Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 17

Она ещё раз бросила взгляд на Квонга, и с удовлетворением отметила, что этот слабак даже зажмурился, не имея душевных сил смотреть на монитор.

А экран монитора теперь уже полностью затопила угольно чёрная и немного подрагивающая, словно в предвкушении, тьма.

— Переход! — звонко и немного азартно крикнула она, и потянула на себя рычаг регулировки планетарных двигателей, выводя их мощность на максимум.

Корабль дёрнулся, и с нарастающим ускорением полетел к жерлу перехода.

— Ну что же, — подумала Ралейна, — риск, это благородное дело. И самое время проявить те черты, которые свойственны старой аристократии. Интеллект, презрение к опасности, твёрдость руки и намерений. Ну, и конечно же, волю. Волю к победе!

Она с восторгом наблюдала, как корабль, словно в замедленной съёмке погружается в клубящуюся тьму. Мир стал непроглядно чёрным и Квонг, пристёгнутый к своему креслу тихо застонал, не в силах сдержать свой страх перед неизвестностью.

А потом вокруг опять засияли звёзды. И это были совсем не те звёзды, что дарили Ралейне и её второму пилоту свой свет всего несколько минут назад.

— Где мы? — вопрос этот, как вы понимаете, озвучил Квонг, который очень переживал за сохранность своей тушки.

— А сейчас попробуем узнать… — говоря это, Ралейна сама себе удивилась, ведь на языке вертелся непечатный, хоть и рифмованный ответ. Но нет, она нашла в себе силы соблюсти приличия.

Квонг затих в своём кресле, глядя в монитор. Созерцание россыпи незнакомых звёзд оказывало примерно такое же воздействие, как взгляд удава на кролика.

Правда, пока явных признаков нервного срыва и прочих нехороших реакций у него не просматривалось, а потому Ралейна предоставила лейтенанта на некоторое время самому себе. Сама же углубилась в работу с блоком навигации и позиционирования.

Параметры этой системы не совпадали с параметрами звёздных систем, что были в базах искина. И это её расстроило, ибо она, конечно для себя решила, что скрутит этих субчиков и представит их перед ликом справедливого имперского правосудия. Но в душе девушка надеялась, что для этого не придётся нарушать инструкции…

И если она сейчас эти инструкции нарушит, то у неё уже не будет возможности сдать назад. Потому, что неподсудны только победители.

— Искин! — она решила попытать счастья, а вдруг действительно, в памяти этого электронного болвана всё же есть ещё что-то, что она по каким-то причинам не видела. — прогони параметры этой системы по всем, я повторяю, по всем базам, которые есть в твоей памяти. Включая и те, знать о которых мне не положено в виду недостаточно высокого допуска. И если найдёшь совпадения, то сообщи немедленно.

Искин тут был стандартным, то есть примитивным до невозможности. У него даже не хватило ума сообщить, что он провел самую полную проверку с первого раза, а вместо этого зашуршал дисководами, делая одну и ту же работу по второму разу.

— Совпадений не обнаружено, — голос у него, как и у всех стандартных корабельных искинов, был на редкость противным. И слова, этим голосом произнесённые, лишь усугубляли и без того тошнотворную ситуацию.

Правда, некоторую радость Ралейна испытала, глянув на результаты сканирования пространства. Эти самоуверенные болваны даже не потрудились отойти на сколь-нибудь заметное расстояние от места пространственного прокола, и она смогла получить их текущие координаты. Они стеллс включили, конечно, но ввиду относительно небольшого расстояния между кораблями, полноценной невидимости у них не получилось. Хотя, может быть они настолько самоуверенны, что просто не приняли этот фактор во внимание. Но это уже их проблемы.

— Искин! — она опять обратилась к электронному мозгу. Он без сомнений сейчас был гораздо надёжнее мозгов Тон Квонга, который продолжал находиться в прострации и тупо пялился в монитор, — возьми нарушителей под наблюдение! В случае, если они начнут разгон, фиксируй вектор и дальность их прыжка!

