Пашкины будни (СИ) - Штефан Елена - Страница 21

— Не пустое, — тихо возразил Алу. — Это моя первая собственность в этом мире. Шанс сделать хоть что-то, если возникнет проблема, — апролец неожиданно властно отмахнулся от Даля. — Одежда не в счет. Она хоть и новая, но все равно с чужого плеча. Выбрал из того немногого, что предложили уже пошитое, и надел.

Даль Варим наблюдал эту сцену чуть обиженно. Даже удивительно, что больше не встревал. И что его так поразило?

Алу всё время боялся, что любознательный гвардеец не утерпит да и спросит его про уровень силы, но пока обходилось.Откровения Павла на это прям-таки провоцировали. Боялся не потому, что желал поскрытничать, а потому что и сам не знал, в каком сейчас состоянии. Видимо, этот нрекдолец, несмотря на все закидоны, был все-таки обучаем и больше не лез на рожон. А может быть, Павел прав, и он-таки не дурак. Может, дал себе труд подумать? Фактов для анализа, на самом деле, было достаточно. Если ему, Алу, хватало сил на перенос, несмотря на нейтрализаторы, то вывод напрашивался сам собой. И наличие этого самого нейтрализатора само по себе, о чём-то да говорило. Да, вскрыть подпространство самостоятельно Алу бы не смог, особенно на территории дворца, а вот проследовать по уже пробитому пути — хоть сто раз. Спасибо их величествам за любезно оставленные силы.

Сейчас, после полутора часов вне дворцовой ограды, Алу чувствовал себя почти комфортно: кажется, даже резерв чуть пополнился. Он так и сидел, уперевшись взглядом в никуда и неосознанно поглаживая свою новую собственность. Даль сменил позу, и апролец как будто очнулся. Гвардеец смотрел выжидательно, как и положено добросовестному служаке при исполнении. А Павел едва заметно улыбался, явно очень собой довольный. И что удивительно, оба молчали, не мешали юному компаньону думать свою думу.

— Ну что? — заговорил Павел, глядя на подопечного с прежней улыбкой, — Прилаживай свою волшебную цацку, да пошли, прогуляемся до дворца. Теперь не замёрзнешь.

— Я могу…– начал было Даль.

— Конечно, можешь, — все так же радостно перебил Мартун, не утруждая себя вежливостью. — Но мне бы обед чуть растрясти — пожадничал малость. А наш друг наверняка в своей комнате насиделся уже до тошноты. Ему ноги размять — самое оно. Но ты, Даль, если гулять не хочешь, дерзай, мы не обидимся. Правда, Алу?

Что оставалось бедному апрольцу, кроме как кивнуть? Тем более, что наездник был во всём прав. И про тошноту, и про размять ноги. А ещё Алу очень нравилось наблюдать, как Павел управляет ситуацией, не давая этой заносчивой личинке царедворца занять лидерскую позицию. Нравилось, что наездник не боится быть резким, но при этом не переходит некую интуитивно угадываемую грань, за которой неизбежна ссора. Правда, причин, почему Даль Варим так упорно тянет на себя одеяло, Алу не понимал.

Их троица уже минут пять шагала по ухоженной, но какой-то куцей по зимнему времени аллее. Шагала молча. Пашка, единственный, кого это молчание нисколько не напрягало, с удовольствием вдыхал холодный воздух и помахивал корзиной, которую ему торжественно вручил на выходе сам хозяин едальни. Комплимент от заведения ну о-очень выгодному клиенту. А то ж: на одном вызове артефактора треть дневной выручки поимели. На самом деле, Пашка, еще делая заказ, попросил завернуть с собой десяток бутербродов. Обед-то во дворце не дали, вот и подстраховался во избежание накладок с ужином. Удивился, конечно, такому рвению трактирщика, но от тяжёленькой корзины отказываться не стал. Ещё чего! У них с Алу растущие организмы!

Даля этот простолюдинский аксессуар явно напрягал. Он старался держаться со стороны красавчика апрольца в дорогущем камзоле и еле сдерживался, чтобы не ушагать вперёд от такой неподобающей компании. Один с чемоданом, другой вообще вот с этим грубо сплетённым непотребством. А знаменитый Мартун только ухмылялся и, как ни в чём не бывало, тащил свою добычу. Наездник с корзиной! Непостижимо! Будет о чём сослуживцам порассказать.

