Не в этот раз. Книга III (СИ) - Владимов Максим - Страница 18

Клевать носом я начал ещё за столом, и меня в ультимативном порядке отправили спать. Единственное, что я вытребовал, это звонок доценту — с расчётом поговорить про Мишу Большого, но успехом эта затея не увенчалась: взявшая трубку женщина весьма сухо проинформировала, что более по этому номеру товарища Дворникова искать не следует. Выехал. На вопрос «куда?» ответа не последовало — просто положили трубку, да я и спрашивал-то, конечно, больше по инерции. Ну что ж, значит, придётся на работу звонить, и уже из дома.

На следующий день наш завтрак втроём был прерван телефонным звонком. Чертыхнувшись, дядя Витя вышел в коридор к аппарату, а вернувшись выглядел явно куда более хмурым, чем до того:

— Вызывают… — коротко выговорил он, отвечая на висящий в воздухе вопрос.

Несколько минут мы доедали молча, а потом он вдруг оживился:

— Слушай, Гриша, ты же ведь не торопишься? Чего тебе в автобусе трястись? Давай ты тут подождёшь до обеда? Или немного после. А потом мы с тобой вместе в Кедровый поедем, на машине! Всё равно у меня там завтра совещание. Планировали селектор, но лично поприсутствовать всяко надёжнее.

— А я чего? Я только за! — пожал я плечами. На машине всяко приятнее ехать, чем на автобусе, да ещё и в хорошей компании — когда такой случай выпадет? — Только здесь ждать мне не с руки, у меня ещё дело есть в университете. Но до обеда я всяко успею!

— Давай тебя водитель завезёт, — предложил дядя Витя. — Меня высадите только, и езжайте, куда тебе надо. Тогда точно успеешь.

Но тут уж я отказался: и нехорошо как-то, на обкомовской машине раскатывать — вдруг увидит кто лишний? Да и чего тут идти? Пешком три шага!

— Я ненадолго, вернусь часа через два. Там всё равно никого не будет, скорее всего — выходной же, так, записку оставлю.

Впрочем, особенно уговаривать меня никто и не собирался. Так всё и сладилось ко всеобщему удовлетворению, только тётя Лена слегка покачала головой, а потом глазами показала куда-то в угол. Дядя Витя спохватился:

— Да, я тут забегался в тот раз забыл отдать кассеты с магнитофоном вместе — вот, забирай, — он встал, ненадолго вышел и вернулся с пакетом. Я развернул — 4 кассеты, МКшки. С одной стороны — так себе качество, сколько помню, с другой — они самые распространённые, можно не писать прям на эти, а обменять на уже записанные. Экономия по времени колоссальная! Та-ак… А ведь тогда у меня появляются варианты…

— Спасибо огромное! Очень кстати получается! Заскочу тогда к друзьям ещё, может, записями разживусь.

Взрослые только поулыбались, глядя на меня-молодого.

Когда мы вышли из дома, я почувствовал, как мороз покусывает лицо, и выдохнул всё, что было в лёгких. Получилась густая и длинная струя пара — похолодало с утра. Садясь в машину, дядя Витя спросил:

— Не передумал? Может, доедешь на машине всё-таки? Просто сейчас скинете меня по дороге, да и всё. Чего ты мёрзнуть будешь? Трамваи по воскресному расписанию ходят…

И я сломался. В конце концов, на машине реально быстро, чего там, десять минут, пятнадцать, от силы, а мне толкаться в холодном трамвае… Сел рядом. Ух ты! А в этой Волге новинка появилась — «Алтай». Трубка радиотелефона примостилась между передними сиденьями, но сзади тоже свободно можно было пользоваться.

— Ничего себе, красота какая, — проговорил я, показывая на новинку.

— А ты думал! — подмигнул мне дядя Витя. — Домой поедем — время будет, дам тебе номер, будешь звонить, если что.

— Что и там работает? — удивился я.

— Э, нет, это ты замахнул, — досадливо скривился сосед. — Я не так давно пользуюсь, дальность не замерял ещё, но у нас там точно не дотянется, слишком далеко. Но туда тебе звонить и не надо, мы же вместе поедем, если ты не забыл ещё!

