Я попал в мужа любимой супергероини и теперь буду оберегать её от посягательств других суперов (СИ) - Курзанцев Александр Олегович "Горный мастер" - Страница 19

— Как на работе? — нейтрально поинтересовался я, вилкой накалывая очередной кусочек курицы из доставшейся мне порции Кунг-пао.

Замерев на секунду, совсем чуть-чуть не донеся до рта очередной пельмень, она чуть смущённо отвела взгляд и уклончиво ответила:

— Знаешь, возникли некоторые проблемы…

— Да что ты?

— Разбиралась с другой сотрудницей, — жена мило улыбнулась, давая понять, что ничего серьёзного.

С сотрудницей, ага. По имени Вселенус. Знаем, знаем. И результаты разбирательства видели. А ещё видели Донни Шарка, уносящего таинственную даму в чёрно-красном в закат. И хотелось бы, конечно, знать, чем дело закончилось там.

— Я думаю, всё у вас наладится, — всё же дипломатично заметил я.

— Обязательно. Обещаю, — разом повеселела Джессика, а затем в свою очередь спросила:

— А как у тебя, в зале?

— Тоже были небольшие проблемы, — ответил я.

К сожалению, у меня такой регенерации нет. Если на моей суперше, после обильного стола, явно всё уже затянулось, вон как расслабленно сидит, то на мне отметины будут видны ещё долго. И если кто-то считает, что разодранную об асфальт спину можно утаить от жены, то он никогда с женщинами дела не имел. Что, однако, не отменяло того, что момент с объяснениями хотелось оттянуть на подольше. Сложно будет объяснить, зачем я бежал спасать какую-то Найтгейл. Ведь я не в курсе, что она и моя жена — одно лицо.

— Но всё обошлось.

— И хорошо, — кивнула Джессика, а затем, потянувшись, достала пульт от телека и включила плазму на стене.

Да, телевизор у нас был не только в спальне, но и тут. И даже на кухне с потолка на кронштейне свисал небольшой. Зачем он там нужен, я не особо понимал, но с момента, как в пятидесятые эти зомбоящики появились буквально в каждом американском доме и квартире, желание смотреть его буквально везде стало маниакальным. Разве что в туалете не ставили — размеры не позволяли. Сегодня тоже не ставят, но только потому, что у каждого есть смартфон, с которым удобнее ходить в туалет чем с телевизором.

— И вновь мы показываем эксклюзивные кадры репортажа Кендалл Кристалл, с места битвы с Вселенусом.

На экране появилось чуть трясущееся изображение находившейся в вертолёте и поправлявшей волосы миловидной афроамериканки с крупным бейджем ТБС на груди.

— Повезло сучке, — с некоторой завистью прокомментировала Джессика.

Тут кадр сменился и я узнал снятую сверху и сбоку фигуру Вселенуса, лупящего заклинаниями во все стороны. Затем кадр поймал совершающего вираж Голденмена. А затем… И почему я не обратил внимание на кружащий над нами вертолёт? Впрочем, в тот момент мною руководили совсем другие инстинкты. Непозволительное поведение для ветерана СВР. Это я признал сам себе. Но что-то толкнуло тогда. Заставив забыть обо всём, видя беззащитных девчонок.

На секунду даже подумалось, а не отголоски ли личности прежнего Дерека Коэна тут сработали? Я ведь так и разобрался, как и почему оказался на его месте и куда делся он сам.

Эмоциональное восклицание репортёрши вырвало меня из раздумий и моему взгляду предстали бегущие мужики во всей красе. И первым, с большим отрывом, в красных труселях, ваш покорный слуга. И именно меня камера первым взяла в фокус, показав во всех подробностях. Отчего я вновь внутренне порадовался, что взял маску, как знал, что попаду на экраны. Кстати, должен признать, красиво бежал, вон как мышцы при каждом шаге прорисовываются. Но от жены, естественно, такой простой камуфляж, не спас.

— Дерек, погоди, это что, ты⁈

Я покосился на жену, переводящую ставшими круглыми глаза с экрана на меня и обратно, сказал негромко:

— Ну я же говорил, что были небольшие проблемы.

— Ничего себе небольшие! Бегать в какой-то странной шапке и одних трусах прямо под носом у двух дерущихся суперов. И… а почему ты, собственно, в трусах? Все вы?

В тот момент камера отъехала назад, показав ещё с десяток несущихся за мной качков.

— У нас был турнир по борьбе, на звание босса качалки, — также ровно сообщил я.

— И кто победил?

— Не успели выяснить, но я вышел в финал.

