Геном хищника. Книга одиннадцатая (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 11

— Ещё копай, не всё достал, — сказала Оса, кивком возвращая меня обратно в яму.

Для того чтобы выкопать второй кейс, только размером поменьше — похожий на пистолетный, потребовалось минут двадцать и более точные указания навигатора.

— Как ты думаешь, что здесь произошло? — спросила Оса, помогая очистить кейсы от грязи.

— Подожди, откроем сначала, — ответил я, ловя подсказки системы, сканирующей нашу добычу.

Я практически сразу определил, где находятся сенсорные панели, а индикатор проверки, состоящий из пяти огоньков, наблюдали мы уже вместе без всяких имплантов. Как и в тот раз, когда «Древние» нарекли меня «ремонтником», зелёным загорелось три из пяти. В принципе, и добыча оказалась такая же. Я вскинул крышку и развернул кейс к Анне, продемонстрировав ей содержимое.

Внутри были семена. Четыре ряда по семь ячеек, внутри которых лежали прозрачные контейнеры с сухими семечками. Одна ячейка пустовала, и в одном контейнер был треснут, а семечко растрескалось и больше походило на комочек пыли, нежели на потенциальный росток. Я проверил остальные, пересчитал — итого двадцать шесть потенциальных бутонов.

— Ну что там? — нетерпеливо спросила Оса.

— Возможно, мы нашли отряд, который планировал восстановить защитный контур, — пожал я плечами, приступив ко второму кейсу. — Они тоже прошли через этот тоннель.

— Но что-то пошло не так? — вздохнула Оса.

— Ага, как минимум встретили «захватчика», который явно был не один, — я по инерции огляделся, ветерок гудел в листве, и кора деревьев как-то похрустывала от грибка, но на сканере было чисто.

— Только не говори, что теперь мы будем этим заниматься? — скривилась Оса, подталкивая ко мне второй кейс.

— Честно говоря, желания особого нет, — пожал я плечами. — Но вариант, бросить всё и уйти назад, взорвав за собой тоннель тоже не вписывается в мою систему ценностей…

Пока я это говорил, поддалась вторая сенсорная панель и снова загорелись огоньки-индикаторы. В этот раз зелёным цветом загорелись только два, и замок не открылся.

— Хм, ну-ка ты попробуй, — я протянул кейс Анне и показал, куда нажимать.

Момент истины, только пока не знаю, какой именно, но загорелось сразу четыре зелёных. Крышка открылась, и мы оба зависли над содержимым, пытаясь понять, что же это такое. Оса сдалась сразу, а я всё ещё вчитывался в информацию перед глазами и пытался её переварить.

— Что ты знаешь о нанофотонных ускорителях? — наконец, спросил я.

— О! — воодушевилась Оса. — Я в них разбираюсь, возможно, всего лишь чуть хуже, чем ты в микробиологии. Сам-то ты о них что-то знаешь?

— Ну, — протянул я, — как-то читал, то есть подкаст слушал, что их разрабатывают для лучевой терапии раковых опухолей. Так чтобы прямо внутри человека. Но, честно говоря, я деталей не помню. Я как раз в больнице тогда лежал и слушал про всякое супертехнологичное и нестандартное в поисках того, что мне поможет зрение вернуть.

Я достал из кейса древний гаджет, представляющий из себя прямоугольную пластинку, размером с пачку сигарет. Толстенький, ощутимо тяжёлый гаджет, собранный из металла «Древних». Одна сторона гладкая, отполированная в зеркало, другая — фрезерованная с узором из каких-то фигур и линий, среди которых вразнобой прятались сенсорные кнопки.

Я по очереди надавил на каждую, но ничего не произошло. А вот когда я поднёс прибор к кейсу с семенами, сразу несколько линий бледно засветились.

— Хм, — промычал я своё коронное.

— Что хм? — спросила Оса.

— Похоже, работает только с розовой пыльцой. Надо экспериментировать, но явно не здесь, — я развёл руками, показывая на испарения, а заодно лишний раз взглянул на экран браслета с индикатором. Розовым в атмосфере даже и не пахло.

— А как работает? — взбодрилась Оса. — Лучевая терапия, говоришь? Если может лечить, то ведь может и калечить? Например, как Драго на Совете?

— Интересный ход мыслей, но… — я оборвал себя на полуслове, почувствовав движение на сканере, а вместе с ним и чей-то тяжёлый, и как будто бы знакомый взгляд, следящий за нами. — Тихо, мы уже не одни.

