Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший (СИ) - Солейн Анна - Страница 27

Просто работа.

— Снова планируете с меня что-то снять? — лениво осведомился он, постукивая пальцами по подлокотнику клесра.

Я мельком отметила, что пучки тлеющего сена со стола в углу все-таки исчезли. Отлично.

— Хуже, генерал Ашер, — плотоядно улыбнулась я. — Сегодня я планирую уложить вас в кровать.>

Звенящая тишина, которая повисла после моих слов, почти заставила меня почувствовать себя отомщенной. Почти.

— Целительница Уэйн, вы все-таки помешались на мне. Я должен был догадаться. И как на это твой муж смотрит?

Я почувствовала, что к щекам приливает краска, и решительно подошла к креслу Ашера. Тот, когда я оказалась напротив, привычно наклонил голову— от этого жеста у меня внутри что-то дернулось.

Он вообще понимает, насколько беззащитным выглядит в такие моменты?

— Вас так волнует моя личная жизнь, генерал Ашер? Все-таки жалеете о том, что меня упустили?

— Упаси боже.

— Я так и думала, так что вернемся к делу. Вы слишком много сидите. Вы вообще знаете, насколько это вредно?

Я критическим взглядом окинула его кресло, которое у меня давно руки чесались выбросить. Неудобное же! Прямая спинка, жесткие подлокотники, узкая седушка… пыточный инструмент, а не кресло.

— Точно. И как это я не подумал? Пойду схожу на прогулку. Целительница Уэйн, твои способы лечения один другого лучше. То в окно посмотореть, то прогуляться сходить. Блеск! Я чувствую, что с каждым днем становлюсь здоровее.

Вот придурок.

До прогулок, к слову, мы тоже скоро дойдем, но это пока терпит, есть более насущные проблемы.

Сохранить спокойствие мне позволило только то, что в этом мире о пользе движения пока говорили не слишком много. Больше полагались на магию и артефакты— и то, и другое в случае Ашера было бесполезно.

Разозлившись, я на некоторое время смогла хотя бы задавить внутри все странные чувства к Ашеру, которые были совершенно неуместны. Все, кроме раздражения, разумеется.

— Генерал Ашер, пожалуйста, сделайте над собой усилие и сосредоточьтесь на лечении, а не на том, чтобы посильнее меня уколоть. Вы все время сидите, это вредно.

— Уэйн…

— Дослушайте сначала. Кровь застаивается, от этого возникает отек. И ладно бы только отек— вам вен собственных не жалко? А мышц? Пролежней захотели?

— От них отлично помогают мази, Уэйн.

Допустим. В этом мире в самом деле мази были намного более действенными, чем в моем— благодаря магии. Но если бы дело только в этом.

Ашер, должно быть, истолковал мое молчание по-своему, и снова наклонил голову.

— Ты меня лечить, кстати, собираешься? Или так и будем лясы точить?

— Именно этим я и пытаюсь заняться! Или вы ожидали, что лечение— это я вас мазью помажу и артефактом над головой повожу? Еще один пучок травы принесу?

— Ну… да?

Он выглядел сбитым с толку.

— Нет! В вашем случае лечение— это долгая и упорная работа. И в первую очередь— ваша. Начать нужно с того, чтобы привести ваши мышцы в порядок. Вы полтора года в этом кресле просидели! Как будто у вас ноги запасные есть! Как вообще можно так наплевательски относится к собственному здоровью?

— Господи, целительница…

Ах, как я могла забыть. Он же собирался помереть. Тогда, конечно, кому придет в голову заботиться о коленях.

— У вас ноги не двигаются, — взяв себя в руки, сказала я. — Суставы долгое время остаются без работы, из-за этого мышцы укорачиваются, подвижность становится все более и более невозможной, кровообращение все сильнее страдает. У вас уже колени с трудом разгибаются, а будет только хуже! Однажды вы вообще не сможете их выпрямить. Как вы с такими мышцами собрались ходить? А спастика?

В доказательство своих слов я сжала его бедро чуть выше колена, которое было твердым от напряжения.

— Вот видите! — торжествующе сказала я.

— Не вижу.

Я закатила глаза.

Кажется, мое прикосновение он едва ли смог ощутить, а говорить с ним я уже устала.

