Обмен - Егоров Александр Альбертович - Страница 19

– Прости. Пойдем тогда домой, с Юрой созвонишься из дома.

– Веди тогда, я не знаю куда нам.

– Тут недалеко.

Настя быстрым шагом пошла в противоположную сторону от метро.

– Я хотела кое-что прояснить, чтобы ты впредь, не шутил про мою ветреность.

– Это не требуется, я не перестану.

– Но все же. У меня было всего три партнера, не считая того, с кем я изменила Леве.

– Ты ведь понимаешь, что мне плевать на самом деле? По мне, хоть ты девственница, хоть весь город в тебе побывал – параллельно.

– Это для справки, делай с этой информацией что хочешь.

– О’кей.

– Орфей, ты ведь не мудак, но почему пытаешься им быть?

– Я не знаю кто я. Так будет четче.

– Как такое возможно?

– Так, что во мне все люди давно перемешались в мантикору или химеру, если угодно. Я не помню какой я был до начала обменов. И не уверен, что вернусь к тому состоянию.

– Тебя это сломало? Так получается?

– В каком-то смысле.

– Ты сможешь вернуться, просто стань собой, ты ведь иногда показываешь мне человека, действительно приятного и доброго. Я надеюсь, что это ты настоящий, а не кто-то из пережитых.

– Ты о чем?

– Подумай, дам тебе время.

– Так, давай без цитирований и головоломок, терпеть их не могу.

– Ты сходил в универ за меня, посочувствовал мне, когда меня ударила смерть Ули, довел меня до дома и уложил спать, тогда, в воскресенье.

– Так сделал бы кто угодно, не выдумывай.

– Ох Фейчик, какой же ты простой. Поверь мне, из всех моих знакомых и друзей, на такое способна только Танька и еще пара человек.

– Не думала сменить круг общения?

– Я в процессе, была, до твоего появления в моей жизни.

– А, так вот что тебя подвигло на изменение себя.

– То, что я, имея сто друзей не имею рядом людей, именно это. Опять же, кроме Таньки. Вот если выживу и разбогатею, памятник ей поставлю.

– Ты на самом деле представлялась мне другим человеком, когда я только поменялся с тобой.

– И кем я представлялась?

– Тупой и пустой девкой, не девушкой, а именно девкой.

– Обидеться или нет?

– Мне по барабану. Я тебе правду говорю. Ты оказалась менее полой, это еще одна причина, почему я не хочу твоей смерти.

– А ты не хочешь?

– Я говорил почему. Ты – юбилейная.

– А как же та речь про клиента, и все вот это.

– Ты все еще клиент.

– Жаль, думала ты меня за человека считать начал.

– После твоей стены в соцсетях, тебя сложно человеком даже с натяжкой назвать. Особенно после астрологии, гаданий на жопе лягушки и так далее.

Настя громко засмеялась.

– Ой, Орфей, какой же ты дурачок, я прямо не могу. Ты на даты смотрел?

– Не-а.

– Весь тот мусор, там уже лет восемь, я просто прошла уже все те времена с цитатками и карманной психологией. Я уже давно другой человек и очень рада этому. Некоторые до сих пор этой херней занимаются, а им уже по двадцать пять лет и дети на руках. Вот там полость, пустота и холодная, липкая тьма. Я еще не потеряна настолько.

– Окей, а то, что ты жопу выкладываешь?

– Ты сам признал, что она хорошая, почему бы ей не пощеголять?

– Просто для меня всегда профили, типа твоего, выглядят, как бы помягче? Шлюшьими?

– Не уверена, что есть такое слово, но я не для продажи тела это делаю, а просто потому, что мне нравится. Как разонравится, удалю все к чертовой матери. А пока, пусть будет.

– Пока ты жива имеешь в виду?

– Блин, ну, да, выходит, что так. У вас сифонов такая традиция, напоминать людям о смерти?

– В смысле?

– Ленка тогда мне сказала, что уже готова к блинам на похоронах. Не так, конечно, сказала, но смысл такой.

– Была бы моя воля, я оставил бы тебя живой. Ты полезнее для общества, чем мой сосед, например. Он синий 24/7, без работы, ни жены, ни детей. Нихуя, с позволения сказать.

– Он евнух?

– Ха-ха, нет, он просто мусор.

Настя и Орфей дошли до её дома в момент, когда из подъезда вышла Таня и подошла к парочке.

