Чужая истинная, или Хозяйка магической мельницы (СИ) - Рэйн Мона - Страница 1

— Ну, разве можно так меня злить, глупенькая? Смотри, что ты наделала.

Голос Дэйрона звучал ласково, а сам он стоял на коленях и между упрёками нежно дул на багровую полосу, вспухшую на моей руке. Я закусила губу, стараясь не издавать ни звука, чтобы не злить его ещё больше, хотя знала, что в эту игру невозможно выиграть. Если он захочет, то найдёт причину ударить меня снова.

— Сколько можно повторять, Алиша? Ты — моя истинная, моя невеста, и я дам тебе всё необходимое, надо просто попросить.

«Айлин», — мысленно поправила я его. За то время, что я провела в его доме, впору было совсем позабыть о своём настоящем имени. Я старалась напоминать себе почаще.

На этот раз я действительно провинилась. Не просто надела не то платье или улыбнулась кому-то на светском приёме. Я попыталась продать одно из подаренных им украшений служанке. Теперь мою правую руку украшало не только обручальное кольцо, но и след от удара хлыстом.

Дэйрон поднялся с колен, удовлетворённо глядя на меня сверху вниз. Светлые волосы спадают на плечи, глаза глубокого стального цвета безжалостно пронзают, будто видят насквозь. Подумать только, что ещё два месяца назад я была влюблена в него без памяти. Теперь я ясно вижу, как сквозь благородные черты лица проглядывает чудовище. А тогда умирала от волнения, когда один из новых жертвователей нашего пансиона вдруг стал всё чаще наведываться к нам, каждый раз выделяя меня из стайки подруг ласковым словом или незначительным подарком.

Наверное, связь истинной пары затуманила мне разум. Я не чувствую её, но Дэйрон говорит, что это из-за того, что я человек, а не дракон. Людям иногда нужно время. Я очень, очень старалась ощутить её. Но со временем поняла, что чувствую только страх.

— Ты должна понимать, Алиша, что каждый раз, как тебе больно, я чувствую то же самое. Ведь ты моя истинная. Неужели тебе так нравится причинять мне боль?

Дэйрон подобрал с пола короткий хлыст, и я постаралась не сжаться в комочек. Главное, его не злить. Ведь сегодня такой подходящий вечер для того, о чём страшно даже подумать в его присутствии.

Необходимость преподать мне урок заставила дракона отложить планы, но сейчас он вспомнил о них — со стуком положил хлыст на стол, надел пиджак и одним лёгким движением высвободил из-под него волосы, превращаясь в безупречного светского красавца.

Я постаралась сосредоточиться на горящей огнём руке, чтобы не выдать своё волнение. Перед разговором со мной Дэйрон отпустил слуг, чтобы те не слышали, что именно происходит в его кабинете. А значит, я останусь одна во всём доме.

Дракон приблизился и с улыбкой оглядел мою покорную фигуру. Я задержала дыхание, стараясь не вдыхать опротивевший мне ледяной запах мяты, исходящий от него. Раньше моменты примирения вселяли надежду, что Дэйрон исправится, что он больше так не будет, что это был последний раз. Но однажды я поняла, что теперь так будет всегда.

Аристократически красивые, длинные холодные пальцы скользнули на мои запястья, туда, где до сих пор синели синяки от его прошлых уроков. Дэйрон довольно хмыкнул, рассматривая их.

— Бедная Алиша. Иногда я забываю, насколько дракон сильнее человека. — Он легонько сжал мои запястья, будто хотел, чтобы боль напомнила мне о покорности. — Ступай к себе. Буду поздно.

Я кивнула, бесшумно покидая комнату. Зашла в свою спальню, тихо прикрыла дверь и села на краешек кровати, сложив руки, как безвольная кукла. Даже когда внизу хлопнула дверь, и за окном послышался звук отъезжающего экипажа, я продолжала сидеть в тишине без движения минута за минутой.

И только когда стук сердца в ушах стал оглушительно громким, я вскочила и дрожащими руками принялась собирать вещи.

