Воевода (СИ) - Василенко Владимир Сергеевич - Страница 46

— Не отставать! — пролаял позади Панкратов.

Феликс обернулся и увидел, что грузный и коротконогий Ригер в очередной раз упал, завязнув в снегу. Ланге с протяжными стонами пытался его поднять. Громоздкую «глушилку» тащил на лямках за спиной Рокотов, даже карабин свой отдал Панкратову. Тот теперь шёл, отталкиваясь от земли прикладами, будто лыжными палками.

Сам аппарат Ригера некоторое время назад замолк, но останавливаться и пытаться запустить его снова даже не пытались — до входа в подкоп уже было рукой подать, так что решили вместо этого сделать последний рывок.

Погони, как ни странно, не было видно, и это одновременно подбадривало и пугало Феликса. Стылые просто дали им уйти? Сомнительно. Скорее уж это похоже на игру кошки с мышью. Шаманка просто хочет увидеть, куда они направятся.

Вариантов у лазутчиков было всего два. Либо вернуться тем же путём, каким они покинули острог. Либо пройти мимо подкопа и подобраться к северной стене поверху — в надежде, что часовые увидят их и как-то помогут попасть внутрь.

Поначалу Феликс склонялся ко второму варианту — чтобы не выдать Стылым расположение подземного хода. Однако преодолев около половины пути, весь отряд дружно решил сменить план. Для этого даже не пришлось останавливаться и советоваться — всё получилось как-то само собой. Идти к стенам было дольше, и к тому же пришлось бы преодолевать полосу препятствий, которую вчера соорудил Кречет. Сил на это уже точно не оставалось.

Отыскать собственные следы не получилось, так что к подкопу они вышли немного с другой стороны, продираясь по глубоким сугробам. Смагин обогнал остальных метров на тридцать и уже стоял возле входа, озираясь и держа наготове карабин.

— Сзади! — вдруг выкрикнул он, вскидывая оружие к плечу.

Феликс оглянулся, но ничего толком не разглядел. Глаза слезились, ресницы так и норовили склеиться на морозе, кровь бешено колотилась в висках и оттого в голове шумело так, будто рядом проходит поезд. Он на ходу рванул лямку карабина, доставая его из-за плеча. Споткнулся на скрытом под слоем снега камне и едва не упал, но Панкратов подхватил его под локоть.

— Быстрее, шеф! Не задерживайтесь!

Орлов всё же снова развернулся всем корпусом, вскинул карабин, водя им из стороны в сторону. Сквозь мутную пелену слёз, наконец, разглядел Стылых.

Как их много! Прут сразу с нескольких сторон — напролом, не обращая внимания на препятствия. Двигаются немного неуклюже, но зато мощи им не занимать — голыми руками отбрасывают мешающие коряги, завалы преодолевают огромными прыжками.

Карабин в руках будто ожил и дёрнулся сам собой — Феликс жахнул от живота, не целясь. Но попал — прямо в голое пузо одному из Стылых, вырвавшихся далеко вперёд. Тот согнулся, будто получил удар под дых, но почти сразу же двинулся дальше, лишь слегка пошатываясь.

— Не тратьте время! — Панкратов снова рванул его за рукав, подталкивая к подкопу. — Мы их задержим!

Их маленький отряд стягивался к одной точке, но недостаточно быстро. Смагин так и оставался на месте, у самого входа под землю. Правда, начал стрелять — нереально быстро и метко, явно применяя свой Дар Скорости.

Рокотов, сбросив с плеч «глушилку» и передав её инженерам, тоже прикрывал отход. Воздух вокруг него дрожал и вибрировал на тонкой неприятной ноте, а с ладоней один за другим начали срываться прозрачные, но вполне различимые глазом снаряды. Они оказались гораздо действеннее пуль — сшибали Стылых с ног, словно пушечные ядра, некоторых и вовсе разрывали пополам удачным попаданием. На левом фланге даже удалось основательно отбросить противника.

Впрочем, радоваться было рано.

— Меня надолго не хватит! — предупредил Рокотов, швыряя очередной заряд.

— Меня тем более! — огрызнулся Панкратов. — Хороший щит ещё не скоро смогу поставить. Так что растягивай силы!

Ланге и Ригер, неуклюже переваливаясь из-за большой разницы в росте, тащили вдвоём увесистую «глушилку», успевая ещё и переругиваться между собой. Феликс догнал их и тоже ухватился за одну из выступающих деталей агрегата. Та заметно погнулась, и Ригер в ужасе вытаращил глаза.