Ну, теперь, когда нарушители лишились возможности оборвать свой след, следовало попробовать выполнить хоть одно из множества полученных предписаний. Для очистки совести надо было сделать попытку установить связь со штабом.

Она была уверена, что это не ей не удастся, так как вряд ли поблизости с этой системой есть ретрансляторы. Но ей необходимо было, чтобы в полётном журнале была зафиксирована эта попытка.

Когда будет проводиться разбор полётов, то наличие возможности возобновить преследование должно хотя бы объяснить то, что она сразу не вывела корабль обратно через червоточину. А попытка установления связи должна была стать доказательством её добросовестности.

— Где мы? — это Квонг выпал наконец из транса, и повторно поинтересовался своим местом во Вселенной.

— Не знаю, — ласково ответила Ралейна, отметив про себя, что взгляд у заместителя стал немного более осмысленным. Значит, башенку ему всё-таки не снесло. И это хорошо, а то пускаться в погоню за опасными преступниками, имея под боком свихнувшегося второго пилота, это удовольствие на любителя.

А Ралейна таким любителем не была и становиться таковым не планировала.

— Внимание! — скрежещущий голос искина тут же заставил её забыть о своих сомнениях относительно душевного состояния Квонга, — преследуемый корабль становится в разгон!

— Начинай прогрев варп-двигателей и фиксируй параметры прыжка преследуемого фрегата! — чётко скомандовала Ралейна. Фраза у неё на этот раз прозвучала настолько по уставному, что искин, впервые на её памяти тоже ответил по уставу, скрипуче пролаяв:

— Мэм, да, мэм, — Ралейна даже не знала, как на это реагировать. Потом, правда, решила сделать вид, что так всё было и задумано:

— Занимайся, занимайся, — барственно произнесла она. Ну да, аристократка она, или где?

Рубка начала еле заметно вибрировать. Это говорило о том, что искин действительно принял её распоряжение к исполнению и запустил варп-двигатели на прогрев. Но сама по себе вибрация говорила ещё и о том, что системе амортизации энергоустановок необходим серьёзный ремонт. И нужен он ей стал уже довольно давно. Но вот руки никак не доходили…

— Мы что, все-таки продолжаем погоню? — спросил Квонг помертвевшим голосом. Он сделал выводы из услышанного. Они ему, само собой, очень не понравились. Но спорить с начальницей ему духу не хватало, даже не взирая на ту бурю эмоций, что бушевала у него внутри.

— Конечно, — ответила Ралейна настолько беззаботно, насколько могла.

Играя в беззаботность, она рассчитывала хоть немного снизить уровень стресса у подчинённого. Могло же так случиться, что от его действий будет зависеть и её жизнь. Она прекрасно отвала себе отчёт, что тут может случиться всякое. И при этом рассчитывать можно будет только на себя и на то, до чего можно дотянуться руками.

Связи нет. Помощи ждать неоткуда.

— Ты боишься этих дезертиров? — с насмешкой спросила она, стараясь этим уязвить его мужское самолюбие, — а зря! Обрати внимание, что они только бегут. За всё время, что мы гоняли их по системе Триммас, эти трусы не сделали ни единого выстрела, не запустили по нам ни одной ракеты. А что это значит?

— Что? — переспросил лейтенант, и в глазах его мелькнула тень надежды на то, что всё обойдётся.

— А это значит то, что они лишены такой возможности, — с апломбом заявила Ралейна, — вот сам посуди, вот ты, например, смог бы удержаться от того, чтобы выстрелить по своему преследователю, особенно когда тот подставился под выстрел?

Квонг промычал что-то невнятно-утвердительное, всем свои видом выражая согласие с начальницей.

— Именно об этом я и говорю! — она сделала вид, что восприняла звуки, издаваемые Квонгом, как искреннее согласие, — так что бояться нечего! Мы сейчас их нагоним, и вынудим сдаться!

— А потом? — Квонг задал правильный вопрос, и на него следовало ответить максимально правдиво. Отвечать не сколько Квонгу, сколько себе, ибо вопрос возвращения был важен, и, что самое паршивое, однозначно-положительного ответа на этот вопрос у неё не было. Червоточина могла раствориться в любой момент: