Истинная ведьма дракона (СИ) - Солейн Анна - Страница 15

— Что? Ты… я же сказала, что уже замужем!

Неужели не поверил?

— Хочу перестраховаться. Опять же — я уже родню на праздник созвал, не прогонять же всех?

— Отец…

— Что? Я в первый раз дочку замуж выдаю. Не отнимай у старика праздник.

— Отец…

— Двадцать пять лет уже отец.

— Но…

— Никаких но. Раз уж ты его сюда привезла — пускай мучается. Посмотрим, что за зять. Может, сам все-таки убежит. А там и Ронни — тут как тут. — Отец с плотоядной улыбкой посмотрел на Сеймура, который шел обратно к особняку.

— А почему двенадцатого? — встрепенулась вдруг бабушка, которая тоже смотрела на Сеймура и в очередной раз поправляла платье. Не могла определиться, поднять повыше и показать все козыри или опустить пониже и оставить загадку.

— За день до дня рождения Алисы. Чтобы четко все.

Как и все темные, я родилась тринадцатого числа. Странно, что бабушка переспросила.

Бабушка закусила губу. Накрашенную, между прочим, красной помадой. В честь прихода Сеймура, должно быть.

— Сынок, тут такое дело…

— Что? — обернулся отец и оторвался от размышлений о Сеймуре. — Опять твоих недовольных клиентов ждать? Ты же завязала с работой. А я говорил, нечего им неправильные дозировки зелья для потенции писать. Сначала весело, а потом они приходят мстить! И шумят! Тыквы мои топчут… И так в этом году неурожай будет… — Он вздохнул.

— Да нет, — отмахнулась бабушка. — Тут такое дело…

— Какое? — подобрался отец.

— Алиса, а ты покажешь мне, где флигель? — перебил Сеймур, который уже успел подойти к крыльцу. — Осмотрим его… вместе?

Вокруг головы Сеймура с радостными писками кружил нетопыренок. Спелись! Кажется, Сеймур ему нравился больше, чем я. Это было немного обидно.

— Я покажу! — встрепенулась Мара. — Он справа!

Справа находился садовый лабиринт, из которого просто не было выхода, потому что стены перемещались сами собой и не давали из него выбраться. Но Мара была темной, и флиртовала соответствующе.

— Мам, ты что-то хотела сказать? — спросил отец.

— Нет, глупости, — встрепенулась бабушка и еще раз посмотрела на меня. — Будет еще время… Да, пока будет. А когда ты там, говоришь, благоверная твоя приезжает? Есть у меня к ней разговор.

Разговор? К маме? О чем?

Бабушка с отцом принялись обсуждать то, когда можно ждать маму из очередной командировки, Мара повела Сеймура к непроходимому лабиринту, а я решила, что могу уйти спать.

И запереть дверь изнутри, чтобы остаться одной наконец-то.

Стоило мне войти в особняк, как меня снова пронзило холодом. На плечи навалилась слабость. Да что это? В ушах раздался смех — а потом все… не то чтобы исчезло, но как будто отступило.

Нет, с этим точно нужно разобраться!

Задумавшись, я поднялась к себе в комнату и, не включая свет, рухнула на кровать. Стоило бы принять ванну и переодеться, но сил не было ни на что. Сев спустя несколько секунд, я, тайком от себя самой, закатала рукав блузки и уставилась на метку Сеймура. Красивый огненный дракон, раскинувший крылья. Я провела по контурам фигуры кончиком пальца и отдернула руку.

Вспомнилась усмешка Сеймура, его прикосновения и: “Ты не нравишься мне — я не нравлюсь тебе. Моя бы воля, я бы никогда в жизни с тобой не связался”.

Ну и ладно.

Терпеть тебя не могу, Джеймс Сеймур!

“У-у-у… — утробно взвыл где-то в подвале Чак, наш упырь, полностью отражая мое настроение. — У-у-у…”

Его вой по ночам традиционно разносился по всему дому — и это был обычный звук, под который я привыкла засыпать.

Навестить Чака, что ли? Мало ли, что интересного можно найти в подвале. Опять же, старику составлю компанию.

— Ненавижу тебя, Джеймс Сеймур, — проворчала я, закрывая дверь на замок и думая, не придвинуть ли к ней комод.

В этот момент дверь открылась — я едва успела отпрыгнуть, чтобы не получить по носу створкой.

— Отрадно слышать, что ты постоянно обо мне думаешь. Идеальная жена, — невозмутимо откликнулся Сеймур, заходя внутрь.