Это не заняло много времени. Я столько раз прокручивала этот момент в своей голове, что точно знала, что мне понадобится, и где это лежит. Расчёска, бельё, плащ с капюшоном, чтобы спрятать приметные рыжие волосы. Рабочее платье одной из наших служанок — без фартука вполне сойдёт за дорожное.

Роскошные наряды и драгоценности, которыми меня забрасывал жених, я не брала. Гадко было даже подумать о том, чтобы взять с собой что-то, что будет связывать меня с Дэйроном Тарком.

Я не знала, сколько у меня было времени. Может быть, всего два-три часа. В такие вечера Дэйрон возвращался злой, и его могло вывести из себя что угодно. Если повезёт, его не будет до утра. Такое случалось время от времени. В первый раз я попыталась потребовать объяснений, и узнала, что хлыст всегда при нём вовсе не потому, что он любит верховую езду.

— Если бы твои опекуны не потеряли документы, мы уже были бы женаты. И мне не приходилось бы искать утех на стороне, — шипел он.

А я была благодарна своей наставнице Фианне Эйгард, бравшей под опеку всех сирот, поступавших в её пансион. Думаю, что мои документы пропали неспроста. Дэйрон не нравился ей из-за того, что уговаривал меня бросить учёбу и уехать с ним. Фианна была категорически против того, чтобы мы жили в одном доме до брака. Но, когда речь идёт об истинности, драконам не писан ни один закон: ни имперские указы, ни светские правила.

Уже потом я осознала свою ошибку. Да, Дэйрон принципиально покупал для меня закрытые платья и выделил мне отдельную спальню. Он ни разу не поцеловал меня, ожидая свадьбы и оправдываясь тем, что ему будет сложно остановиться, ведь мы истинные. Но теперь мы жили под одной крышей, и моя репутация была безвозвратно уничтожена. А кто станет помогать падшей женщине?

Его знакомые на встречах порой замечали мои синяки, но все делали вид, будто ничего особенного не происходит. Я довольно быстро осознала горькую истину: женщина мгновенно теряет всякие права на саму себя, если ей выпадет несчастье оказаться чьей-то истинной. Никто никогда не встанет между ней и её парой.

И всё же я надеялась сбежать и вернуться под защиту Фианны, пока два дня назад не пришло известие о том, что она скоропостижно скончалась. Больше защищать меня было некому. Всё, что осталось у меня от моей наставницы — адрес в далёкой провинции и небольшая, размером с монетку, плоская печать, которую мне удалось утаить от Дэйрона.

Собрав сумку и накинув плащ, я метнулась в кабинет своего жениха. От своей истинной пары невозможно укрыться, это он уже не раз мне демонстрировал, когда я пыталась «заблудиться» на прогулках. Но оставалась слабая надежда, что эту связь можно приглушить.

Я потянула на себя один из ящичков в его письменном столе и достала небольшой стеклянный пузырёк с фиолетовыми кристаллами. В пансионе нас учили не только, как применять магию в хозяйстве, но и основам целительства. Ганеш считался дорогим средством, служившим, чтобы ослабить магию пациента. Побочным эффектом была апатия. Для здоровых ганеш был развлечением, для больных — скорой помощью при проклятиях. Надеюсь, истинность входит в их число.

Я аккуратно вытряхнула на стол два кристаллика, и те тут же испарились фиолетовым дымком с тяжёлым запахом пряных специй. Я вдохнула его, надеясь, что всё правильно рассчитала, и Дэйрон не найдёт меня спящей в его кабинете спустя несколько часов.

Но фиолетовый дымок не замедлил меня и даже помог, убрав излишнюю нервозность. Дальше я действовала ровно так, как представляла себе много раз. Правда, выручить денег заранее мне так и не удалось, так что я открыла стеклянную витрину, в которой Дэйрон хранил коллекционные старинные монеты, и без зазрения совести взяла оттуда парочку. Снаружи уже темнело. Вряд ли кто-то будет приглядываться, профиль какого именно императора изображён на золотом кругляше.

Уже подбегая к чёрному входу, я остановилась, стащила с пальца кольцо и кинула его в темноту позади себя. Мне не было страшно, что Дэйрон убьёт меня, если настигнет. Страшнее было остаться после этого в живых.