Очень приятно, Царь! Десерт (СИ) - Бергер Евгений - Страница 17

Это было наслаждение едой в чистом виде! Без лишних специй… Без несмелых приукрашиваний.

Иван, словно волшебник, который открыл для всех нас портал в сказку. Домашнюю. Уютную. И в тоже время — такую возвышенную!

— Как?.. — я с непониманием смотрел на Ивана.

— Слушай… — мягко сказал он, положив руку мне на плечо: — Ты правда невероятен! И готовишь лучше, чем большая часть ребят, которых я когда-либо встречал. Это не лесть. Это истина! Да и руки у тебя отличные. Просто ты… готовишь глазами. Думаешь, как это будет выглядеть. Это здорово! Очень хорошо. Ведь от визуализации тоже много, что зависит. Однако ты забываешь про свой нос и язык. И это не только твоя главная ошибка. Это ошибка большинства толковых кулинаров. Как бы это странно не звучало, но мне реально проще. Я не отвлекаюсь на визуализацию. Использую свой язык и нос на триста процентов. По сто пятьдесят на каждый. Поэтому не забывай иногда закрывать глаза. Поверь, как только научишься отключать зрение, усиливая нос и язык — вся Харитоновка падёт ниц перед тобой.

— Сказать проще, чем сделать.

— Именно поэтому, мы переходим ко второй части нашей дуэли. — Иван загадочно улыбнулся и вытащил чёрную повязку из кармана фартука: — Сейчас ты встанешь на моё место, друг.

— Хорошо. Завязывай! — ответил я.

Темнота упала мгновенно. Чёрная, плотная, абсолютная. Я вдруг почувствовал, как теряю ориентацию в пространстве. Где плита? Где станция? Где мои собственные руки? Тело почувствовало дискомфорт и покачнулось…

— Спокойно! — рядом раздался голос шефа. Твёрдый и успокаивающий: — Дыши. Первое, что чувствует зрячий в темноте — это паника. Будто пол уходит из-под ног. Будто сейчас упадёшь. Это нормально. Дыши и слушай. Что ты слышишь?

— Секунду… — я прислушался. Сердце колотилось. Но постепенно сквозь стук крови в ушах начали пробиваться звуки. Шипение чего-то на дальней плите. Капанье воды из крана. Гул вытяжки и… дыхание людей вокруг.

— Слышу… плиту. Воду. Вытяжку.

— Хорошо. Теперь нюхай. Чем пахнет?

— Луком. Маслом. Чем-то… жареным. Хлебом.

— Отлично! Вот видишь? Ты уже не слепой. — с улыбкой произнёс Иван: — Ты просто видишь иначе. А теперь — омлет! Ингредиенты на соседней станции. Сделай шаг влево. Я тебя держу!

Всё происходящее тут же напомнило мне первое, что я увидел, когда попал в этот мир. Размытую муть, от которой кружилась голова.

— Так! Мы добрались.

Как только я нащупал прохладное железо стола, то тут же вцепился в него.

— Справа от тебя миска. — спокойно вёл меня шеф: — Чувствуешь? В ней яйца. Возьми одно. Разбей о край миски. Не волнуйся! Даже если мимо — мы приберём.

Кое-как я нащупал яйцо. Гладкое и прохладное. Затем я стукнул им о край… Эх, переборщил с силой. Скорлупа хрустнула, и желток потёк по пальцам.

— Раздавил. — констатировал Сергей, откуда-то слева: — Но это не страшно. Все раздавливают первое. Это традиция.

— Тише. — сказал шеф. — Не отвлекай. Дерек, чувствуешь скорлупу пальцами? Раздели её. Дай белку и желтку стечь в миску. Скорлупу — в сторону. Левее — мусорка.

Со второго яйца у меня получилось лучше. С третьего — почти хорошо. Невероятно, но я начал привыкать и чувствовать. Под пальцами рождалась картина. Не зрительная, а осязательная, обонятельная и звуковая. Я слышал, как яйцо падает в миску. Чувствовал его вес. Понимал, разбилось ли оно чисто.

— Теперь венчик. Справа, на крючке. Взбивай. Слушай, как меняется звук, когда яйца становятся однородными. Сначала булькает! Потом — шипит и пенится.

Невероятно, но как только я начал взбивать, то действительно слышал, как меняется звук. Жидкое бульканье превращалось в воздушное шипение.

— Соль. Перед тобой! В маленькой плошке слева. Щепотку. Пальцами почувствуешь, сколько берёшь.

Протянув руку, я аккуратно взял соль пальцами. И впервые за много лет ощутил, что значит: «отмерять соль на ощупь».

