Я попал в мужа любимой супергероини и теперь буду оберегать её от посягательств других суперов (СИ) - Курзанцев Александр Олегович "Горный мастер" - Страница 18

А затем произошли сразу две вещи. Грёбаный Вселенус таки зацепил мою дурёху своим заклинанием, а в него самого влетели две каких-то хитрых ракеты, пущенные откуда-то издалека. Так они и полетели на землю, он в одну сторону, а Найтгейл в другую.

Мгновение, и вот я уже на ходу перепрыгиваю автомобили, благо, жену отбросило практически ко мне. Взвиваюсь в воздух, с разгону оттолкнувшись от капота последней машины на моём пути, и перехватываю безвольно падающее (без сознания?) тело. Жёсткое приземление, всё же даже шестьдесят килограмм под ускорением свободного падения — это немало. Грохаюсь на спину, продолжая прижимать жену к себе и обдирая спину об асфальт. Но, несмотря на боль, облегчённо выдыхаю — успел.

Кое-как поднялся на ноги, продолжая держать её на руках. Глядя на закрывающую лицо маску и чуть дымящийся после атаки Вселенуса костюм, подумал с некоторой теплотой, что вот сейчас она очнётся, а я скажу, хоть и делая вид, что её не знаю: «Всё хорошо, ты в безопасности».

Она на секунду растеряется, узнав меня, но тоже сделает вид, что не узнала и ответит: «Спасибо».

А я в ответ…

Но планам моим не суждено было сбыться.

Толчок воздуха, заставивший отшатнуться, и вылезший, как чёрт из табакерки, Донни, лихо затормозив в своём золотом костюме, бесцеремонно выхватывает тело Найтгейл у меня, не удостоив даже взглядом.

И именно в эту минуту, у него на руках, она и очнулась, вздрогнув, с тревогой и растерянностью произнеся:

— Что⁈

А мудацкий Голденмен своим мудацко-заботливым голосом произнёс в ответ ровно то, что планировал сказать я:

— Всё хорошо, ты в безопасности.

И в ответ, чтоб его четыреждылядский золотой костюм ему в жопу запихало, послышалось тихое:

— Спасибо.

А затем он стартанул в воздух с моей женой на руках, оставив меня лишь в бессильной злобе сжимать кулаки. И ведь она даже не успела меня увидеть! И считает, наверное, что это Донни её спас от падения.

Нда, если есть высшая несправедливость на Земле, то сейчас случилась именно она. А затем я вспомнил комикс, что до встречи со Старбаттлером Найтгейл некоторое время встречалась как раз с Голденменом, и немедленно захотел гения, плейбоя, миллиардера, филантропа закопать где-нибудь поглубже. Да, всех четырёх сразу, чтобы ни один не выбрался.

Но, прикрыв глаза и сделав пару глубоких вдохов, я заставил себя успокоиться. Злость в этом деле плохой помощник, а я, в конце концов, офицер нелегальной разведки с огромным опытом диверсионной деятельности именно в США. И пусть этот мир чуть иной, но многие вещи весьма схожи. Да и люди — люди везде одинаковы. Большинством из них правит жадность, зависть и эгоизм, только они вынужденно маскируют их, потому что четвёртый пункт этого списка — боязнь потерять лицо. Грубо говоря, «А что скажут соседи?» Вот этого большая часть американских обывателей боится больше всего. Отчего и ходят все друг к другу с пирогами, улыбаясь при встрече и спрашивая, как дела. Хотя на самом деле им абсолютно наплевать на кого-либо, кроме себя.

И Донни Шарк, как бы не выставлялся бескорыстным борцом за всё хорошее, лишь пиарит себя и свою Шарк Индастрис, ловко толкая обывателю под своим брендом разный «высокотехнологичный» ширпотреб, а министерству американской обороны такого же уровня вундервафли, чья боевая эффективность, скажем так, весьма сомнительна против кого-то чуть более серьёзного, чем голожопые туземцы с ржавыми калашами. Потому что какое бы чудо-оружие ни было, в серьёзном конфликте будет решать массовость, а не уникальность, а поделия Шарка, какие бы продвинутые они ни были, товар штучный и кончатся через неделю, даже если размен будет 100 к 1 в их пользу.

Если так подумать, ничего страшного пока не произошло, а мне всего лишь нужно чуть подкорректировать планы. Побыстрей решить вопрос с мексами и заняться главным противником — Голденменом.

Поэтому, развернувшись, я спокойно пошёл обратно в зал. Пора было здесь заканчивать и, наконец, нормально одеться. Пока папарацци с камерами не набежали.

