Из огня да в полымя. Книга 3 (СИ) - Усов Серг - Страница 13

— Ладно, будь там с ними, — кивнула Сысоева. — Там бутыль-то хоть в кулер зарядили или будет как в прошлый раз? А то станет ещё кому-нибудь плохо, не доживёт до приезда скорой. — произнесла она с огромным удовольствием.

Ну, тут явный перебор. Слишком уж много о себе воображает. Конечно, кто пришли, волнуются. Только не до такой степени, чтобы прям падать в обмороки. Переживают, но у нас в стране с голоду умереть сложно. Вон, хоть в доставку иди, катайся как те уродские уроды с ветерком на электросамокатах и бабло в карманы греби.

— Новую бутыль только-только при мне поставили, — хохотнул Семёнов.

— Ну, всё тогда. — махом руки велела старший специалист младшему, чтобы тот проваливал. — Первого — по времени, а остальных запускай через пару-тройку минут, как выйдет предыдущий. — за карьеристом не успела закрыться дверь, как она посмотрела снова на меня — я уже включил комп и начал вводить логин и пароль — и продолжила свою мысль. — Предлагаю перед каждым кандидатом согласовывать, как мы его будем опрашивать. По тяжёлому варианту, обычному или лёгкому. У вас же, Алексей Сергеевич… — лёгкая заминка, и видимо сообразила, что при всей своей покладистости Родин не чмошник какой-нибудь, а начальник того отдела, куда планируются сегодняшние претенденты, и добавила его в список адресатов своей речи: — Юрий Михайлович, вы видели наши пометки, кого нужно принять в первоочередном порядке? Это просьбы Гатилова Эдуарда Васильевича и Шмелькова Ивана Сергеевича, — первый — это директор входящего в наш холдинг крупного металлургического предприятия, знаю его, потому что в конце года делал по этому заводу за Игорька Филиппова анализ развития, а вот про второго даже не слышал. Ну, тоже шишка какая-нибудь. — Кроме того, ко мне вчера приходил комендант здания. Васильчикова — это его племянница, хоть и двоюродная. Он просил, чтобы мы девочку не сильно мучили, она, я посмотрела по документам, весьма неплохо училась в НИТУ «МИСиС», да много троек, вы видели диплом, но там и требования, сами знаете какие.

Решила сразу взять быка за рога? Показываешь нам, то есть, мне — с Юрия Михайловича какой спрос? — мямля, она и в Африке мямля — что будет решать, кого нам заваливать, а кого тащить за уши? Не исключаю, что тут и твой личный интерес имеется, тётя. За вами кадровиками тоже глаз да глаз нужен.

— Анна Николаевна Каспарова мне поставила чёткую задачу, — говорю, не отрываясь от монитора, показав тем самым, что этот вопрос даже не буду обсуждать. — определить истинную картину способностей и характеров претендентов. Безо всяких скидок.

— Вы просто новичок, Алексей Сергеевич, в вопросах собеседования. И какие у нас есть подводные течения, — изобразила Сысоева покровительственную улыбку. Полагаю, она хотела сделать её ещё и ласковой, да с такой челюстью пойди, попробуй. — Понимаете, многие вопросы не решаются прямолинейно…

— Анна Николаевна Каспарова мне поставила чёткую задачу, — повторяю, не дослушав. — Вот к ней и сходите потом, расскажете и про подводные течения, и про то, как правильно нужно решать.

Ага, сходи. Какой бы ты важной, дорогая Виктория Павловна, ни была, чего бы о себе ни воображала, отлично знаешь, стоит моей начальнице шепнуть пару слов тёте Але, лучшей подруге своей матушки, и ты вылетишь, если не с работы, то с насиженного места. Может даже с Семёновым должностями поменяешься.

Заткнулась. А что ей сказать? Некоторое время мы сидим в молчании, перенеся нужные документы с сервера на рабочий стол компа и сортируя их по порядку. Ещё раз пробегаю глазами краткие характеристики кандидатов, и всё в общем-то, я готов.

Первым у нас на пыточное кресло — ну, таким мне запомнилось пребывание в подобном же в качестве соискателя — уселся Пахмутов Григорий Олегович, мужчина тридцати девяти лет, имеющий почти одиннадцать лет инвестиционного опыта. Судя по трудовой книжке и резюме, нам нужно брать его с руками и ногами, и ни о чём больше не спрашивать, кроме того, чего ж ему на месте-то не сиделось? Нафига было увольняться с должности старшего аналитика, чтобы претендовать у нас на место обычного менеджера? Говорит, что ушёл с предыдущего места работы якобы по личным обстоятельствам.

