Очень приятно, Царь! Десерт (СИ) - Бергер Евгений - Страница 23

— Плевать, как это выглядит. Ваш конкурент ушёл в демпинг цены… И это сработало. А значит — сейчас не время говорить про то, как это выглядит. Идём!

Мы подошли к окошку «Мясопотамии», которое раньше было обычным инженерным отверстием для вентиляции. Это была моя первая в жизни покупка стритфуда за ПЯТЬ РУБЛЕЙ. Выглядело дёшево и сердито. Без излишеств. Булочка, сосиска и смесь из соуса, майонеза и горчицы.

— Пробуем? — неуверенно спросил Костян.

— Не мешай людям. — я отошёл под фонарь, который как раз зажегся: — Чего стоите? Дуйте ко мне.

— Ага…

Костян ещё раз оглядел хот-дог, а затем откусил. Прожевал. Лицо его при этом проделало целое путешествие — от любопытства к разочарованию, а от разочарования, к чему-то похожему на профессиональное сострадание.

— Так… — произнёс он, выбрасывая недоеденное в урну: — Это же, какой-то ужас! Сосиска соевая процентов на семьдесят. Тут не «Папа может», а «Дедушка мог, но это было когда-то давно».

— А ароматика? — уточнил Гошан, практически мгновенно заточив хот-дог. Ну, вот… А выеживался больше всех.

— Дешёвый жидкий дым. — констатировал хот-дожных дел мастер: — Ноль естественного вкуса. Булка размороженная… Внутри клейкая. Соус — кетчуп из концентрата, разведённый чуть ли не водой. — он повернулся ко мне: — А ты чего не ешь?

— Да вот думаю — а надо ли? — усмехнулся я, но один укус всё же сделал.

М-да…

Честно говоря, мне трудно вспомнить, когда я в последний раз пробовал что-то подобное. Это не сосиска, а последствия школьного экзамена по химии! Карательная молекулярная кулинария… Не иначе. Мне стало стыдно за соевые бобы, которые нагло потратили для этого концентрата зла.

— Что скажешь? — поинтересовался Костя.

— Ну… У меня две новости. — я выбросил остатки хот-дога в урну: — Хорошая: ты готовишь в сотни раз вкуснее. Плохая: ты погляди на контингент. Студенты, да работяги. К великому сожалению, им важнее не вкус, а цифра на ценнике. Войну ценой ты точно не выиграешь. У «Мясопотамии» объёмы, поставки, скидки. Они тебя просто задавят.

— Дерьмо… — выдохнул Костя, и мы отправились обратно к ларьку.

— Не дерьмо, а скорее — новые реалии.

— Недолго музыка играла. — трагично заключил Гошан: — Недолго Магнус танцевал…

— И что теперь? — хот-дожных дел мастер опустился прямо на ящик из-под лимонада и обхватил голову руками: — Закрываться?

— Кто сказал «закрываться»? — возмутился я.

— Ну… Вообще, звучало, словно надежды нет. Или у тебя есть план? — в глазах Гошана зажегся тот самый огонёк надежды.

— Я сказал, что войну ЦЕНОЙ вы не выиграете. — я взглянул на часы: — Значит, будем воевать другим оружием. И начнём прямо сейчас, пока вечерний поток не закончился.

Прежде чем строить план, я прошёлся вдоль наружной витрины «Мясопотамии» и тут же заметил нечто странное.

К служебному входу кафе подкатил уже знакомый мне серебристый «Мерседес». Ты думал, что я забыл про тебя, приятель? Увы и ах!

Из дорогущего авто вышел молодой человек лет двадцати на вид. Почему-то, его лицо показалось мне подозрительно знакомым… И нет, я точно не мог разглядеть эту физиономию в машине из-за тонированных окон. А значит, наше условно заочное знакомство произошло раньше. Но, где и когда?

Одет парень был с иголочки. Типичный аристократ. Держался очень уверенно, словно приехал в свои владения. Моё внимание привлекла кожаная папка, которую он нёс под мышкой.

Зайдя в кафе, парень тут же поймал противного управляющего. Тот лишь с покорным видом принялся, что-то объяснять. Но парень махнул рукой, словно жестом затыкая управляющего и вытащил из папки листки. Разговор явно проходил на весьма повышенных тонах. И в очередной эмоциональный взмах рукой, парень обнажил серебряный браслет, на котором болталась уже знакомая миниатюрная поварёшка.

— Нет… Это же просто такой прикол, да?

