Королевская подмена (СИ) - "Орхидея Страстная" - Страница 14

Каждый потомок королевской семьи Баи, если двадцать лет не покидал территорию страны, мог прийти в святилище и получить от матушки-природы волшебный дар. Эту прописную истину знал любой житель нашей родины. Однако правда была в том, что на самом деле это распространялось не только на родственников королевской семьи.

На своё двадцатилетие я тайком пробралась в святилище. Ночью, как сейчас. Просто спустилась, потому что меня словно что-то тянуло. Что-то невероятно шкодливое. Будто свербело у меня в одном месте. И тогда, в полном одиночестве, в месте, куда я и заходить не должна была, я получила свой дар…

Начать я решила с миндаля. В конце концов у бабушки был на него «заказ», да и вид на него из эркера открывался отличный. Подойдя к дереву, которое чуть ли не чахло, я дотронулась до ствола и закрыла глаза.

Мне не потребовалось призывать силу. Повинуясь моему желанию, словно бурный поток, магия потекла по телу, ускользая в дерево. Самым трудным всегда казалось не переусердствовать, поэтому сейчас я прекратила всё довольно резко и, отойдя на пару шагов, с восхищением осмотрела цветущий миндаль.

При свете дня он должен был произвести неизгладимое впечатление, но сейчас мне требовалось привести в приличный вид и остальной сад. Не до такой степени, но хотя бы заставить всё стать повеселее. Задорно-зелёненьким.

Я словно кружилась по дорожкам, легко и невесомо, позволяя магии разлетаться в разные стороны. Легко, всего лишь до первых листиков, до небольшого травяного ворса. Я не видела в этом ничего такого, зато Пухлик с восторгом следил за мной. Не сводя взгляд, восхищённо укая и чуть ли не хлопая в ладоши.

Застряла я тут, конечно, надолго. Если сперва в каких-то окнах горел свет, и дорогу назад можно было разглядеть без особых усилий. То сейчас не осталось ни одного яркого окна, а камни под ногами полностью сливались с травой. Спасала только луна, когда выходила из-за туч, потому что фонари в этой части дворцовых территорий никто не зажигал.

Закончив всё, я чувствовала себя странно. С одной стороны, я всё же устала даже просто озеленяя — цветы по моему велению распустились только на миндальном дереве. С другой — чувствовала странное умиротворение от сделанного.

Обернувшись в последний раз, я с гордостью осмотрела дело сил своих, твёрдо решила, что забегу сюда как проснусь, и спросила у своего питомца:

— Ну что, пора спать?

— У, — подтвердил Драгонит, заворожено глядя на сад.

Кажется, его зрение позволяло ему разглядеть в темноте намного больше. Я очень надеялась, что и дорогу. Словно нехотя он по моей просьбе развернулся и побрёл в сторону входа в наше крыло дворца. Кутаясь в шаль, я шла за ним, пока навстречу нам не вышла мужская фигура…

— Вальд? — удивилась я, когда смогла узнать мужа в темноте. — Что ты здесь делаешь?

— Я возвращался из архива и случайно увидел тебя в саду, — объяснил он, наступая с ласковой улыбкой. Коварной и соблазнительной. — Чудесная погода, не правда ли? Наконец-то на улице почти по-летнему тепло.

— Да, неплохая, — подтвердила я несмело, неосознанно отступая.

Однако уже в следующее мгновение Вальд шагнул и притянул меня к себе за талию. Уперевшись руками ему в грудь, я вскинула голову. От резких движений и этого уверенного взгляда глаза в глаза сердце стучало как сумасшедшее.

Я вновь велась на эти коварные уловки и теряла голову рядом с этим мужчиной.

— Мы вот с Пухликом вышли прогуляться, — пробормотала я последнее, что могло стать моей защитой.

Не верилось, что Вальд станет домогаться меня при питомце.

— О-о, — меж тем как-то подозрительно ехидно сказал Драгонит, прикрывая рот ладонью при взгляде на нас.

— Доберёшься сам до комнаты? — внезапно спросил у него принц.

И не успела я возразить, как Пухлик проворно кивнул:

— У-у! — а после, опустившись на четыре лапы, побежал во дворец.

Я только и успела, что немного выглянуть из-за плеча Вальда и обиженно уточнить:

— Почему он тебя послушал?!

— Наверное, потому что он очень умный и понимающий? — предположил принц, ласково поглаживая ладонью мою спину. — И из мужской солидарности не собирается мешать мужу, который так долго не мог поймать ночью свою обожаемую жену.

Рука незаметно скользнула на мою шею, а потом очертила лицо по краю. Приподнять мою голову за подборок оказалось совершенно не сложно. Я и не думала сопротивляться, словно очарованная томными интонациями.

Первый этой ночью поцелуй вышел лёгким. Словно дуновение ветерка, как касание лунного света. Но даже от этой незначительной игривой ласки всё во мне затрепетало. Казалось, беспринципная жадная часть меня, которую каждый раз будил этот мужчина, уже на всё согласна. Однако Вальд не спешил заходить далеко.

— Соскучилась по мне? — коварно спросил он, вдруг целуя ямочку у меня на щёчке.

А затем двигаясь губами дальше. Наискось к виску.

— Да, — выдохнула я правду, от которой мне самой становилось горько.

Я безумно скучала, но была вынуждена выстраивать искусственную стену, чтобы не усложнить и без того непростую ситуацию.

— Мне показалось, моя любимая жена избегала меня по ночам, — вдруг укорил Вальд, а в его голосе прорезались стальные нотки.

Словно его оскорбило моё поведение. На секунду мне даже стало страшно, что я сделала только хуже, но уже через мгновение муж подобрался губами к моему ушку… и мне стало совершенно не до опасений. По всему телу побежали восторженные искры наслаждения. Сознание поплыло в вязком сладком тумане, а вместо чёткого вежливого ответа у меня вырвался лишь протяжный нетерпеливый стон.

— Неужели тебе не понравилась наша первая брачная ночь? — спросил принц, и я поняла, что именно его задело.

— Как ты мог такое подумать? — пробормотала я, всем своим видом демонстрируя, что он отличный любовник.

— Ты же пыталась от меня ускользнуть? — намекнул муж и укорил: — Даже сегодня.

— Я просто жаворонок, — пробормотала я, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание. — Рано засыпаю…

— Это значит, что ты не против горячего пробуждения по утрам? — провокационно спросил он и спустился дорожкой из поцелуев к шее.

От представленной картины и от бесстыдных прикосновений меня буквально бросило в жар.

— Ва-альд, — выдохнула я, не зная, что говорить.

Неловко переставив ногу, я вдруг соскользнула с дорожки. Лодыжка чуть согнулась.

— Ох! — вскрикнула я, сбив романтичный момент.

— Дана? — взволнованно спросил муж. — Что такое?

— Нога, — пожаловалась я, и в следующий миг оказалась на руках у мужчины.

Он шёл уверенно вглубь сада, оглядываясь по сторонам. Словно ища что-то, но всё никак не останавливался.

— Куда мы идём? — спросила я слегка взволнованно, крепко обхватив мужа руками за шею.

— Пытаюсь найти хоть какую-нибудь лавочку, — пожаловался Вальд, хмурясь, — но что-то здесь всё заросло… Когда успело только.

Я скромно не стала признаваться, кто в этом виноват. Просто попыталась сменить тему:

— С ногой, наверное, всё в порядке.

— Я лучше сам проверю, — не поддался муж.

Скамейка нашлась под миндалём. Я её во время своей подпольной работы и не заметила. А Вальд сперва не заметил цветы, что усеяли дерево. Просто посадил меня на единственную приличную поверхность, бесцеремонно задрал до колена подол лёгкого платья.

Зато туфельку он снимал очень бережно. Трепетно, чтобы не побеспокоить лодыжку.

— Не больно? — спросил он, нежно прощупываясь через чулок мою ногу.

— Нет, — подтвердила я и попыталась успокоить: — Наверное, я больше испугалась.

Кажется, Вальда не устроил ответ, потому что он вскинул голову, чтобы с укором посмотреть мне в глаза. Чуть сместил их выше, наконец, заметив расцветший миндаль.

— Мне чудится, наверное, — пробормотал он неуверенно, нырнув в нагрудный карман.

Я не поняла, что он сделал с камушком, который там нашёлся, но тёплый неяркий свет разлетелся по округе. Он мало что освещал, но прекрасные нежно-розовые цветы мы теперь могли видеть отчётливо.