Спасенная Ледяным Владыкой. Моя вторая жизнь (СИ) - Вилкс Энни - Страница 24

— Помочь, — повторила я.

— Со мной было двенадцать шепчущих. Каждый из них нашел Свету пристанище, и Источник связан с этими храмами, — добавила Йорданка. — В храмах даже слабые целители лечат сотни человек за день. Смерть и страдания отступают впервые за много сотен лет. Вокруг храмов не начинаются распри. Если они появятся на границе, вполне вероятно, мы совсем покончим с войнами. И вы были в самом сердце, когда Свет явился. Вы выпустили его из тюрьмы артефактов перерождения. Так как еще мы можем нести его дальше?

«Сама увидишь, что произошло со свитой Йорданки под влиянием Источника Света», — вспомнились мне слова Ингарда.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — прочистила я горло. — Вы собирались меня казнить.

Йорданка тяжело поглядела на молчащего Сина, словно он мешал мне говорить. Потом поджала тонкие губы:

— Если я понадоблюсь, свяжитесь со мной, Теа. Моей силой можно многого достичь.

Она вдруг протянула ко мне руку, будто хотела прикоснуться — и выглядело это ненормально, словно герцогиня пытается получить благословение или потрогать артефакт, — не как правительница, а как паломница перед святыней. Син тут же оказался между нами — как, я не поняла: мне-то казалось, он не двигался! — и Йорданка отдернула тонкие пальцы, подняла голову и сощурилась:

— Директор, я более не несу Теа опасности, — проговорила она степенно. — Иначе меня бы забрал Амаран, как и тех невежд, верно? По вашему настоянию, я не привела ни одного из шепчущих, что отмечены Источником. Но я благодарна судьбе, что Свет получил такого защитника.

Не знаю, почему, но мне стало страшно. За спиной Сина, конечно, можно было не бояться Йорданки. Но беспокоило меня что-то еще, что я не могла пока сформулировать: ни Свет, ни обещание помощи, ни прощение, ни отказ от желания меня убить и уж тем более не новости о легком исцелении и мире не должны были так пугать, а я хотела слиться с землей под своими ногами.

Герцогиня же отступила от нас на шаг и покачала головой.

Я оглянулась: нас на расстоянии шагов десяти обступала ее свита. Все в коричневых одеждах, подернутых бронзой, серебром и тонким белым кружевом, женщины и мужчины смотрели… не на Сина, а на меня. Но почему⁈

На лицах их тоже читалось благоговение, от которого першило в горле.

«Моя мать служила в твоем культе», — так сказал Келлан? Теа возглавляла культ. Может, они — его участники? И теперь решили, что я вернулась, чтобы вновь… Да ну, это же какой-то бред!

— Пожалуйста, давайте уйдем, — пробормотала я.

— Мы? — полуобернулся Син. — Леди Йорданка, как видите, вы пугаете своего мессию. Все интересное на сегодня закончилось.

— Я поняла, — сразу отозвалась та.

Она сделала рукой знак, и свита ее с разочарованием повиновалась, собираясь внизу, а сама Йорданка, присоединившись к ним, молча заспешила в сторону портальных камней, не прощаясь и не оборачиваясь.

Я несколько секунд бездумно смотрела ей вслед.

— Что происходит? Чем она меня считает? — прошептала я, стискивая руку Сина. — И почему вы улыбаетесь?

— А ты не попалась на крючок, — неожиданно мягко ответил глава. И добавил жестче: — Вероятно, это замысел Теа. Мир преображается Светом, и это — первые вестники. Несут прощение, распространяют Свет и исцеление, открывают храмы. Бесконечно питаются от источника, что ты открыла моими руками — и изменяют людей к лучшему. Йорданка была темной до глубины своей стойкой к воздействию души, но практически переродилась. Разве не прекрасны перспективы?

— В этом есть подвох? — пробормотала я. — Так же не бывает. Вы говорите так, словно она обезумела.

— Откуда нам знать. Она вот благодарна судьбе, что Свет получил такого защитника, как я, — повторил Син слова Йорданки. — А я думаю, этот Источник нужно уничтожить или осквернить, пока он не перекроил и других шепчущих.

— Зачем? — почти против воли вырвалось у меня.

