Хочу замуж! (СИ) - Хаан Ашира - Страница 29

— Дай сюда.

Она сняла кольцо, и я долго рассматривала его, делая вид, что что-то понимаю.

— Стекло царапала? — это было единственное, что я знала о проверке бриллиантов на натуральность.

— Татьяна Марковна царапала, — отчиталась Ленка. — А еще дышала на него, светила фонариком и разглядывала через камеру. Говорит — не фианит и не муассанит точно. А вот настоящий или искусственный…

— Откуда у твоего… — я чуть не ляпнула «нищеброда», но вовремя поправилась. — …Гордея деньги на такое кольцо? И где он успел его купить?

— Два карата, да? Или три? Два с половиной? — Ленка снова надела кольцо на палец и вертела его, любуясь блеском. — Не знаю. Может, фамильное?

— И он его привез в круиз, чтобы… что?

— Мы ведь все вместе выполняем ритуалы, — Ленка улеглась на свою койку и даже выключила свет. За окном бежали отблески фонарей, мимо которых проплывал теплоход — мы вошли в очередной шлюз. — Он тоже тер все эти статуи и помогал нам сжигать прошлое. Наверное, надеялся, что найдет свою судьбу. Как и я.

— Как-то быстро нашел, — я тоже устроилась поудобнее на подушке. — Не подозрительно?

— А какой смысл просить высшие силы о чуде, а потом им не верить? — тихо проговорила Ленка в темноте.

Наверное, самые циничные люди в глубине души сильнее всех верят в чудо.

Только насчет себя я сомневалась — я уже достаточно цинична для чуда?

Или — наоборот?

Слишком в него верю, чтобы открыть свое сердце вот так, нараспашку?

— Сегодня самая короткая ночь года, а завтра — самый длинный день, — Серафима собрала нас на смотровой площадке на окраине Самары, с которой открывался крышесносный вид на город и Волгу. — Поэтому сегодня вечером у нас будет один из главных ритуалов нашего тренинга.

Вокруг нас толпился народ — кто-то фотографировал с высоты, кто-то любовался видами, кто-то уныло слушал экскурсоводов.

Были здесь и свадьбы — очевидно, это место входило в традиционный маршрут молодоженов. Пока мы добирались до площадки, называемой Вертолеткой, пока Серафима сгоняла нас в единое стадо, а мы разбредались за водичкой и мороженым, подъехало аж три свадебных кортежа.

Мы не в первый раз сталкивались со счастливыми невестами, которые, стараясь не потерять туфли, фату и букет, наскоро фоткаются рядом с достопримечательностями и рысью бегут обратно в лимузин. Но сейчас, после предложения Гордея в Казани, это зрелище было особенно острым. Не просто набившая оскомину церемония, часть пейзажа самых красивых мест города, а живое напоминание о том, для чего мы все собрались в круиз.

Ленка стала символом сбывшейся мечты — вот, только что пролезала в кольцо в Костроме, отстояв в очереди таких же нетерпеливых желающих, а вот — уже сама носит кольцо на пальце.

Когда чудо случается прямо на твоих глазах — ощущается острее.

Поэтому сегодня все были особенно сосредоточены на инструкциях Серафимы.

— Вечером мы будем заниматься настоящей древней славянской магией. А сейчас — нам надо подготовиться к ритуалу! Гордей сейчас раздаст вам материалы и мы займемся самым увлекательным делом, которым занимались девушки, желающие замуж испокон веков. Будем плести венки!

Безотказный Гордей в компании с сияющей Ленкой притащили две корзины, набитые травой и цветами и принялись раздавать охапки этого сена всем подряд. Кое-кого из свадебных кортежей тоже зачем-то осчастливили.

Никто этого вслух не произносил, но все же, все же — очередь желающих получить траву из рук Ленки была больше. Все те же суеверия, которые заставляют ловить букет из рук невесты, гнали сейчас за материалом для венков именно к ней.

Горде й — фиг с ним! Мужиками побыть мы всегда успеем.

А вот невестой…

— Повторяем за мной! — Серафима выбрала себе для демонстрации охапку ромашек и ходила туда-сюда, демонстрируя, как правильно плести венок.