Однако, как только парень скинул пальто, обнажив синий пиджак, всё встало на свои места.

— Твою ж мать… — пробормотал я и зашёл в кафе.

Таинственный студент Харитоновки и противный управляющий скрылись за дверью с надписью «Только для персонала». Видимо, разговор был слишком приватным.

Направив усиление в уши, я подошёл к витрине с пирожными, которая была, как раз рядом с заветной дверью.

— … разнести двух мелких неудачников. Поэтому, Геннадий Петрович, мы не просто продаём хот-доги по пять рублей. — вкрадчиво говорил студент: — Мы продаём их в УБЫТОК! Каждый приносит вам минус. Но это не расход. Это инвестиция! Держим цену ровно столько, сколько нужно, чтобы разорить неудачников. Это вопрос пары месяцев. Потом спокойно увеличим цены и всё отобьём. Демпинг на вытеснение! Классика.

Отлично! Уважаемые знатоки, против вас играет один из номернутых Совета Элит. Лучше и не придумаешь…

В целом, я узнал, что хотел. Поэтому нужно срочно возвращаться на базу и разрабатывать план-перехват.

Хотя мысли были только на «план-банан»…

* * *

— Это не просто конкуренты. — произнёс я, собирая очередной хот-дог: — Это спланированная казнь. И руку на рубильнике держит мой, так сказать, старший товарищ по академии. А ещё… Ну это так — между делом, этот парнишка из Совета Элит.

— Боже… Но зачем ему это⁈ — удивился Костян

— Понятия не имею. НО мне очень хочется утереть нос этому подлецу.

— Зачем?

— Слушай… Я тоже вкладывал в твоё дело свои силы и энергию. Это, во-первых. А, во-вторых — не пойти бы этому «ферзю», куда подальше? В общем, у нас есть целый вечер! А потому — действуем.

— Вечер? — Костя растерянно заморгал: — Дерек… Я слышал про монстров из Совета Элит. Это основные силовики Харитоновки! Они имеют невероятные связи… Уж не знаю, что мы с Гошаном им сделали… Но это может быть слишком опасно.

— И что теперь? Слушай… Ты вышел из народа. А там — чёртов аристо! Я не собираюсь позволять ему душить вас. А ещё меня дико бесит, что они кормят народ откровенным дерьмом.

— Мы не сдюжим!

— Поднять сопли, рядовой! Ответим буржуазии мощным ударом пролетарского кулака!

— Какого кулака?

— Неважно. В общем, приготовим ответку.

— Дерек… Что ты задумал?

— Слушайте внимательно. — я вытащил блокнот и принялся записывать: — Наш противник играет на одном поле — на цене. Он уверен, что посетитель выбирает кошельком, а не желудком. И в чём-то наш противник прав. Голодный после работы москвич за пять рублей купит хоть подошву в булке. Но он забыл главный слоган истинного кулинара.

— Какой же?

— Еда — это история! И эмоция. «Мясопотамия» продаёт калории. А мы будем продавать ВПЕЧАТЛЕНИЕ. Цену не опустим. А наоборот, поднимем планку так, чтобы играть с нами на одном поле стало просто нереально. И сделаем это сегодня же.

— Я не понимаю… Как ты собрался продавать впечатление⁈

— Не переживай. — я поставил на стол склянки с новыми смесями приправ: — Пришло время вновь объединиться нашей хулиганской командой!

— Обезьяны. Вместе. Сила!!! — воскликнул Гошан и начал бить себя кулаком в грудь.

— Наш любитель пива и «Вахи» дело говорит. А ты, Костян, пока запускай гриль. Жарь, как можно больше колбасок!

— Но посетителей нет…

— Не спорь. Просто жарь. — строго произнёс я: — А мы позаботимся обо всём остальном.

Глава 8

— Госпожа Симонова? — Велл Алишеров — миловидный парнишка с золотистыми кудрями, заглянул в кабинет.

— Заходи. — строго ответила Амелия, устало массируя себе виски: — Что-то срочное?

— Ну, да… Я пришёл передать послание от Господина Волгина. — юноша радостно уселся напротив девушки. Выглядел он, как пёс, которому позволили зайти в хозяйские хоромы. Если бы у Алишерова был хвост, то он непременно закрутил бы им, словно пропеллером.

— Послание? — обречённо вздохнула Госпожа Симонова: — От Волгина? Ты уверен?

— Ну, конечно!

— Сомневаюсь, что Ратибор знает о твоём визите ко мне.