Ворошиловский стрелок. Книга первая (СИ) - Найденов Дмитрий - Страница 14

— Ну, что же, так и сделаем, готовь всё к ночному выезду, потом все, кто едут, ложатся спать, нужно встать за час до рассвета. Хотя ночи и так светлые, во сколько лучше выехать, ты же местный, чтобы и дорогу уже видно было и чтобы ещё ночь была? — спросил у него.

— Предлагаю сегодня всё собрать, а выехать в 4 часа, как раз к рассвету до места доберёмся, там и с мотоциклом будет удобнее разобраться, вдруг какие проблемы? — предложил Архип.

Я кивнул, соглашаясь с ним, и тут мне пришла мысль. Почему не спросить у местных о проблеме, с которой я столкнулся, вдруг у них есть своё решение.

— Архип, ты, я смотрю, многое знаешь и не последний парень на деревне, не знаешь, нет ли у кого-нибудь большого ружья, не обычного, а с длинным стволом и желательно крупного калибра?

— Не, у нас нет, но вот в соседнем селе, у поляка, у того есть, здоровое, ещё с войны с немцами осталось, он его тогда принёс и иногда, как выпьет, хвастался, что танк с него пробить можно. Но ему, понятное дело, никто не верит. Хотя ружьё здоровое, и 10 миллиметров котельного железа на двухстах метрах он пробил при нас, но до танка ему далеко. Сам не видел, но мужики судачили, правда, говорят, у него его изъять хотели, но не нашли. Милиция даже обыск проводила с понятыми, но говорит, в болоте утопил, где точно не помнит, так что есть у него это ружьё или нет, то не знаю.

— Поляк, говоришь, а как с тем поляком поговорить?

— Так, он рядом, с десяток километров, в Муромире живёт, можем завтра заскочить. Эта часть Белоруссии раньше полякам отошла, после революции, а потом война в 39 с немцами у поляков, вот и убегал он от них с добром, так у нас рядом и поселился, — рассказал Архип с удовольствием, видя, что я интересуюсь.

— Ладно, пошли готовиться к завтрашнему выезду, ужинать очень плотно и спать, завтра времени у нас не будет, поедем, как встанем, — сказал, вставая и направляясь на улицу. Предстояло собрать всех и обговорить детали, назначить дежурных на ночь в самом сельсовете, с запретом пускать кого-либо до утра.

Подготовка много времени не заняла, мотоциклы отогнали в сарай при сельсовете и заперли, а мы, поев горячей каши с мясом, отправились спать. Я на свою койку вместе с Архипом на второй, а девушки за стеной. Вначале я думал, что будет не заснуть, но, как оказалось, организм только ждал команды, и стоило закрыть глаза, как я провалился в беспокойный сон, в котором мелькали картины из двух миров, перемешавшись так, что трудно было понять, где нынешний владелец тела, а где память предыдущего. Постепенно хаос упорядочивался, и воспоминания стабилизировались, но осмыслить я их не успел, меня разбудили толчок в плечо и осторожный шёпот соседа.

— Командир, время, уже вставать надо, на востоке уже посерело, пора выдвигаться, приедем, как раз рассветёт.

Встал быстро, разбудил Валуеву и отправился умываться на улицу. Холодная вода быстро взбодрила, проверил часового, из новеньких, вроде Григорием зовут и стал собираться. К моменту, как выгнал первый мотоцикл, рядом собрались все, и, проверив оружие, первым завёл мотоцикл, за мной Архип завёл второй, и мы стали грузиться.

Тут выяснилось, что фара работает только на одном мотоцикле, на моём, Пахом поэтому поехал первым, я сидел в коляске, Адам сидел рядом, за спиной Пахома. На втором мотоцикле за рулём ехал Архип, в коляске у пулемёта Валентина, а за спиной водителя Михаил. Таким составом мы и двинулись по грунтовой дороге. У выезда притормозили, пост не спал, вышли двое местных, которых видел на собрание с охотничьими ружьями, мы перекинулись парой слов и двинулись дальше.

Ехали долго, во всяком случае я был очень напряжён, всматривался в каждую тень, да и дорога была очень условная. Небольшую деревушку проехали, даже не заметив, дома все были тёмные, проявляясь только силуэтами и лаем собак, а значит, немцев здесь не было, так как они их обычно сразу расстреливали.