— Спрашивай, — неожиданно предложил Павел и как-то очень по-доброму глянул на Алу, бережно прижимающего к себе артефакторский кейс. Тот молчал добрый десяток шагов, а потом, видимо, определившись с самым насущным вопросом, тихо спросил: — Зачем ты с ним так? Он вроде неплохой.

Сказать, что вопрос Пашку удивил — это промолчать. Теперь наездник примолк, задумавшись. А потом хмыкнул и залихватски подмигнул обоим парням, которые смотрели на него с огромным интересом. Алу, замкнутый молчун Алу пытается выступить миротворцем? Если бы он просто хотел понять, спросил бы наедине, а не при Вариме. Оживает мальчик, оживает!

— Почему Я так — неважно, бро. Важнее: почему ОН так… Давай я это тебе объясню. По крайней мере, как я это вижу.

Даль хмыкнул. Демонстративно громко и нарочито пренебрежительно. Что может понимать этот землянин?

— Вот, собственно, тебе и ответ, бро. Даль Варим очень старается меня презирать.

— Почему? — Алу явно не врубался. Павел же сильный, это очевидно. На хорошем счету у обоих величеств, это Алу сам видел. А ещё видел, с каким почтением люди в таверне смотрели на его наездничий мундир. Павел Мартун — очень непростой молодой человек! За что его презирать?

— О противостоянии дворцовой гвардии и Корпуса наездников я тебе рассказывать не буду, это мелочи. Главное дело в том, что я иномирянин…

— Но я тоже иномирянин, — удивился Алу. Никакого пренебрежения к себе со стороны Варима он не чувствовал. И снова удивился горькой усмешке Павла.

— Ты с Апрола. Это для местных уже повод относиться к тебе с пиететом. Да-да, не удивляйся. Скоро сам убедишься. Почему так, я не понимаю, честно. Как в причинах разберёшься, не забудь мне потом рассказать.

— А ты?

— А я из техномира. Ты прибыл сюда сам, а меня притащили почти насильно. С черепномозговой травмой и парой десятков переломов. Почти трупом.

— Но это же хорошо! Ты же здоров теперь!

— Да, за восстановленное здоровье я признателен. Но только за это! Давай я расскажу тебе предысторию. И ты, Даль, слушай. Внимательно слушай! Может свезёт и у тебя мозги шевельнутся. — Пашка примолк, собираясь с мыслями. Потом сам себе кивнул, вроде как «Вперёд!» скомандовал и заговорил: — Около ста лет назад отец наших правящих близнецов посетил Землю, мой родной мир. Вывалился он из пустоты очень неудачно. Ты же сам знаешь это состояние в первые секунды: ни верха, ни низа, полная дезориентация. Короче, его величество Эрнел вышел в момент взрывных работ на огромной стройке и его спас некий молодой человек.

— Не знаю, что такое взрывные работы, но его величество наверняка был в щитах, и ему ничего не грозило! — встрял Даль.

— Щиты против взрыва, поднимающего на воздух тысячи тонн земли? Ну, не знаю и, надеюсь, никогда не узнаю. В любом случае, тот молодой человек выскочил из укрытия и сбил незнакомца с ног, закрыв своим телом. У него щитов не было и быть не могло, поэтому ранения были неизбежны. Его величество не нашёл ничего лучше, как схватить спасителя в охапку и рвануть назад, домой. К целителям. Так в тихом замшелом мирке Нрекдол появился странный человек, принявший на себя имя Днепогис. Как его звали на самом деле, я, к сожалению, не знаю.

— Слышал я про этого Днепогиса! — встрял Даль. — Втёрся в доверие к королю и творил всякую дичь!

— Во-от! — протянул чем-то довольный Пашка. Это была его единственная реакция на грубое замечание коренного нрекдольца. — Заметь, Алу, под дичью имеется в виду водопровод, улучшение качества сталей, с полтора десятка механизмов, которые значительно облегчили труд неодарённых и увеличили доход короны. Появилось хорошее стекло в товарных количествах. Гладкая бумага и хоть какое-то книгопечатание — это тоже дичь, которую натворил Днепогис. Один мой знакомый, гениальный бытовик, говорил мне, что этот землянин, нифига не понимающий в магии, даже в артефакторике отметился. Современные тепловые артефакты — это его заслуга. Он подсказал добавить в них принудительную конвекцию. Этот Днепогис мечтал соединить технику и магию, заставить их работать вместе и очень много делал в этом направлении.