Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ) - Сорокин Александр Сергеевич - Страница 18

Дозорный, не издав ни звука, осел, его нога подломилась. Он грузно, с глухим стуком, рухнул на одно колено прямо передо мной. Занесённая для удара лопата с размаху вонзилась в песок в сантиметре от моего сапога. Я почувствовал, как песчинки брызнули на лицо, а от монструозного тела пахнуло сухим, раскалённым жаром, как из печи.

— Шевелись! — Ларк врезал мне ладонью, и я, спотыкаясь, перелетел через осевшую тушу.

Проскочил! Следом за мной, отчаянно дыша, пробежал Гард. Торрин был последним, подхватив на бегу своего рейдера, юркнувшего между ног уже другого чудовища, протянувшего лапу.

Мы вывалились наружу, спотыкаясь о корни и хрустя хвоей, и я обернулся, не переставая бежать.

Дозорные остановились у границы биома, выстроившись в линию, но ни один не сделал шаг вперёд, словно невидимая стена удерживала их внутри.

Мы пробежали ещё с полсотни метров, и только тогда Ларк скомандовал остановиться. Я рухнул на колени, судорожно глотая воздух. Тело трясло от перегрузки и остаточного страха. Зайцелоп в сумке жалобно запищал, почувствовав мою дрожь.

Дядя оглянулся на застывших у границы тварей, плюнул и грязно выругался.

— Какого чёрта происходит⁈ Откуда их так много? Почему они не выходят? И откуда они вообще взялись на первом слое⁈ Это… ненормально! Нужно уносить ноги, пока целы. Быстро! Вперёд!

Остаток пути стал для меня настоящей пыткой. Отряд шёл в быстром темпе, и мое тело, явно не привыкшее ни к каким физическим нагрузкам, работало на пределе. Легкие горели, в висках стучало, мышцы ног гудели, но хуже всего была предательская реакция на любую потенциальную угрозу.

Стоило в кустах мелькнуть тени, похожей на зверя, как по спине пробегал ледяной пот, а ноги на мгновение цепенели. Я спотыкался, терял ритм и отставал, а Гард и Торрин бросали на меня косые взгляды, полные презрения. Только Ларк иногда оборачивался, и в его взгляде читалось не раздражение, а что-то вроде усталой озабоченности.

«С этим срочно нужно что-то делать, — лихорадочно думал я, пытаясь переставить онемевшие ноги. — Эта реакция убьёт меня раньше, чем любой зверь. Но как её убрать? Это же не психосоматика, это… вшито в тело. Возможно, система знает ответ? Или… нужно проложить непонятные магические каналы? Вдруг это как-то связано?»

Мысли путались, сливаясь с болью и усталостью. Я уже почти не видел, куда иду, просто механически следовал за широкой спиной Гарда, и вдруг упёрся в неё лицом.

С трудом подняв голову, вытирая пот со лба, я осознал, что отряд остановился. Мы вернулись на поляну, куда нас опустила клетка, только теперь пространство вокруг было… пустым.

Вокруг только круг утоптанной земли, окружённый стеной леса, и высоко-высоко над головой — крошечный просвет в каменном своде, откуда мы спустились.

Паника, помноженная на адскую усталость и эмоциональный шок, накрыла с новой силой. Сердце заколотилось в груди так, будто хотело вырваться. Воздуха не хватало. Мы застряли в лесу на ночь.

Зайцелоп, почувствовав мой ужас, высунул мордочку из приоткрытой сумки и жалобно пискнул. Затем потянулся, ткнулся мне в руку тёплым, влажным носом, и принялся тереться щекой о пальцы. Это было простое, искреннее утешение, и оно подействовало.

Я глубоко вдохнул, потом ещё раз. Дрожь понемногу стала отступать. Взглянув на остальных, заметил, что они спокойны. Затем увидел, как Ларк достал из внутреннего кармана куртки небольшой предмет, похожий на свисток, поднёс к губам и дунул.

Однако я не услышал ничего — ни звука, ни свиста, ни гула.

Уставился на него, недоумевая. Что это было? Какой-то сигнал? Но ничего не произошло!

На удивление, остальные члены отряда продолжали вести себя спокойно. Гард сел на землю, доставая флягу, Торрин проверял тетиву на луке. Их звери тоже не проявляли беспокойства.

Прошло несколько томительных минут. Я уже начал подумывать, что свисток сломан, или сигнал не дошёл, или мы и правда обречены, как вдруг наверху что-то блеснуло.