Потом свернули на просеку, почти заросшую, и мне казалось, что дорога просто закончилась, но затем выехали на поля, проскочили хутор, и всё это время я ждал, что нарвёмся на немецкий пост или колонну, вставшую на ночлег. Но нам повезло, действительно стало светлее, и вот мы остановились у лесополосы, где я прятал мотоцикл. Прежде чем идти, выбрался из коляски и осмотрел следы съезда с дороги, но посторонних следов не обнаружил и, оставив всех, с ружьём наперевес отправился искать свой схрон.

Мотоцикл оказался на месте, как и припрятанный рядом пулемёт, свистнув, подозвал парней, и они помогли его выкатить, быстро осмотреть, заправить до полного бака и попробовать завести. Завёлся он не сразу. Но Архип поколдовал вокруг него, то подкачивая бензин, то трогая карбюратор. Но в итоге с пятой попытки он схватился и заработал достаточно ровно.

Теперь осталось решить, что делать, возвращаться или провести разведку колонны, обстрелянной нами. До деревушки Борки около километра, ещё столько же до места обстрела колонны, поэтому ехать на мотоцикле — идея не лучшая, поэтому решаюсь провести разведку.

— Так, выдвигаемся в сторону Борки, за полкилометра, съезжаем с дороги и прячемся, я отправлюсь один в сторону деревни и попробую разведать всё, — произнёс я, понимая, что сейчас начнут спорить со мной.

— Да как же тебя одного отпустить. А вдруг там немцы, нарвёшься на скрытый пост, и всё, идти нужно вдвоём, — произнёс Архип, и через пару минут препирательств и доводов я согласился с ним. Он знал местность и мог сказать, где, вероятнее всего, прячется немецкий пост.

Дорога до деревушки была через поле, но мы нашли густые кусты, куда и откатили мотоциклы, после чего двинулись полем, вдоль дороги. Остальным наказал ждать минимум два часа и в случае опасности возвращаться тем же маршрутом, что и ехали сюда, оставив наш мотоцикл. Пулемёт, конечно, брать не стал, во-первых, с ним банально тяжело, а, во-вторых, тихо с ним не пройти. Шли медленно, вначале осматривая участок перед собой, а потом проходя его по очереди, один прикрывает, второй перебежкой двигается вперёд. Заодно отработали связку в движении поочерёдно.

Дорога здесь шла практически прямо, но перед деревней был небольшой холм, который скрывал её от нас, ну и, соответственно, из деревни было не видно, кто идёт по ней. Это позволило подобраться к деревне практически вплотную и совершенно незамеченными, и, как выяснилось, опасаться было чего. На входе в деревню стоял пост из двух солдат, шлагбаума и нескольких мешков с песком, на которых стоял пулемёт, и смотрел он в нашу сторону. Рассвело уже достаточно, чтобы различать детали, и я достал трофейный бинокль, начал рассматривать деревню. Во дворах было много техники, большая часть явно поломанная, разбитая, несколько пушек, мотоциклы, два броневика, десяток вполне целых машин, но не это порадовало меня. Всё это накрыто ветками и маскировочными сетями. В поле напротив стояли белые кресты, срубленные из свежих берёзок, а сверху на них висели немецкие каски и было их очень много, сотни три, ни меньше. Если сложить всё, то получается, что мы, расстреляв автомашины, застопорили колонну, а два бомбардировщика отбомбились по ним, добив. Теперь понятно, почему они никуда не уехали, хоронили погибших, ремонтировали уцелевшую технику, но сегодня они соберут уцелевшую и двинутся дальше, возможно, к нам в гости.

Даже сотня немецких пехотинцев станет для нас непреодолимой силой, которую мы в лучшем случае задержим, но никак не уничтожим. Тогда остаётся только один вариант, напасть на них с этой стороны. Единственное, что меня смущает, это два броневика, один ближе к посту стоит, и пулемёт развёрнут в нашу сторону, но быстро они в погоню не бросятся, побоятся, тем более, если мы отработаем по деревне из трёх пулемётов, соваться не проверив, они не станут. Значит, время уехать у нас будет, для этого придётся толкать мотоциклы до холма вручную, с началом обстрела водители их заводят, мы отстреливаем по коробу, забираемся в них и даём газу. В погоню они пошлют, но, если не останавливаться, нас не догонят, да и развилок впереди хватает.