Обмен - Егоров Александр Альбертович - Страница 10

Орфей снова проснулся в теле Насти. Причиной этому послужил грохот на кухне. Он списал все на Настину мать, повернулся на другой бок, закрыл ухо подушкой и попробовал уснуть. Грохот не прекращался на протяжении ещё нескольких минут, он решил сходить на разведку. Взяв зонт, стоявший возле стола, он резко вышел из комнаты. Дойдя до кухни, он увидел себя.

– Какого хера ты здесь делаешь!? – возмущённо спросил Орфей, у Насти, которая рылась на верхних полках кухонных шкафчиков, стоя на стуле.

– Ой, привет, я разбудила тебя, да? Прости пожалуйста.

– Повторюсь, что ты тут забыла?

– У меня где-то было какао, вот, ищу. Или ты про то, что я делаю в собственной квартире?

– А ты угадай! – съехидничал Орфей.

– Мы же договорились, что я теперь хожу с тобой.

– Я тебе русским языком сказал, что против этого.

– Ты сказал подумаешь. Время у тебя было.

– Ответ все еще отрицательный.

– Я предлагаю компромисс. – сказала Настя и спрыгнула со стула.

– Да иди ты в задницу со своими компромиссами.

– Смотри, я хожу с тобой три смены, а потом, отстаю, если все будет нормально. Потом даже слова в твою сторону не скажу, если не попросишь, клянусь.

– Смотри. Ты сейчас берешь, вызываешь такси до моей квартиры, берешь мое бледное тельце и везешь его туда, и мы больше никогда не видимся в живую.

– Орфей!

– Не пререкайся! На меня это не действует, как и жалость. Проваливай!

– Нет!

Орфей закатил глаза, развернулся и ушел в туалет. Закрыв за собой дверь на защелку, Орфей уселся на унитаз. Настя постучала в дверь.

– Ты еще здесь? – возмутился Орфей.

– Я сказала тебе, что не уйду. Хватит козлиться! От трех дней не помрешь.

– Тогда, я просижу здесь весь день. Останется еще два.

– Господи, тебе пять лет что ли?

– Да.

Настя демонстративно громко выдохнула и пошла обратно на кухню. Орфей просидел в туалете еще десять минут и вернулся на кухню. Насти в ней не было. Орфей решил, что она ушла. Налив кофе, он пошел в её спальню, планировать день, попутно прихватив зонт, оставленный у стены в кухне.

– Вышел наконец! – сказала Настя, как только Орфей открыл дверь в комнату.

Орфей снова закатил глаза. Приставив зонт обратно к столу и поставив кофе на стол, он сел на стул возле стола.

– Слушай, я серьезно не хочу, чтобы ты за мной шлялась. Это не нужно, не рационально и бесполезно.

– Может быть. Но, как и сказала раньше – я не уйду. Точка!

– Хочется запустить в тебя кружкой. Но свое тело жалко.

– Назови цену.

– Какую цену, женщина. Я тебе че, эскортница?

Настя усмехнулась. – Нет, они так не ломаются.

– Тебе ли не знать.

– Так, не поняла, на что намек?

– Подумай.

– Орфей, хорош морочить голову, мне и себе. Пей кофе, одевайся и пошли. Хватит ломать комедию.

– Нет, это мой бунт.

Настя встала и дала сама себе подзатыльник.

– Вот, мамины черты проступают. – усмехнулся Орфей.

Настя разозлилась, но не подала вида. – Собирайся, клоун.

Орфей проигнорировал Настю. Он копался в её телефоне, неспешно попивая кофе.

– Надо было пароль поставить. – сказала Настя.

– Ну да, чтобы у меня не было возможности в случае чего вызвать скоряк или ментов. Отличная идея, подруга.

– Какая я тебе подруга?

– К счастью, временная.

– Я тебя до сих пор не понимаю, то ты мудак, то шелковый, как платочек. Определись уже, биполярник!

– Биполярник? Это типа бисексуал на полюсе?

– Лучше заткнись.

– Не-а.

Он допил кофе и ушел на кухню. Вернулся он через пару минут с яблоком, съеденным наполовину.

– Короче, хрен с тобой. – чавкая сказал Орфей, дожевав он продолжил. – Три дня, так и быть, я потерплю. Но ни днем дольше! Если ты три дня переживешь конечно. – Орфей злобно засмеялся.

– Одевайся уже, мне душно.

– Мне от тебя душно. Потерпишь.