— Как ваш целитель, генерал Ашер, я официально рекомендую вам сидеть в этом кресле не больше двух часов подряд. И не больше восьми часов в день. А сейчас… Кровать. Она где-то рядом? Вон там, я верно понимаю?

Я кивнула направо, где давно заметила закрытую дверь.

— Целительница Уэйн…

— Это единственный способ лечения, который я могу предложить. Или мы с вами действуем сообща— или я ухожу. Ну так что вы выбираете?

Снова здесь прозябать или призрачный шанс стать достойным Кэтрин?

Этого я вслух не сказала, но могла бы поклясться, что такая же мысль промелькнула и в голове Ашера, потому что он вдруг коротким движением дотронулся до безымянного пальца правой руки— того самого, где обычно носят обручальное кольцо.

— Хорошо, Уэйн. Выйди— я позову Мортимера.

— В этом нет нужды, генерал Ашер. Я все-таки целительница, и переносить больных…

— Я сказал— выйди! — рявкнул он.

Я вздрогнула и зло закусила губу. Да и пожалуйста.

Уже хлопая дверью, я услышала, как Ашер щелкает пальцами, и по дому разносится мелодичный звон.

Нет, нужно все-таки купить ему колокольчик. Вот ведь упрямец! Сколько раз ему говорить, что нельзя использовать магию?

И зачем вообще звать Мортимера? Нет, в прошлой жизни я с рослым мужчиной, такой грудой мышц, как Ашер, тоже вряд ли бы справилась, но в этой у меня был приличный магический дар и переносить лежачих пациентов могла сама.

Конечно, не всем это было по душе— многие стеснялись своей беспомощности и ненавидели ее, особенно мужчины.

Здесь дело в том же самом? В гордости? В самолюбии? В нежелании казаться слабым?

Глупости. Стыдиться можно только кого-то, кого уважаешь, а Ашер считает “целительницу Уэйн” кем-то вроде надоедливой собачки, которая все лает и требует внимания.

Пока я об этом размышляла, в комнату Ашера поднялся Мортимер, а спустя несколько минут вышел и чопорно бросил:

— Его светлость вас ожидает.

Надо же, ожидает, а не приказывает выгнать! Вот это мы достигли прогресса за столько-то дней!

Все еще кипя от раздражения, я вернулась в комнату и заглянула за ту самую боковую дверь, которая сейчас была открыта.

За ней действительно оказалась спальня. Кровать с балдахином, боковой столик, окна с видом в сад— удивительно просто и уютно. Я от Ашера ожидала спартанских условия, примерно таких, в которых жили адепты его академии, или кичливой роскоши, как в тех покоях, где останавливался сенатор Бивер.

В углу у окна стояла кушетка— на ней-то и лежал Ашер. Лежал и делал вид, что не услышал, как я вошла.

— Отлично, генерал Ашер. Раз уж в кровать вы со мной не хотите, то кушетка тоже подойдет. Расслабьтесь. Сначала я сниму с вас туфли.

Ноль реакции. Отлично. С таким Ашером мне нравилось иметь дело.

От меня не укрылось то, что его ноги выглядели напряженными, даже когда он лежал. Колени тоже не распрямились до конца. Плохо, очень плохо. Но поправимо.

— Замечательно, — сказала я, когда закончила снимать с него туфли. — Мы начнем с простых упражнений, чтобы размять ваши мышцы. Сейчас я буду постепенно сгибать и разгибать вашу стопу. Ваша задача— расслабиться и позволить мне это. Ну, начали.

Я осторожно потянула стопу на себя, а потом, выпрямив до конца, снова согнула.

Ашер громко втянул воздух, но ничего не сказал.

— Можете кричать, если хотите.

Я старалась все делать медленно, чтобы не спровоцировать судорогу, но мышцы Ашера были в таком ужасном состоянии, что это было практически невозможно.

— Не хочу, Уэйн, — процедил он.

— Зря. Вы ведете себя, как идиот.

— Я— веду себя как идиот?

— Именно. Сам себе злой Бу… злой клоун.

Увлекшись, я слишком резко согнула его стопу, и всю ногу Ашера прострелило судорогой, она нелепо дернулась, а Ашер в очердной раз болезненно зашипел.

— Простите, — без капли вины сказала я.

А что? Боль в этом деле неизбежна. А я даже не разбила о его голову стул.