Тут кадр снова переключился, прошла краткая врезка про конкурс мисс Нью-Йорк, а затем показали их развороченный автобус и меня, выскакивающего с Двадцатьседьмой на плече и бодро скачущего обратно. Ну что ж, если что-то пошло не так, значит всё пошло не так.

Взгляд Джессики мгновенно стал прищуренным.

— Это из-за них вы не успели?

— Нет, — выдержал я её взгляд, — из-за Вселенуса. Он нам чуть зал не разрушил. А девчонок просто побежали спасать, потому что они сами выбраться не смогли.

— И конечно ты бросился спасать первым, — с толикой сарказма заметила она. — Естественно, чтобы молоденьких красоток не спасти, а заодно и облапать. Вон как за задницу её схватил!

— Не за задницу, а за ноги, и не схватил, а придержал, чтобы на ходу с плеча не свалилась, — поправил я.

— Да-да, — ядовито произнесла жена в ответ.

Масла в огонь подлила и сама спасённая. Именно её, уже когда Вселенуса повязали, выбрала своей целью репортёрка. На заднем фоне остальные девчонки всей толпой фотались с радостно лыбящимися мужиками, среди которых сильнее всех скалился мои друг Билл, под шумок обнимая аж двух конкурсанток. Ох и задаст ему жена, когда это увидит. Я то, благоразумно, в этой фотосессии не участвовал, но всё равно, от разборок дома это меня не спасло.

— Джуди, расскажите, что произошло? — сунула репортёрша микрофон девушке под нос.

— Это было так страшно, — обняв себя за плечи, произнесла та, — мы, сначала, ничего не поняли, автобус просто остановился. А затем удар, стёкла разбились, многие попадали с сидений.

— А затем вас спасли, — перебила её Кэндалл, которой было не сильно интересно слушать про мысли и ощущения девушки, её интересовало другое.

— Да, — кивнула конкурсантка, — он буквально ворвался внутрь, большой, сильный. Мой спаситель. Мы, сначала, испугались ещё сильней, но он сказал, что они здесь, чтобы всех спасти. А затем подхватил меня, легко, как пушинку и понёс. И знаете, от ощущения его сильных рук сразу стало так спокойно, я поняла, что в безопасности и что мне больше ничего не грозит.

— А он сейчас здесь? — Кендалл посмотрела на толпу.

— Нет, он ушел.

— А вы хотели бы с ним встретиться вновь? — тут же спросила репортёрша.

— Да, хотела бы, — чуть смутилась и порозовела, что было видно даже на её смугловатой коже, девушка, — правда я узнала только его имя — Дерек и больше ничего.

— Ну что ж, и так бывает, — сказала в камеру, закончившая с вопросами Кристалл, — некоторые герои предпочитают оставаться инкогнито.

— Герой, значит, — почти прошипела Джессика, стоило её коллеге на экране замолкнуть, — с сильными руками. Она тебе тоже понравилась? Говори правду! Почему ты именно её схватил?

— Потому, что она сидела ближе всех ко мне, — я отвечал спокойно, и не думая отводить взгляд, прекрасно зная, что ответные эмоции только укрепят её в ложных подозрениях, — и, в тот момент, я её даже не разглядывал, схватил просто как мешок и понёс.

— Попробуешь с ней встретиться, прибью и тебя и её, — с угрозой произнесла жена.

Да, когда такое говорит супер, этому веришь. Но моего спокойствия даже это не смогло поколебать.

— Я люблю только тебя, — потянувшись, положил я свою ладонь поверх её, максимально искренне глядя в глаза.

И, честно говоря, мне даже не приходилось эту честность играть, потому что только несколько женщин оставили в моём сердце неизгладимый след и все они, к сожалению, в том, моём мире, существовали лишь на экране кинотеатров и в комиксах.

Тут картинка на экране сменилась, и повернувшись туда я произнёс, переключая фокус внимания, — смотри, Найтгейл!

А там, как раз показывали окончание эпической битвы и падение Вселенуса и моей жены, которую я, якобы, не узнавал. Вот тут бы показать, как я её поймал, чтобы перебить момент с кандидатками в мисс Нью-Йорк, но вертолёт, в этот момент, висел неудачно, тот угол был скрыт выступом здания и всё, что они засняли, так это метнувшегося туда Голденмена и потом его же, взлетающего с Найтгейл на руках. Досадно, хотя пришлось бы объяснять, зачем я бросился спасать эту супергероиню. Нет, жене, конечно, будет приятно, но закономерный вопрос, чего это я ношусь спасать каждую бабу, тоже появится. А оно мне надо? Женщины же существа парадоксальные, как ни крути.