— Плита справа, два шага. Сковорода уже на ней, горячая. Слышишь масло? Оно уже шипит. Лей яйца. По звуку поймёшь, когда схватится.

Повернувшись, я сделал два шага. Все оставшиеся чувства были напряжены и сфокусированы до предела! Это невероятное ощущение… Словно, я превратился в слепого хищника.

Жар плиты коснулся моего лица. Я нащупал ручку сковороды. Почувствовал её тепло. А затем вылил яйца.

Едва они коснулись раскалённой поверхности, как тут же раздалось мощное шипение.

— Слушай! — тихо произнес шеф: — Слышишь, как шипит? Сильно — значит, ещё жидкое. Когда станет тише и мягче — значит, схватывается. Двигай сковороду. Чувствуешь рукой, как яйцо тяжелеет? Как оно перестаёт плескаться?

И я чувствовал. Держа сковороду, ко мне сквозь ручку шла информация: яйцо густело, схватывалось, переставало быть жидким. Звук менялся — от агрессивного шипения к мягкому потрескиванию.

— Лопатка слева на крюке. Подверни край. Сложи пополам. По весу поймёшь, готов ли.

Подвернув омлет, я аккуратно сложил его. А затем снял с огня, не дожидаясь команды. Сам. Потому что почувствовал: готово! Звук был правильный. Запах был правильный. Вес был правильный.

— Снял? — спросил шеф.

— Снял. — выдохнул я: — Он… готов. Я знаю, что готов.

— Откуда знаешь?

— Я… чувствую. Запах изменился. И звук. И вес. Он стал… другим.

Повисла тишина. А потом Иван медленно стянул с моих глаз повязку.

Даже тусклый кухонный свет неприятно ударил по глазам. Я аж зажмурился… Немного проморгался. И посмотрел на сковороду.

Там лежал омлет. Да, не идеальный. Чуть кривоватый. С одного края подрумяненный сильнее, чем с другого. Но это был настоящий, нормальный, съедобный омлет! Золотистый, пышный, аппетитный. Сделанный вслепую руками демона, который всю свою жизнь полагался только на глаза.

— Знаешь… — я не находил слов: — Я не могу поверить, что сделал это… Не глядя.

— Да. — кивнул Иван, и готов покляться, что в его незрячих глазах было что-то вроде гордости: — Кривовато. Один край пережарил… Второй — недодержал. Но для первого раза вслепую — отлично! Молодец, Дерек. Хвалю!

Все на кухне зааплодировали. Пал Николаевич свистнул. Лей радостно улыбалась. А Сергей по-дружески хлопнул меня по плечу.

— Добро пожаловать в темноту, коллега! — произнёс шеф: — Тут не так страшно, как могло показаться на первый взгляд.

Глава 6

— Не нужна мне корона, принцесса и горы… — напевал я, стоя в тёмном переулке и поглядывая по сторонам: — Растаман везде всё своё найдёт…

— Эй! Парниш! — из-за ржавой двери, пошатываясь вышел огромный антропоморфный тигр, а затем посмотрел на меня пьяным взглядом: — Это моя территория. Ты в курсе?

— Место общественное. Оно для общества. — спокойно ответил я, понимая, что проблемами уже не пахнет, а нехило так воняет.

— Нарываешься? — тигр закатал рукава чёрной рубашки, обнажив мышцы, покрытые венами и тонким слоем шерсти: — Знаешь, что я делаю с теми, кто вы***тся?

— Удиви.

— Наказываю. Жестоко наказываю. — пьяный тигр оскалился и направился в мою сторону. А я уже запустил Пламя на усиление.

— Барон, мать твою! — из окошка выпрыгнула молодая девица в спортивном костюме: — Совсем охренел⁈ А ну отстань от моего клиента!

С этими словами девица так зарядила ногой с вертушки, что даже молодой Вандам бы позавидовал.

— Наташа… — выдохнул поваленный хищник: — Я же просто…

— Ты же просто нажрался, как свинья! — фыркнула девица, а затем быстро подошла ко мне: — Как добыть обескровленный лимон?

— Исключительно нарезав его волосяным методом и добавить жопку ананаса.

— Господин Цареградцев! Прошу простить моего телохранителя. Он… иногда злоупотребляет алкоголем.

— Ничего страшного.

Телохранителя? Да Наташа сама, кого хочешь защитит…

— Идём! — девица жестом позвала меня за собой.

Мы переступили через валяющегося тигра и прошли сквозь ржавую дверь.

Внутри оказалось, что-то типа закрытого игрального клуба. За столиком сидели представители самых разных волшебных рас и рубились в покер, дымя сигарами и кальянами. А красивая девушка-зайка в чёрном боди раздавала карты. Красиво. Я бы даже сказал — атмосферно.