Паолина ищет питомца - Шрёдер Патриция - Страница 8

— Об этом и думать не смей! — сказала Паолина. Она состроила серому коту строгую рожицу. — Ты не станешь есть моих хомячков, а будешь о них заботиться.

— Как? Где? Что? Почему? — спросил Шарли-Шлаппо, который снова завязал себе уши огромным узлом — он и слушать не хотел про все эти глупости, из-за которых нельзя было купить хомячка.

— Нужно будет придумать ему имя, — сказала Паолина.

— Но хомячка же пока нет, — заметил Тимитом.

— Верно, — сказала Паолина. — Но скоро будет.

Какое-то время обиженно полежав на кровати, Паолина подумала о бабушке Мари.

У неё в голове назревал замечательный план, как переубедить маму и папу купить ей хомячка.

Можно считать, что он уже у неё в кармане!

— Ему определённо нужно имя, — настаивала Паолина.

— Ну хорошо, — согласилась Вильма.

Она наконец-то прожевала травку и снова могла говорить.

— Я за Отто, — сказал Шарли-Шлаппо, так и не развязавший уши и каким-то чудом принимавший участие в разговоре, который он никак не мог слышать.

— А я за Ханнилори, — пропищала Лили.

— Думаю, Колбаска будет звучать неплохо, — сказал Кнутфеликс. — Или Салями. Или Жареная Мышка. И желательно с кусочком сыра.

— Да что ты такое говоришь! — отругал его Тимитом. — Жареная Мышка С Кусочком Сыра уж точно никакое не имя! Ты бы ещё назвал хомяка Булочкой С Изюмом!

— Но я не люблю булочки с изюмом, — проворчал Кнутфеликс.

— Ты не станешь его есть, Паолина же тебе уже сказала, — пропищала Лили. — Ты будешь о нём заботиться.

— Всё равно я не стану заботиться о булочке с изюмом, — проворчал Кнутфеликс.

— Прекрати сейчас же! — Паолина пригрозила коту пальцем. — Хомячка будут звать Пушель! И на этом закончим! И вообще я пошла звонить бабушке Мари, — сказала она и спрыгнула с кровати.

Паолина змейкой скользнула к двери, немного приоткрыла её и прислушалась.

На кухне гремели посудой.

Мама и папа о чём-то разговаривали. Паолина, конечно, даже знать не желала, о чём именно.

Она навострила ушки и на цыпочках пробралась в гостиную.

Вжух! Паолина схватила телефон со столика и так же незаметно вернулась в детскую.

Тимитом, Кнутфеликс, овечка Вильма и Лили от волнения всё это время даже не дышали и сейчас во все глаза смотрели на Паолину.

Только Шарли-Шлаппо, который, как и прежде, совсем ничего не слышал завязанными узлом ушами, валялся на животе и храпел.

— Тсс! Сидите тихо и не мешайте. Это совершенно секретный телефонный разговор!

— О боже-боже-боже! — прошептала Вильма и схватила с покрывала ещё пару травинок.

Она смотрела на Паолину не мигая и выглядела порядком напуганной.

Жевание же так успокаивает!

На доске для заметок над письменным столом Паолины висела записка с телефоном бабушки Мари и дедушки Петера. На всякий случай. Вдруг когда-нибудь понадобится.

«Когда-нибудь» наступило.

Тык, тык, тык — набирала их номер Паолина.

Сначала в трубке послышались лишь тихие щелчки, сменившиеся гудками. Длинными и с большими паузами, что означало, что бабушка Мари ни с кем по телефону в это же время не разговаривает.

Лишь бы она была дома и лишь бы она не легла спать после обеда! Паолина ждала и ждала её ответа и всё это время не сводила взгляда с двери, чтобы успеть вовремя спрятать телефон под подушку. Вдруг в комнату зайдут мама или папа, чтобы проверить, всё ли у неё в порядке и снова позвать обедать.

Или посмотреть, не злится ли ещё она.

Или чтобы продолжить свой глупый разговор о хомячках.

— Алло, здравствуйте, Виммерик на линии, — вдруг произнёс чей-то голос прямо в ухо Паолины.

— Бабушка, это ты? — спросила она.

— Ну конечно, Паолиночка, — ответила бабушка Мари. — Кто же ещё это может быть?

Паолина не знала, что на это можно сказать, и молчала. Бабушка спросила:

— Что случилось, моя милая? Почему ты мне позвонила?