– Привет, а можно тебя на минутку, Настён? – сказала Таня, увидев Орфея.

Таня за локоток отвела Орфея в сторону. – Че это за тип? – с подозрением спросила Таня.

– Знакомый.

– А откуда он меня знает?

Орфей вспомнил, как поздоровался с Таней на автомате в воскресенье.

– Э-эм, я ему просто рассказывала, что у меня есть любимая подружка и он видел твои фотки.

– Какие еще фотки?

– Разные.

– Не те из бани надеюсь?

– Нет, что ты.

– А он один? Ну у вас что-то есть или друзья, как друзья?

– Друзья.

– Мхм-м, пнятненько, тогда потом познакомь, я заинтересована, – Таня подмигнула.

– Тут есть проблема, он это, не очень-то по женщинам двигается, ну, ты поняла.

– Что ж за фигня, че все миловидные парни – сразу пидорасы-то?

– А что, он милый по-твоему?

– Настя, глаза разуй. Хотя, не разувайся, толку нет, в прихожей насрано. Ладно я побежала, ты едешь завтра?

Орфей вопросительно посмотрел на Таню.

– Ну к Лису на дачу, бухать.

– Не знаю пока, возможно.

– Поехали, там точно весело будет! Я побежала, а то мама убьет.

Таня чмокнула воздух возле левой щеки Орфея и побежала, как кенийский спринтер в сторону метро. Орфей вернулся к докуривающей Насте.

– Что случилось?

– Последствия воскресенья.

– Какие еще последствия?

– Я поздоровался с ней, когда из дома выходил, в своем теле.

– Орфей, ты часто прокалываешься, – улыбаясь подметила Настя.

– Пошли уже, жрать хочу.

Орфей и Настя пошли в дом и поднялись в квартиру.

– У тебя есть хоть еда или опять пустота в холодильнике?

– Да, я вчера немного наготовила, нам хватит.

Орфей разулся и прошел на кухню. Первым делом, он открыл холодильник и спросил.

– А где?

– Белая кастрюля – солянка, красная – ризотто.

– Не лень тебе было?

– Не-а, мне страшно из дома выходить было.

– Страшно? – удивленно спросил Орфей, вытаскивая кастрюлю из холодильника.

– А вдруг, что случится? Я все еще не хочу умирать.

– Тебе накладывать или сама?

– Наложи, если не сложно.

Орфей наложил две порции ризотто и убрал кастрюлю. Разогрев еду, он сел за стол к Насте и подвинул одну из тарелок к ней.

После запоздалого завтрака, Настя сходила в комнату и вернулась в кухню.

– Так, теперь, вернемся к нашим баранам, – сказал Орфей, достав Настин телефон.

– Да, время идет.

Орфей набрал Юру. Он взял трубку прямо перед тем, как Орфей собрался сбрасывать.

– Кто это?

– Привет, это я, Настя.

– Ну привет, что хотела?

– Мы можем встретиться и поговорить?

– Завтра если только, я не в Москве. Утром приеду. Ты к Лису поедешь завтра?

– Не знаю пока.

– Я там буду, он меня заберет завтра и сразу туда.

– Хорошо.

– До завтра, если надумаешь.

Орфей положил трубку.

– Ну что, пошли?

– Нет, он не в городе.

– Твою же мать.

– Он завтра будет на пьянке, там его и поймаю я или ты, в зависимости от того, кто где будет.

– То есть, все-таки придется ехать, блин. Я не планировала.

– Тебе полезно проветриться.

– Может быть ты прав.

– Так, ну что, вали домой.

– Я вообще хотела задать тебе очередной вопрос. Правда ты скорее всего не станешь отвечать на него или солжешь, это твое право.

– Зависит от вопроса.

– Та, в кого ты влюблялся, она была сменой, как я?

Орфей тяжело выдохнул: – Да.

– Прости, если лезу куда не следует, опять.

– Да нет, все в порядке.

– Ты поэтому отталкиваешь меня?

– И да, и нет. Это сложно.

– Извини, я пойду, не буду тормошить.

Настя встала из-за стола.

– Да сиди ты, ничего страшного не произошло.

– Уверен? Ты только что хотел, чтобы я ушла.

– Хоть кому-то нужно знать про неё. Может мне станет чуть легче.

Настя села на место: – Давно это было?

– Два года назад, тоже летом.