Он закрытого замка что, вообще не заметил?!

— Ты что тут забыл? Иди во флигель! А еще лучше — домой к себе иди. — Я попыталась захлопнуть дверь, но Сеймур удержал ее рукой.

Он демонстративно нахмурился, хотя карие глаза смеялись.

— Фиар, я же говорил — на шаг от тебя не отойду. Так что… — Сеймур заглянул мне за плечо. — О, кровать, правда, маленькая. Ну ничего, в тесноте — да не в обиде.

Я попятилась.

— Ты что, спать тут собрался?!

Сеймур недоуменно моргнул и вошел в комнату, аккуратно отцепив мою ладонь от дверной створки.

А я за нее изо всех сил держалась, между прочим!

— Конечно. А где же мне еще спать?

— Во флигеле!

— Не-е-е, — протянул Сеймур. — Там что-то слишком людно. И, по-моему, там уже спит твоя бабушка. Сама понимаешь, беспокоить сон пожилого человека — невежливо.

Он встал посреди комнаты и оглядывался с самым хозяйским видом.

— При ней не сболтни про пожилого человека, — автоматически предупредила я и тряхнула головой. — Сеймур, а ты не хочешь…

— Это что, твой портрет? — перебил Сеймур, подойдя к стене. — А почему такой маленький? — Он прищурился. — Какая ты была пухленькая в детстве, такой бутуз… И такая светленькая, ну как ангелочек…

Он издевается! Сеймур потянулся к портрету, и я метнулась вперед, вставая между Сеймуром и стеной.

Мимо моего лица пролетел выскочивший из кармана Сеймура нетопыренок и уселся ему на грудь, вцепившись в куртку когтями. Довольно запищал и полез вверх, к плечу. У меня из рук вырывался! А к Сеймуру — вон как липнет.

Не знаю, почему, но это стало последней каплей.

— Слушай, ты! Я не давала тебе разрешения здесь находиться, понял? Ни в моем доме, ни в моей комнате, ни, тем более, в моей кровати! И портреты мои рассматривать тебе нельзя!

Особенно те, где я пухленькая и похожая на ангелочка. Какой кошмар. Не думала я, что этот старый портрет кто-то увидит. Я вообще собиралась его снять! Это отец повесил, давно уже. Просто как-то... забыла про него.

Брови Сеймура взлетели вверх. Он ухмыльнулся.

— Я тебе уже говорил, Фиар. Я должен разобраться в том, что происходит.

— Я чудесно разберусь со всем без тебя. Скорее пущу в постель гигантского слизняка. Так что будь добр — уйди отсюда, иначе прокляну.

На лице Сеймура что-то изменилось. Губы сжались, брови сошлись на переносице.

— Попробуй.

Он шагнул вперед, и я едва уговорила себя не пятиться.

— Что?

— Проклясть меня, — тихо проговорил Сеймур, почти касаясь моих губ. — Попробуй.

Ах ты… да ты...

Я сжала зубы, мысленно призывая всю магию рода. На ритуал сейчас времени не было, но и этого Сеймуру хватит, чтобы навсегда забыть сюда дорогу. Подняв руку, я коснулась его груди, того самого места, где билось сердце. “Аби ин круцем”, — прошептала я и вскрикнула от боли.

Всю руку от кончиков пальцев до локтя пронзило болью, как будто разом в тело воткнулся миллион острых спиц. Сеймур отшатнулся, его лицо стало удивленным.

— Фиар! Да что с тобой опять?!

Он потянулся ко мне, но в последний момент замер, так и не дотронувшись. Не захотел сделать больнее? Но мне было не до того, чтобы размышлять о Сеймуре. Мне было страшно, до ужаса. Что с моей магией? Почему она опять вышла из-под контроля? Почему обратилась против меня? В очередной раз? Это же… Сеймуру должно было стать больно. У меня всегда получались такие фокусы довольно легко — отец учил нас с Марой этому в том возрасте, в котором фермеры учат своих детей ездить на велосипеде.

— Фиар? — позвал Сеймур.

Смотрел он не на меня.

Куда-то вокруг меня.

— Уходи, — отрезала я.

Помолчав, Сеймур направился к двери. Я уже было обрадовалась, но он щелкнул замком и вернулся.

— Я не лягу с тобой в одну кровать, — предупредила я.

Я чувствовала себя донельзя глупо из–за того, что только что моя собственная магия отбилась от рук. Не говоря уже о том, что мне было страшно.