокойно.

Не тут-то было.

Когда в дверь постучали, моя новая соседка Жанна — позитивная и невероятно разговорчивая девчонка, только поступившая к нам из «Воробьёвок», — сразу же ринулась открывать.

— Я отвечу! — весело крикнула она, поправляя фирменную толстовку.

Я осталась в спальне, неспешно приводя себя в порядок перед зеркалом. Но уже через минуту из гостиной донёсся слишком знакомый, низкий бархатистый голос, от которого у меня внутри всё моментально сжалось: