Чужие степи - часть двенадцатая (СИ) - Ветров Клим - Страница 26

Главный сделал два шага вперёд и протянул руку:

— Григорий.

Я пожал.

— Василий.

Григорий кивнул и спросил озабочено:

— Не зацепили мы там ваших?

— Вы — нет, — мотнул головой я. — А эти, как ты их назвал, задроты — подранили двоих. Нам бы дальше, к своим добраться…

Григорий помолчал, обдумывая. Потом пожал плечами:

— Так езжайте. Ежели не с задротами, так нам дела нет.

— Только колёсики вы нам того, прострелили, — заметил я.

Он глянул на пикап, на пробитые покрышки, хмыкнул.

— Колёс у нас нет, но можем дать другой транспорт. Отняли у задротов намедни.

— Спасибо. — поблагодарил я, и спросил почему они называют «Максов» задротами?

Он усмехнулся — криво, но почти весело.

— Потому что они задроты, — сказал он и, не углубляясь, обернулся к одному из своих: — Серёга, прикати сюда эту, ну ту хрень что вчера отжали.

Серега, которого Григорий послал за транспортом, ушёл, и Григорий кивнул на наши пикапы.

— Вы там это, готовьтесь пока. Щас тачку вам подгонят, сразу пакуйтесь — и ходу. А то задроты налетят, потом сложнее будет уехать. Они хоть и чахлые все, но сам знаешь, пуля — дура.

Я кивнул и вернулся к машинам. Мужики уже выбрались из кармана, но держались настороже, не убирая оружия. Я коротко пересказал, о чём договорились: транспорт дадут, местные не враги, «Максов» здесь называют задротами. Дядя Саша хмыкнул и принялся вытаскивать из пикапов наши пожитки.

И тут послышался звук, точнее даже гул явно чего-то большого. Он нарастал, и вскоре из-за угла, переваливаясь на ухабах, выполз он.

Трактор «Беларусь». Я узнал его только по огромным задним колёсам с грунтозацепами — всё остальное было переделано до полной неузнаваемости. Кабину обшили листами ржавого железа и увешали кусками колючей проволоки. На месте выхлопной трубы торчало нечто вроде канализационного раструба, из которого валил чёрный дым. Капот украшала приваренная фигура — не то орёл, не то дракон, согнутый из арматуры и расправивший ржавые крылья. По бокам, на манер рыцарских щитов, висели автомобильные двери, разрисованные черепами и молниями. На крыше, прикрученная к каркасу, возвышалась самодельная турель из труб, разумеется без пулемета.

Но самое интересное было сзади. Трактор тащил за собой прицеп — огромный, неуклюжий, похожий на передвижной сарай. Его стены были сколочены из досок, фанеры и кусков жести, а сверху, для прочности, обтянуты металлической сеткой. Вдоль бортов зияли бойницы — узкие прорези, из которых, при нужде, можно было вести огонь. Крыша была покатой, крытой ржавым профнастилом, и покрытой пучками колючей проволоки. Вся эта конструкция напоминала передвижную крепость безумцев, сбежавших из дурдома.

Трактор, чихнув напоследок сизым дымом, остановился. Из кабины высунулся Серега.

— Принимайте аппарат! Заводится с пол-оборота, колёса целы, солярки полбака. Прицеп, правда, гремит — но доедете.

Я обошёл трактор кругом, разглядывая этот шедевр инженерной мысли. Дядя Саша, стоя рядом, только присвистнул.

— Это ж надо так изуродовать машину, — протянул он.

— Главное, что едет, — ответил я. — Грузимся. У нас мало времени.

Загружались быстро. В корме прицепа обнаружилась распашная дверь — белая, с выцветшим красным крестом, судя по всему, от древней скорой помощи. Были такие раньше, «РАФики» назывались. Сейчас она держалась на петлях из толстой проволоки и служила задним бортом сарая на колёсах. Внутри лежал дощатый трап, сбитый из горбыля и укреплённый поперечными брусками. Погрузка на борт этого «судна» прошла штатно: раненых загрузили первыми, потом закинули рюкзаки, оружие, запас воды. Ну и следом залезли все остальные.

Дядя Саша, разумеется, сел за руль. Я же занял место за турелью, забравшись на крышу трактора, пристроился за самодельной конструкцией так, чтобы меня заметили издалека и не взорвали это странное средство передвижения раньше времени.

Григорий подошёл, когда трактор уже затарахтел, махнул рукой.

— Бывайте! — крикнул он, перекрывая шум мотора.

Я кивнул, и он ушёл обратно к своим, растворился в проёме между домами.

Трактор тронулся. Мы выползли из проулка, перевалились через бордюр и покатили по разбитой дороге. Я оглянулся на наши пикапы — они так и стояли на спущенных колёсах. И тут заметил что тела «металлиста» в кузове не было. Подумал о том куда он мог подеваться, но решил что наши сбросили, пока я общался с Григорием. Чтоб не маячил.

Ехали не быстро. И в стоке не особо скоростной, в данной комплектации быстроходностью «Беларус» вообще не отличался. Он тарахтел, чихал, выбрасывал клубы сизого дыма и переваливался на ухабах, как старая баржа на волне. Прицеп скрипел всеми досками, бойницы хлопали ставнями, а дверь от «РАФика» ритмично стучала о косяк. Ощущения были — будто плывёшь на Ноевом ковчеге, только вместо зверей в трюме — вооружённые мужики. Но всё-таки он ехал, что в нашем случае было главным.

Примерно через полчаса впереди показался завод. Я высунулся наружу насколько можно, придерживаясь за трубы турели, и так и простоял всю дорогу до ворот.

А там уже собралась толпа. Даже немцы откуда-то повылазили. Все стояли и смотрели, как к ним приближается это чудо техники — дымящее, гремящее, с драконом из арматуры на капоте и мною на крыше.

В комитете по встрече, как всегда, оказался Олег. Он стоял у ворот, скрестив руки на груди, и смотрел на приближающийся трактор с таким выражением лица, будто пытался понять, шутка это или мы действительно на этом приехали. Рядом с ним — несколько станичников, в основном конвоиры. Все, как один, уставились на дымящегося монстра.

Трактор, чихнув напоследок, заглох. Я спрыгнул с крыши, ойкнув от неудачного приземления.

— Ну, Васёк, — протянул Олег, обходя трактор по кругу, — ты что-то совсем заигрался. Это что такое? Нахрена ты это припёр?

— Не до жиру, быть бы живу, — ответил я, вытирая пот со лба. — А вообще, принимай аппарат, махнул не глядя!

Олег хмыкнул, потом улыбнулся, за ним заулыбались станичники. Напряжение, скопившееся за день, как-то разом спало.

Из прицепа тем временем выгружались остальные. Раненых сразу подхватили и унесли на носилках, остальные выходили, обступая трактор со всех сторон. Олег ещё раз обошёл трактор кругом, постучал костяшками по ржавому листу, заменявшему дверь кабины, заглянул в прицеп.

— Знаешь, — сказал он задумчиво, — мне кажется что никакого практического применения этому «апгрейду» нет. Словно для картинки старались. Дракон этот, двери с черепами, колючка по периметру… Это ж не броня, это декорация.

Дядя Саша, который к тому времени выбрался из кабины, подошёл к нам. Потерев бороду, он оглядел трактор и кивнул своим мыслям.

— А если всё это говно снять — получится нормальный аппарат. Колёса целы, движок работает, прицеп — вообще вещь полезная. Загрузить его под завязку, и в станицу отправить.

Олег посмотрел на дядю Сашу, потом пожал плечами.

— Ладно. Разберём. А вы пока отдыхайте. Вид у вас, прямо скажем, под стать аппарату, потрёпанный.

Отдохнуть удалось всего часа четыре, потом меня разбудили выстрелы.

Я привык просыпаться от таких звуков мгновенно — тело сработало раньше, чем мозг. Резко сел на койке, ещё толком не проморгавшись, и уже через секунду выскочил из кандейки, на ходу подхватив автомат.

Но выстрелы уже стихли. Вместо них донеслись мат и глухие удары. Пробежав вдоль стены, и завернул за угол, я увидел как метрах в десяти от входа в бытовку двое станичников бьют ногами лежащего на земле человека.

— Стоять! — рявкнул я, подскакивая и отталкивая ближайшего.

Тот, раскрасневшийся от злости и натуги, попятился, тяжело дыша. Второй тоже остановился, но было видно, что он едва сдерживается.

— Что происходит?

— Эта тварь, — выдохнул первый, тыча пальцем в скорченного немца, — пистолет где-то раздобыл и подстрелил двоих наших.