Орфей доел яблоко и взялся за одежду.

– Вот ты свинтус.

– Ты свою комнату до уборки видела вообще, Пеппа?

– Я не очень люблю порядок. Но одежду грязными руками стараюсь не трогать.

– Рад за тебя. – сказал Орфей, поднимая с пола джинсы.

– Можем убить двух зайцев сразу. – сказала Настя.

– Каких?

– Можно доехать до кафе, где я работала, нужно забрать последнюю зарплату. Там неподалеку, живет моя бывшая подруга, она в списке.

– Ладно, вызывай машину тогда.

– Может на метро?

– А может нет?

– Если тебе денег не жалко, то ладно, поехали.

– Не канителься, я пока в туалет схожу.

Настя печально выдохнула и принялась заказывать такси. Орфей вышел из уборной и вернулся в комнату.

Орфей все так же, без особого энтузиазма подвел глаза.

– Ты так меня красил?

– Да, а что?

– Ужас, вот что. Я что, проститутка по-твоему?

– Тебе честно ответить или чтобы не обидеть?

Настя фыркнула и ушла в коридор. Орфей усмехнулся и накрасил губы. Настя сидела на ящике для обуви, в ожидании, пока он всё вальяжничал, растягивая время.

– Может хватит уже? – возмущено спросила Настя. – Машина уже минут пять как приехала. – сказала Настя и вышла из квартиры, оставив дверь открытой.

Орфей смиренно пошел за ней к лифту. Быстро заперев дверь, он втиснулся в закрывающиеся двери лифта. Спустившись вниз, они сели в машину и такси тронулось. Десять минут они молчали, пялясь в разные стороны.

– Почему ты вечно споришь? – спросила Настя, повернув голову к Орфею.

– Почему это вечно?

– Даже сейчас.

– Иногда, потехи ради. Иногда, потому что не согласен.

– Можешь это прекратить?

– Да.

– Что для этого нужно?

– Твое молчание.

– А еще чего хочешь?

– Даже не знаю. Дай подумать. Во, точно, я бы от массажа шеи не отказался, в твоем теле. Ты ее застудила видать.

В машине снова играло радио. Настя копалась в телефоне Орфея, он сам, со скукой смотрел в окно.

– Если на тебя нападут, ты хоть защитить меня сможешь? – шепотом спросила Настя, чтобы не вызывать подозрений у таксиста.

– Уже, правда тебя просто полапать хотели.

– Кто?

– Тип какой-то, в универе твоем. Выше тебя, штаны разноцветные, на вид чуть за тридцать.

– Ты сдурел?

Орфей вопросительно посмотрел на Настю.

– Это препод по философии.

Он усмехнулся. – Реально значит, как батон хлеба.

– Ты бил его?

– Ну да, по яйцам.

Настя взялась за голову.

– Если хочешь, то в следующий раз я ничего делать не буду. Отпальцуют так отпальцуют, правильно?

– Нет, в смысле, блин. Он – препод! Он же меня затрахает.

– Он попытался. Не срослось.

– Почему ты не рассказал мне про это?

– Я как-то упустил момент, когда я начал делиться чем-либо с тобой. Когда это было, напомни?

– А если нападет кто-нибудь, но не полапать, а с ножом там или еще чем?

– Устроим битву на ножах!

– Каких еще ножах?!

Орфей достал из сумочки Насти небольшой искривленный кортик и нажал на кнопку, высвободив лезвие.

– Он очень острый, как оказалось. Я чуть-чуть порезал им твой мизинец, когда первый раз открыл.

– Ты где это взял? – возмущенно спросила Настя.

– У тебя в столе. – сказал Орфей, убирая лезвие ножа ладонью.

Настя приблизилась к нему и сказала.

– Как только ты приедешь домой, ты сразу же уберешь его туда, где взял. Уяснил? – свирепея сказала Настя, подтянув саму себя за грудки.

– Тише, мать, верну я твой ножик.

– Не мой. – Настя отпустила Орфея и с силой вмялась в сиденье.

– Это важная вещь?

– Да. – нехотя сказала Настя.

– Тогда, пиши еще один список.

– Опять ты со своими шутками. Достал уже!

– Я и не шутил. Правда.

– Тебе бы было приятно, если я взяла бы вещь твоей мамы, например?

– Найди хоть одну, и она твоя, я все сжег, зимой, несколько лет назад.

– Зачем?

– Мне не нужны напоминания об этом существе, паразите точнее сказать.