Я поднял голову и увидел, как с высоты стремительно спускалась знакомая железная клетка! Она летела вниз и через пару минут с глухим стуком опустилась точно в центр поляны.

Мы почти ввалились внутрь. Гард, не заходя, щёлкнул языком. Ястреб на мгновение материализовался в воздухе, схватил чёрное перо, что висело здесь как метка, и растворился. Сразу после этого Гард шагнул в клетку вслед за нами.

Ларк снова поднёс свисток к губам и дунул. На этот раз я почувствовал лёгкую, едва уловимую вибрацию в воздухе. Сразу после этого массивная решётка захлопнулась с оглушительным лязгом, и клетка плавно пошла вверх.

Поход в Лес был окончен.

Я рухнул на холодный железный пол, прислонившись спиной к прутьям, и закрыл глаза. Дышал тяжело, прерывисто. Казалось, каждую мышцу в теле кто-то вывернул наизнанку и хорошенько отбил молотком. Поход оказался опаснее, чем мог себе представить.

Достав из сумки глиняную флягу, с дрожью в руках отпил несколько глотков. Второй рукой на автомате стал гладить зайцелопа, который вылез из сумки, устроился на коленях и смотрел на меня огромными янтарными глазами. Его тёплая шёрстка и спокойное, доверчивое присутствие понемногу снимали остатки напряжения.

Рядом с шумом опустился дядя.

— Ну что, племяш, — хрипло начал он, не глядя на меня. — Со зверем что планируешь делать?

Хороший вопрос. А что, собственно, я с ним буду делать? Перевёл взгляд на зайцелопа и он, словно почувствовав внимание, поднял голову и уставился на меня. Его глаза смотрели с такой безграничной преданностью и любовью, что у меня в груди что-то ёкнуло — так могли смотреть только звери, ведь они не знали предательства, лицемерия или корысти. Они любили тебя просто за то, что ты есть, а зайцелоп будто понимал, что я спас ему жизнь и доверял мне полностью, без остатка.

На моём лице сама собой расплылась нежная, усталая улыбка.

— Оставлю себе, — тихо сказал я.

Гард, стоявший у противоположной стенки клетки, хмыкнул.

— Присматривай за ним, а я… Как-нибудь навещу тебя. И если с ним что случится… — он не договорил, но смысл был ясен как день. Однако в его голосе не было прежней ярости, скорее холодное предостережение.

Я лишь кивнул и даже не обиделся. В этом теле теперь жил я, а «убийца зверей» давно покинул этот мир. Мне предстояло доказать это не словами, а делами.

После паузы решил спросить то, что давно не давало мне покоя:

— Дядя, а почему на территории Леса не создали постоянного убежища? Какую-нибудь базу или форпост? С ними бы стало намного безопаснее — по крайней мере, у людей могло появиться место, где можно в безопасности переночевать, найти укрытие или получить помощь в случае опасности…

Ларк повернул ко мне голову и криво ухмыльнулся.

— Думаешь, не пробовали? — он покачал головой. — Пробовали, племяш, причем много раз. Богатые гильдии, сам губернатор, именитые академии Мастеров Зверей — все кидали силы и деньги, строили укрепления, выставляли сильную охрану, устанавливали магические барьеры, но результат у всех был одинаков. Догадываешься какой?

Он помолчал, уставившись в потолок клетки, будто видя в нем отголоски прошлого.

— Лес… бросал на эти точки всё, что мог: стаи зверей, биомы-убийцы, магические аномалии… Каждая попытка закрепиться заканчивалась кровью. Иногда смельчаки успевали эвакуироваться, но чаще нет. Последний форпост — «Гнездо Феникса», пытались возвести лет пять назад. Туда отправили двадцать Мастеров Зверей В-класса с их зверями. — Ларк щёлкнул пальцами. — И их стёрли за одну ночь. С тех пор никто больше не пытался.

От его рассказа по коже пробежали мурашки. Лес — не просто опасная территория, казалось, будто он был чем-то живым, разумным, и явно недружелюбным.

Вскоре свет сверху стал ярче, послышался скрежет механизмов, и клетка мягко остановилась. Мы вышли в круглый зал миниатюрной крепости и преодолели коридор. Лязгнули массивные засовы, ворота крепости медленно распахнулись, выпуская нас обратно в уже вечерний, пахнущий дымом и пищей городской воздух.