— Потому что я должна кое-что у тебя оставить, — сказала Паолина.

— Ого! — удивилась бабушка Мари. — И что же?

— Это секрет, — прошептала Паолина.

— Ого, значит, оставить у меня секрет! — воскликнула бабушка. — Звучит интригующе. Надеюсь, я найду для него место.

— Конечно, — ответила Паолина. — Он очень маленький, правда сам по себе храниться не может…

— Вот как… — бабушка Мари ненадолго задумалась. — И когда ты мне его принесёшь? И сколько он будет у меня храниться?

— О… — растерялась Паолина. — Я ещё точно не знаю, потому что…

Она вдруг поняла, что у её плана есть изъян. Весьма ощутимый. Раньше такого не случалось, ведь все планы они придумывали вдвоём с Беном, который сейчас наверняка играл с Лукасом или занимался своими таинственными исследованиями…

— Паолиночка? — позвала бабушка Мари. — Ты ещё здесь?

— Да, — сказала Паолина. — Я пока не могу привезти тебе секрет, потому что он не поместится на багажнике моего велосипеда.

Кроме того, ей всё равно не разрешали ездить к бабушке с дедушкой на велосипеде, поскольку они жили очень далеко и дорога к ним проходила через множество широких трасс, светофоров и мимо угловых домов, а значит, была довольно опасной.

— Тогда мы с дедушкой сами приедем к вам и заберём твой секрет, — предложила бабушка Мари.

На самом деле это звучало здорово. Но не настолько здорово, насколько хотелось бы.

— Не говори про него маме с папой, — попросила Паолина. — Я хочу сначала купить его сама.

Бабушка Мари вздохнула.

— Звучит как-то сложновато, — сказала она. — Может быть, ты просто скажешь мне, что это? Тогда, думаю, мы могли бы вместе принять решение.

— Хм, — задумалась Паолина. — Хм… хм…

Тимитом, Лили, Вильма и Кнутфеликс задумались вместе с ней, и даже Шарли-Шлаппо начал вдруг храпеть особенно громко.

— А теперь то же самое вслух, — подбодрила её бабушка Мари. — Я уверена, всё не так плохо, как тебе кажется.

— Но так и есть, — прошептала Паолина. — Я боюсь, что тогда ты откажешься мне помогать.

— Вот как! — только и произнесла бабушка Мари. И потом ещё раз: — Вот как.

Потом Паолина услышала, как тяжело она вздохнула в трубку. Казалось, что сам телефон вдруг начал дышать.

— А что ты скажешь, если мы вдвоём поболтаем за вкуснейшей стопкой блинчиков с яблочным муссом? — спросила бабушка Мари, когда телефон снова прекратил дышать.

— Конечно, — сказала Паолина и вдруг заметила, что мама стоит в дверях её комнаты.

О ужас! Паолина совсем не заметила, как она зашла. А ведь Тимитом, Вильма, Кнутфеликс и Лили всё это время смотрели на дверь.

— С кем разговариваешь? — спросила мама.

К счастью, в её голосе звучало только любопытство, а не упрёки, которые успела нафантазировать Паолина.

— С-с бабушкой Мари, — чуть запнулась Паолина.

— Понятно, — сказала мама. — А я уже думала с Беном.

— Нет, — ответила Паолина.

Ему бы она точно не позвонила!

— Мы хотим вместе поесть блинчиков, — поспешно объяснила Паолина. — Только мы с бабушкой.

— Какая хорошая мысль, — сказала мама. — Я бы сама с удовольствием составила вам компанию. Но если бабушка хочет пообщаться только с внучкой, то мама им ни к чему, — подмигнув, добавила она.

— Вовсе нет, — сказала Паолина. — Это только на один раз.

— Всё хорошо, — улыбнулась мама, прошла в комнату Паолины, села на край кровати и протянула руку к телефону. — Бабушка ещё на линии? — уточнила она.

— Э… Думаю, да, — сказала Паолина и протянула маме телефон.

После пары привычных фраз вроде «Привет!», «Как дела?», «Как вы с дедушкой поживаете?», прозвучавших одна за другой, мама наконец договорилась, что Паолина приедет в гости к бабушке на блины с яблочным муссом. Правда, только в следующую пятницу, то есть придётся ждать целых три дня.

— Обидно, — едва слышно проворчал Кнутфеликс.

Лили скакала по кровати, а Шарли-Шлаппо продолжал беззаботно храпеть.