До обкома добрались, понятно, моментом, заезжать водитель не стал, остановился на улице. Вылез сам и открыл дверь шефу, который, выбравшись на тротуар, задержался и что-то коротко сказал. Я уловил только одно слово: «подожди». Но не обратил внимания. Когда водитель вернулся в машину, я попросил его маршрут слегка изменить. Или не слегка — я решил отправиться на Большакова, в общаги. Там у меня с контактами куда лучше, а шансов отловить Дворникова в универе всё равно мало.

С крыльца общежития я оглянулся — обкомовской Волги уже не было. Уехала. Ну и ладно, значит, послышалось. Я рассчитывал, конечно, на тот же самый вариант, что и неделю назад — попросить кого-нибудь позвать Мишу, просто хотя бы ждать на этот раз внутри, а не на морозе, но, видать, примелькался: стоило мне поздороваться с вахтёром, как тот, вполне доброжелательно кивнув, спросил:

— Туда же? В триста третью? — И стоило мне подтвердить, разрешающе махнул рукой: — Проходи. У себя.

Вот и славно. Только это вот «у себя» меня несколько насторожило: а ну как Миша там после загула какого, спит? Время так-то раннее по студенческим воскресным меркам, как бы не разбудить… Будить, однако, не потребовалось, все уже встали. Дверь в комнату была открыта, а внутри пыль стояла столбом: парни решили устроить уборку. И убирать было чего! Неслабо они тут вчера погудели, неслабо… Сразу заходить я не стал, постоял в коридоре, послушал… Ясно, что удовольствия процесс не доставлял примерно никому, и обозлённые студенты в выражениях не стеснялись совершенно. Узнал много нового!

Пока Миша не пошёл выносить мусор. Тут уж скрывать своё присутствие у меня бы не получилось, и, чтоб внести какой-то трудовой вклад, я предложил:

— Давай я схожу выкину.

Миша, как будто так и надо, взял у меня свёрток с кассетами, вручил мне два оцинкованных ведра и проинструктировал, как маленького:

— Вёдра только обратно принеси, не выбрасывай.

Саркастически хмыкнув, я развернулся и двинул вниз. Тут у них культура производства как-никак, областной центр: мусор хоть ночью выкинуть можно! Проходя мимо вахтёра, я подбородком указал на свою ношу и пояснил:

— Уборку устроили.

— И сразу малого припахали, — хмыкнул в ответ тот.

Я заверил его в исключительной добровольности своего участия и выскочил на улицу. И лицом к лицу столкнулся с Дворниковым!

— Вот это номер! — выдохнул я в полном обалдении от неожиданности.

— Здравствуй, Гриша. Очень интересно, что ты тут делаешь? Неужели я что-то пропустил, ты успел закончить школу, и теперь учишься в Университете? И… почему в таком виде?

— Я в гостях. Парням помогаю с уборкой. В школу мне только завтра, так что, вполне успеваю. — Дворников покивал удовлетворённо, и я не выдержал: — А вы какими судьбами тут оказались?

Ответил он не сразу. Показалось, что даже хотел сначала сказать какую-то резкость, но удержался, вздохнул и как будто поделился:

— Я тут теперь живу.

— Ого! А Лидочка? — вылетело у меня помимо воли. Вот же чёрт — спалился, что в курсе его семейной ситуации!

— И с Лидочкой примерно так же, — криво улыбнувшись, ответил доцент. — Вот так оно бывает в жизни, Гриша, подрастёшь — поймёшь.

Я, понятно, разом проглотил все свои слова про вечерний звонок, про подрастание и понимание. Да и Миша Большой со своими прожектами будет не к месту сейчас. Хотя… а почему, собственно? Чего, кроме работы, сейчас у человека осталось?

И я всё изложил, сбивчиво, но, как мне казалось, достаточно убедительно. Убедить вышло не особо, несколько раз доцент хмыкал вполне себе скептически, но когда я закончил, спросил, кивком указав на вёдра, которые я к тому моменту поставил на пол.

— Если я правильно понимаю, это всё арии из одной оперы?

— Вёдра? Из его комнаты, да. Но про это дело мы с ним сейчас не разговаривали, то он давно меня попросил словечко замолвить, просто случая не было.

— Да я не к тому… — Дворников потёр переносицу над очками. — В смысле, ты сейчас к ним в комнату пойдёшь? Давай тогда я с тобой пробегусь. Перекинусь с ним парой слов.

— Возьмёте? — пыхнул радостью я.

— Посмотрим, — пожал плечами доцент и махнул рукой. — Мусорка там. Я тебя здесь подожду.