— В смысле уже? — удивилась Оса. — Мы давно уже не одни. Там Пепел бродит.

Анна поймала мой скептически-встревоженный взгляд и уже неуверенно добавила:

— Или не Пепел? Но ведь шакрас точно? Или неточно? А то он какой-то неправильный…

— Это точно не Пепел, — ответил я, фиксируя источник.

— Бежим или дерёмся? — уточнила оса, подхватывая кейс с семенами.

— Подожди, может, ещё договоримся, — сказал я, выходя на встречу «родственнику».

То, что это не Пепел я понял сразу — по тем ощущениям, что транслировал сейчас пацан, ему было хорошо и весело, а шерсть ему трепал прохладный, чистый горный воздух, а не эти испарения.

Плохо было, что этого шакраса я не почувствовал сразу, что говорило о более высоком уровне его навыков. Ещё интересно, откуда он взялся. Настолько далеко меня почуял и подтянулся поздороваться? Или генетическая память тянет его трупам ремонтников? Как он здесь выжил-то вообще в этом тумане?

Вопросов было много, а ответ появился пока только один: мы не договоримся. Это стало понятно, как только я его увидел.

Сразу стало понятно и, кто здесь папка, и как он здесь выживал, и что он собирается сделать с непрошенными гостями на его территории. Старый, матёрый, весь в шрамах и одной пустой глазницей. По комплекции напоминает схуднувшего амурского тигра — метра два в длину, метр в холке, на вид килограмм под двести. Хотелось сказать: кожа да кости, но здесь скорее: шкура да мышцы.

Шкура короткая, рельеф проглядывает вплоть до каждой мышцы, скрученной на стальных жил. Шерсть чёрная, но на спине и боках светлые участки полосками, следы глубоких шрамов. Хвост толстый, навскидку калибр дротиков будет сопоставим с хорошей стамеской.

Ухо на той же стороне, где отсутствовал глаз, аккуратно срезано лезвием биомехов, а второе надкусано уже кем-то из обычных монстров. Клыки на месте, но резцы уже слегка сточились.

Правда, легче мне от этого не будет, сточились они практически в бритву. И демонстрировал их шакрас уже постоянно. Пригнувшись в охотничьей стойке, он перестал скрываться и медленно вышел из-за деревьев. Верхняя губа подрагивала, демонстрируя белые клыки, на фоне чёрного нёба. Хотя не совсем белые — кажется, там застряло мясо прошлого безумца, попутавшего, чья здесь территория.

Я почувствовал ментальное давление, резка сбившее на ноль все мои потуги казаться крутым. Видимо, на автомате мой генетический шакрас попытался пометить территорию, заявив свои претензии на главенство. Попытка провалилась, но настрой только усилился. По телу пробежала приятная ломота в суставах, а кровь будто вскипела, получив топливо в виде зарождающейся ярости.

Как бы мне ни хотелось получить ещё одного союзника, тем более такого, но против природы не попрёшь. Одно дело приручить маленького Пепла-потеряшку, и совсем другое — объяснить альфа-самцу, почему он вдруг должен стать бетой.

— Так что делаем? — спросила Оса. — Бежим или дерёмся?

— И то, и то, — ответил я.

— Это как так?

— Ты бежишь, я дерусь, — кивнул я. — И семена спаси, их надо вынести отсюда. Они нам ещё пригодятся.

— Ты же знаешь, что я так не сдела…

Начала было Анна, но шакрас не стал ждать, пока мы договоримся, и сделал первый шаг. Хвост пистолетом, и в нас полетел первый дротик — я только и успел, что оттолкнуть Осу в сторону. В дерево за нашими спинами вонзился костяной шип, размером уже не с дротик, а целый наконечник копья, а шакрас прыгнул в листву и растворился в тумане.

— Сука, он ещё и охотится теперь на нас!

Оса фыркнула, но спорить больше не стала. Подхватила кейс с семенами, свободной рукой ловко выхватив МП7 и медленно начала пятиться обратно к тоннелю. Я же, наоборот, вышел на вперёд, забравшись на холм — тело мёртвого «захватчика». Огляделся по сторонам, напрягая чуйку, но заметил лишь росчерки, мелькающие среди деревьев. Быстро так — первые ещё не успевали потухнуть, но загорались уже вторые. Какой-то, видимо, аналог «Теневой инерции», только на уровне ауры.