— Можно узнать, по каким именно личным обстоятельствам? — впервые вступаю в беседу, когда мои коллеги, чувствую, уже сделали себе пометки о том, что Пахмутов нам подходит.

Не люблю копаться в чужом белье, вопрос задал лишь для того, чтобы пустить его мысли в нужном мне направлении. Пока он больше думает о том, чтобы произвести хорошее впечатление, что естественно, а вот эмоции его — эмпатия подсказывает — от уверенности, что всё у него хорошо, до сильной тревоги. Странное сочетание. Вот и нужно выяснить его второе дно.

Так-то, чисто внешне, Григорий Олегович просто прям идеальный служащий — тонкое умное лицо за очками в серебристой оправе, аккуратная короткая причёска, костюм с иголочки, рубашка не просто свежая, новая. Только насчёт сочетания цветов пиджака и галстука ничего не скажу, я в этом дуб дубом. Спасибо сестрёнке, конкретно под мои одежды подсказала, что надевать. Я записал в блокнот айфона на всякий случай. На память вреде не жалуюсь, но так надёжней.

— У меня заболел очень близкий человек, — отвечает, а в мыслях: «…тебе-то, сопляк, что ещё нужно? И что ты тут вообще делаешь?…» Потребовался уход, — врёт, как дышит. — Пришлось уволиться, думал не потяну и работу, и помощь. Слава богу, всё благополучно потом разрешилось. Но обратно уже не примут. Увольнялся, скажем так, с некоторыми сложностями. Не смог отрабатывать полагающиеся две недели.

— Это знакомо, — сочувствующе протянула Виктория Павловна. — Понимаем. Что ж, мы вам позвоним. Сообщим результат.

Тут она говорит полную правду. В отличие от многих-многих работодателей кадровый департамент нашего холдинга — знаю достоверно — всегда сообщает претендентам не только о положительном исходе собеседования, но и об отрицательном. Не изводят людей неопределённостью. В этом плане наши молодцы, Альбина Маратовна, как по мне, установила абсолютно верный подход.

Так что, Пахмутов звонка дождётся, вот только, надеюсь, то, что он услышит ему явно не понравится. Если конечно смогу быть убедительным перед Каспаровой. После моего вопроса в его голове пронеслись мысли, которые помимо головной боли принесли мне и полное понимание ситуации. Козёл он. Точнее, предатель. Сливал информацию «Строй-Капиталу», конкурентам своих прежних работодателей из «Девелопер-Ренессанс», неплохо на этом заработав — больше девяти лямов за два с половиной года.

Его не поймали. Умный и осторожный — так себя в мыслях похвалил. Главное же, сведения о клиентах уходили по личному, доверительному каналу. Служба безопасности Пахмутовских работодателей не смогла докопаться до его совместной армейской службы с одним из топ-менеджеров «Строй-Капитала», служили-то они срочную на Сахалине на одном пограничном сторожевом корабле, а встретившись спустя пять лет на дне пограничника и пробухав всю ночь сообразили, как Григорий Олегович может дополнительно зарабатывать, и после этого свои отношения не афишировали. Однако директору «Девелопер-Ренессанс» оказалось достаточным понимания, что в рядах его сотрудников сидит крыса и определить узкий круг допущенных к слитой несколько раз информации. Таковых оказалось четверо, и всем им было предложено написать заявления по собственному.

Ладно Пахмутов, он хоть с этого крысятничества неплохо поимел. А вот коллегам его пришлось хуже. Ага. Без вины виноватые. Как бы то ни было, он сейчас без работы. Перейти в офис к своему дружку он пока не может, должно несколько лет пройти, иначе все всё поймут, и к драгоценному Григорию Олеговичу могут наведаться неприятные люди от правоохранителей до силового блока службы безопасности прежних работодателей.

Первый наш на сегодня кандидат вышел эмоционально торжествуя. По реакции Сысоевой уверен, что уже принят. Не понимает, что в этой тройке тот, кого он мысленно назвал сопляком — гадство, обидно — решает намного больше, чем формальный глава приёмной комиссии. Ничего, узнаешь, когда позвонят и вежливо сообщат, что, к сожалению, вы нам не подходите.