* * *

Домой мы с Джессикой вернулись почти одновременно. Я едва успел принять душ и переодеться, как в прихожей послышался звук открываемой двери. Выглянул в коридор, успев заметить, как она морщится, нагибаясь, чтобы расстегнуть пряжку на туфле. Похоже, заклинание регенерация ещё не успело справиться с последствиями.

— Привет, — произнёс, быстро накидывая рубашку, чтобы спрятать уже свои царапины и синяки, а заодно и спину, по которой словно тёркой прошлись. Меня в зале девчонки намазали чем-то заживляющим из того, что нашлось в аптечке, но при каждом неловком движении спину саднило будь здоров.

— Дорогой! — тут же старательно заулыбалась жена, как можно непринуждённей скидывая обувь, — ты тоже уже дома?

— Как видишь, — я развёл руками.

— А куда ходил?

— Да в зал, с мужиками, суббота же, — я посторонился, пропуская её в ванную, — а ты где была?

— Я? — шум воды чуть приглушил голос Джессики, — по работе. Срочный репортаж и всё такое.

— Понятно, — протянул я, затем спросил, — есть хочешь?

— Хочу, — тут же высунулась из ванной она, — голодная как зверь. Только готовить не хочу. Давай закажем?

— Давай, — согласился я, — а что?

— Может китайской?

— Ну, давай китайской.

Понятия не имею, что именно любил Коэн. Он оставил очень мало информации о себе, что, с одной стороны, меня раздражало, но с другой заставляло уважать. Сразу видно профессионала. Но именно поэтому я решил со своими предложениями не лезть, и раз предложила китайскую, значит будем соглашаться на китайскую.

Правда, в этот момент голова Джессики, уже с шапочкой для душа поверх волос, снова высунулась в приоткрывшуюся дверь.

— Ушам своим не верю. Ты согласился на китайскую? Кто подменил моего мужа⁈ А как же твоё, что никогда ты не будешь есть эту гадость?

Она улыбалась, глядя на меня, не догадываясь, что попала прямо в точку с подменой. Ну что ж, будем выкручиваться.

Пожал плечами:

— Люди меняются. И, в конце концов, ты же хотела, чтобы я её попробовал. Вот я решил, что почему бы и нет. Понравится — хорошо, а не понравится, так и скажу.

— Вот сразу бы так, — довольно ответила Джессика, — а то упёрся, как бык, не хочу, не буду. Ты сначала попробуй.

Она снова скрылась в ванной, а я философски вздохнул. Потому что подобных нестыковок будет ещё немало. И это мы даже до постели не добрались.

— Я сама закажу, — произнесла она, через пять минут выходя закутанная в два полотенца, схватив телефон, оставленный в коридоре, ушла в спальню, прикрыв за собой дверь.

Впрочем, я прекрасно слышал, как она диктует заказ:

— Здрасте, можно заказать три порции супа с лапшой, пять порций цыпленка Кунг-пао, три порции жареного риса с креветками, тридцать штук жареных вонтонов со свининой и двадцать штук крабовых рангунов, а да, и две порции Чоп-суэй.

С каждым новым блюдом брови мои поднимались всё выше и выше. Доводилось мне в семидесятые попасть в китайский ресторанчик в Чайна-тауне, и если тут размер порций такой же, как и там, то подобным объёмом можно досыта накормить человек пять. Хотя, усиленная регенерация не появляется из ниоткуда, скорее всего, такой объём еды необходимость.

Привезли всё это весьма оперативно, правда, понадобилось аж два курьера, чтобы принести все блюда за раз. И да, объём у них был, может, и поменьше тех, что я помнил, но тоже приличный.

Сменив полотенца на шёлковый халатик, Джессика помогла мне расставить миски с едой на столе, а затем, не чинясь, придвинула к себе ещё горячую, источающую пар порцию лапши и жадно принялась её поглощать, палочками запихивая в рот саму лапшу, а жижку отпивая прямо с края миски, поднося ту обеими руками ко рту.

На мой косой взгляд развела руками и чуть невнятно произнесла:

— Дорогой, это китайская кухня, там все так едят.

Надо ли говорить, что прикончила она порцию буквально секунд за десять, после чего придвинула к себе следующую. Снизила темп она только когда уполовинила заказ, утолив первый голод, и уже более спокойно, палочками, по одному закидывала в рот вонтоны, которые по факту обычные жареные пельмени, если не считать несколько специфические специи внутри.