— Да всё, всё, не трогаю! — Феликс, как ошпаренный, отдёрнул руку. — Только дотащите её, я вас умоляю! Давайте, шевелитесь! Вы первые, мы — за вами!

Он оглянулся на телохранителей, оставшихся позади. Те пытались оттянуть внимание Стылых на себя, и у них пока получалось. Но надолго ли? Твари приближались, и на смену каждой отброшенной, кажется, приходило две новых.

Да сколько же их тут⁈

Ригер, наконец, первым нырнул в подземный лаз, Ланге замешкался, проталкивая следом глушилку. Феликс отступал вслед за ними — пятясь и выпуская пулю за пулей. Он почти не промахивался, но это было всё равно, что камешками пытаться отгонять стаю разъярённых псов. Эффективны были только меткие выстрелы в голову — иногда хватало одного, чтобы Стылый повалился замертво.

Эту их пальбу наверняка уже услышали в крепости. Может, вышлют подмогу?

Он сам усмехнулся этой наивной панической мысли. Взгляд у него был достаточно намётан, чтобы прикинуть расклад. Даже если из острога кто-то бросился на помощь прямо сейчас — поверху или через подземный ход — добежать они не успеют. Вся надежда на собственные силы. И, если поднажать — они выстоят. Должны выстоять!

Смагин уже наполовину скрылся под землей, стреляя по Стылым, как из окопа. Рокотов исчерпав свои силы, выхватил пистолеты. У Панкратова, похоже, кончились патроны, и подскочившего к нему Стылого он огрел по башке прикладом.

— Отступайте! — охрипшим голосом выдохнул Феликс. Это и криком было назвать сложно — скорее уж отчаянный стон. — Быстрее! Назад! Назад!

Кровь так бешено стучалась в висках, что казалось, он слышит громкий топот. Тот всё громче, всё ближе, от него, кажется, уже земля содрогается…

— Сзади! Берегись! — вдруг снова заорал Смагин, тут же скрываясь в лазе.

— Ты куда, гад⁈ — заорал ему вслед Панкратов и добавил что-то матерное. Пока он отвлёкся, один из Стылых рванул вперёд и ткнул его копьём в спину. Рокотов успел отбить оружие в сторону, так что удар пришёлся вскользь. Стылый тут же переключился на другую цель, сшиб Рокотова с ног. Они покатились по снегу, сцепившись, как дерущиеся коты.

Слева от Феликса будто что-то взорвалось — снег взметнулся так, что окатил его с ног до головы. От близкого удара ощутимо содрогнулась земля — совсем рядом ухнуло что-то здоровенное.

Индрик!

От близости могучего изменённого зверя дух захватывало. Он был огромный — гораздо крупнее, чем Феликс предполагал, увидев его в прошлый раз издали. Даже матёрый лось по сравнению с этим чудищем смотрелся бы изящной косулей. Но давил он даже не своими размерами, а магической мощью. Воздух вокруг него так и трещал разрядами эдры, шкура светилась, глазищи и вовсе полыхали, как факелы, даже при свете дня.

— Шеф, бегите!

Панкратов, каким-то чудом выскочив перед Феликсом, выставил перед собой руки, ставя щит. Феликс бросился к подземному ходу, ожидая увидеть там Смагина, но тот, похоже, уже окончательно скрылся в туннеле, не дожидаясь остальных. Рокотова накрыли уже трое или четверо Стылых и, судя по жутким звукам, попросту рвали на части.

Всё это он успел осознал буквально за пару биений сердца — время будто замерло, сжалось в тугую пружину, чувства обострились до предела. При этом тело наоборот стало тяжёлым, раздражающе неповоротливым. Ужас мелькнул яркой, обжигающей вспышкой, и сменился волной леденящего холода и ощущением непоправимой трагедии.

Это конец.

Да как так⁈ Ведь оставалось совсем чуть-чуть! Главное — успеть нырнуть под землю, а там, в узком туннеле, перевес в численности уже не имел бы такого значения…

Панкратов, рыча от напряжения, держал щит, но шаманка Стылых верхом на индрике смяла хрупкую защиту, даже не заметив её — лишь гулко хлопнуло что-то, рассыпаясь светящимися брызгами. Сам телохранитель отшатнулся, почти заваливаясь на спину, и выпрямиться так и не смог — его обдало волной чудовищного, невообразимого холода. Феликса тоже зацепило, хоть он и успел основательно отбежать. Открытые участки кожи обожгло — будто кипятком окатило.