— Видишь ли, та иномирная зараза, что Теа, — Син выделил имя голосом, и я была ему очень благодарна, — пригласила в Альвиар, паразитировала именно на светлых. Она создала светлый культ, и первыми сосудами для этих паразитов стали ее последователи и ученики-целители. И чем сильнее был светлый, тем более могущественного паразита он вмещал, и их совместная сила увеличивалась. Теа была великой целительницей.

— Вот что произошло? — прошептала я. — Я видела это во сне. Они назывались… я не помню…

— С’аары. Знатные печалятся, что их семьи пострадали, но не в этом заключался главный просчет твоей предшественницы, — продолжил Син. Я пыталась вырваться, но он удерживал мою ладонь на своем запястье. — Пока меня не было, благодаря «сиянию» Теа мир чуть не выели существа, о которых не знает ни Йорданка, ни остальные герцоги, ведь иначе началась бы настоящая паника. Лишь пара сильных шепчущих в курсе, но большинство из них уже далеко от Альвиара. Удивительное совпадение, что ныне светлыми становятся даже те, кто раньше Свет на дух не переносил, а целители обретают невиданную ранее мощь.

— Но это же хорошо? — шепнула я.

Мысли путались.

Альвиар, наш мир, чуть не съели? И теперь мы, по словам Сина, вроде как становимся… более питательной средой?

— Отличное определение, — вновь прочитал мои мысли Син. — Теперь ни я, ни кто-либо другой не может найти этих по-прежнему запертых в Альвиаре существ — и только ты помнишь, как или в ком они спрятались. Надеюсь, что помнишь.

— И вы уничтожите Источник Света, если я не восстановлю память? — прошептала я. — Ведь он лечит и несет мир…

Но мне вдруг на миг почудилось, словно я понимаю, о чем он говорит. Словно я ощущала это когда-то на себе — когда тебя выедают, как яйцо, — и что это куда страшнее, чем все, с чем я могла бы встретиться. Но несмотря на это мимолетное чувство, «Источник Света» опасностью объявлял самый темный человек, которого я знала, и этот человек менее всего хотел, чтобы мир, которым он почти что владеет, перекроился в совершенно другой.

Только отбросить на миг дикую историю о паразитах… Если я правильно поняла, светлые становились теперь могущественнее — а Син этого допустить не хотел. Конечно, не хотел!

И это однозначно выглядело так, словно я — на неверной стороне.

— Постараюсь, — просто ответил Син, подтверждая мои опасения. — И ты мне поможешь, Теара, иначе очень пожалеешь.

Глава 15

Дом Заблудших

Ингард выглядел плохо. Нет, физически он явно оставался в норме, что меня обрадовало. Но выражение даже не лица — чуть потухших глаз — выдавало какую-то обреченность, словно маг смирился с чем-то горьким и неотвратимым.

Он стоял, оперевшись предплечьями на каменный борт галереи, а когда мы подошли, распрямился и вздохнул. Взгляд его метнулся к моей скрытой тканью юбки, увитой исцеляющим заговором руке, и губы дернулись в подобии улыбки.

До мига, как Ингард так грустно улыбнулся мне, я тешила себя надеждой, будто мы с ним пойдем к Очиру вместе, но лишь поймав взгляд темных уставших глаз, еще до того, как он заговорил, поняла: у Сина намерения иные, и Ингард знает о них.

И все же мой друг спросил:

— Я перемещу Теару в Дом Заблудших. Ты разрешаешь?

Ингард запнулся на слове «разрешаешь», словно оно причинило ему боль.

Я же думала о другом: Очир, мой сильный и мудрый старший брат, просил Сина не разыскивать его — и даже получил соответствующее обещание. По какой-то причине брат хотел начать новую жизнь вдали от всего, что знал — и всех, кто знал его самого. Это явно не выглядело поспешным решением, скорее выношенным и может даже выстраданным, пусть причин я пока и не понимала.

— Я перемещу нас. Мне нужен образ этого места, — разрушил остатки моих надежд Син.

— Ты дал слово Очиру не искать его, — качнул головой Ингард.

— Я не ищу, — просто ответил Син. — Хотя предполагал, что он скрывается в месте, похожем на такое. И не стану искать впредь. Лишь иду по следам Теа, как и ты.