Оказывается, не все это умели.

Я и сама не плела венков лет с двенадцати, когда мне стало интереснее оставаться на лето в городе, а не ездить в деревню к бабушке.

Но руки все помнили.

Как царапает шершавый стебель руки и режет пальцы острый край осоки, как пачкается зелено-белый сок и ломаются тонкие веточки, не желая вплетаться в общий узор — и как все равно получается летняя корона, пахнущая солнцем и зеленью, которую можно надеть на голову и почувствовать внутри что-то волшебное, словно только и ждущее, что колдовской ночи.

— Плету, завиваю, судьбу заговариваю… — нараспев произносила Серафима, гуляя по кругу между девушками, устроившимися кто где. Кто на скамейках, кто на парапете или ступеньках. — Кто венок мой из воды достанет, тот моим и станет…

— Мимо кого проплывет — тот меня не найдет… — шепотом повторила я за ней, дополняя уже почти готовый венок яркими васильками и смешно торчащими стебельками мятлика и овсяницы.

Я старалась не поднимать глаза на Ленку и Гордея, которые шептались о чем-то, присев на скамейку недалеко от меня. Чтобы чудо свершилось — надо в нем не сомневаться, а мне все еще очень не нравилось происходящее между моей подругой и этим товарищем.

— А теперь — самая важная часть! — Серафима зорким глазом окинула своих подопечных и убедилась, что почти все справились с венками. — Попросите ленточки для вашего венка у настоящих невест! Уверена, вам никто не откажет!

Она открыла врата ада.

Вся толпа в несколько десятков женщин, страстно мечтающих выйти замуж, напялив на голову венки, ломанулась в сторону ближайшего подъехавшего свадебного кортежа.

— Мамочки… — прошептала я, глядя, как они хищно кидаются на невесту в роскошном платье с длиннющим шлейфом.

Захотелось зажмуриться.

Но тогда бы я пропустила, как шикарно эта невеста справилась с напастью!

Она буквально парой указаний организовала из участниц тренинга ровную очередь, позвала своих подружек невесты и реквизировала у них букеты, замотанные лентами, чтобы розы не кололи пальцы.

Ленточек там хватило на всех.

— А теперь, девочки, встречаемся после ужина на набережной. Пока можете гулять по городу и думать о том, какого жениха хотите. А еще… Привяжите к своему венку что-нибудь очень важное для вас. Не самое дорогое или ценное, а безделушку, которую вы взяли с собой в круиз, потому что она всегда с вами.

У нас осталось еще достаточно времени, чтобы погулять по Самаре и даже успеть на пару экскурсий. Но ни бункер Сталина, ни музей модерна, ни даже католическая церковь, в которой в качестве главной фрески была копия картины Сальвадора Дали не смогли перебить нервную дрожь предвкушения.

Мне казалось, что именно сегодня случится что-то особенное. И, судя по взглядам, которые я ловила у Полины и других девочек — они чувствовали то же самое.

Только Татьяна Марковна за ужином рассказывала свою очередную байку про подаренные украшение. Но мы не слушали. Я даже не запомнила, из каких камней был ее очередной гарнитур. По-быстрому запихала в себя еду и метнулась в каюту.

У меня была с собой именно такая вещь, о которой говорила Серафима.

Серебряная сережка с розовой жемчужинкой. Дешевенькая, простенькая — к тому же без пары. Когда-то я купила эти сережки на свою первую зарплату на нынешней работе и на следующий же день умудрилась одну где-то посеять.

Наверное, из-за того, что не пришлось их поносить, я так и не могла расстаться со второй.

Таскала ее с собой, как будто надеялась найти близняшку в своих путешествиях.

Или не знаю даже почему.

Вот и пригодилась.

— Тс-с-с-с-с-ссссс… Тише. Этот ритуал мы проводим молча…

Над Волгой разливался пылающий закат, пронзительно алый, как артериальная кровь.

Мы собрались на маленьком диком пляже в стороне от окультуренной набережной.

Подсвеченная алым вода реки лениво плескалась, накатывая мелкими волнами на песок, но зайди чуть глубже — и там было видно стремительное течение, которому мы и должны были отдать наши венки.