Электричка Ханкю (СИ) - Арикава Хиро - Страница 7

— До чего красивая невеста! — восхитилась девочка, провожая глазами фигуру в белом.

— Она не невеста, — поправила Токиэ, чей суховатый тон, возможно, был продиктован презрением к особе, которая сегодня действительно вышла замуж. — Невеста не ехала бы домой одна. Она ведь без жениха, ты обратила внимание?

— А, точно.

Токиэ помнила, что белый — цвет не одного лишь свадебного платья. В исторических драмах женщина, посещающая святилище в час быка, тоже носит белое. А приходит она не просто так, а чтобы наложить проклятие. То есть спектр белого охватывает не только празднование, но и месть, однако внучка пока слишком мала, чтобы ей об этом рассказывать.

— Ты заметил? С ума сойти, да?

— Угу, отпадно выглядит.

— Ты серьезно?

Студенческая пара, заскочившая в вагон, когда женщина в белом выходила на платформу, встала у противоположных дверей и без стеснения обсуждала увиденное.

— На ней платье, похожее на подвенечное, а в руках сувенир со свадьбы. Такие обычно вручают гостям.

— Допустим. И что в этом странного?

— Да-а, у вас, мужчин, познания нулевые, когда речь заходит об официальных мероприятиях. Прийти в белом платье, тем более в таком элегантном, на чужое бракосочетание — это табу. Бьюсь об заклад, что-то тут нечисто.

Девушка попала в точку, но Токиэ не хотелось, чтобы ее внучка слушала этот диалог. И как бы ни мала была Ами, она уже сообразила, что двое пассажиров перемывают косточки той особе в белом. Девочка сидела не шелохнувшись, изображая паиньку, а сама обратилась в слух. Даже если она не уловила смысл этого диалога, вскоре ей наверняка станет ясно, что парочка говорит о красавице в белом.

— Ами… — поймав чуть виноватый взгляд внучки, Токиэ торжественно произнесла: — Я подумываю завести собаку. Что скажешь?

— Ух ты! Правда?! — просияла девочка.

По искоркам в ее глазах Токиэ поняла, что новость затмила и появление странной невесты, которая и не невеста вовсе, и разговор пассажиров: «Другое дело. Мала ты еще для таких историй».

— Пусть это будет золотистый ретривер, бабуля!

— К сожалению, я уже недостаточно сильная, чтобы справиться с большой собакой. Мне нужен кто-то поменьше.

— Вроде тех, которых мы видели сегодня? Как их там… Корги?

— Да, примерно такого размера. Вероятно, сиба-ину тоже подойдет.

— Щеночки сиба-ину славные! — закивала внучка, по-видимому готовая поддержать любой выбор бабушки. — А чихуахуа тебе нравятся? Они как раз некрупные.

— Э-э, по-моему, они слишком некрупные, — отшутилась Токиэ.

— Пожалуйста, купи собачку поскорее! А я буду помогать тебе ее выгуливать!

Полушутя-полусерьезно Токиэ начала перечислять варианты, заодно рассказывая внучке о породах, про которые та прежде не слышала, и эта беседа, кажется, полностью стерла из памяти девочки воспоминание о расплакавшейся горемыке в белом платье.

— Но, бабушка, если ты так любишь собак, почему до сих пор не завела ни одной?

Вопрос застиг Токиэ врасплох. Действительно, почему? Когда она была ребенком, в их доме всегда жили собаки, а вскоре после свадьбы они с мужем поселились отдельно, так что вполне могли обзавестись щеночком…

— И верно! — Хлопнув себя рукой по лбу, Токиэ прыснула. — Понимаешь, дедушка их не очень любил.

— Да ты что?!

Во времена молодости Токиэ браки редко заключались по любви. Вот и в случае Токиэ и ее жениха все прошло как у всех: сваха представила их друг другу, они стали встречаться, их взаимные чувства постепенно крепли.

Однажды он мягко спросил: «Можно мне прийти к вам в гости в следующее воскресенье?» Успев неплохо узнать этого трудолюбивого покладистого парня, Токиэ была согласна связать с ним свою судьбу. Итак, в назначенный день жених нарядился в лучший костюм и пришел к ним домой с букетом цветов для Токиэ и большой бутылкой превосходного саке для ее родителей.

— Добро пожаловать! — радушным хором воскликнули домочадцы, приветствуя жениха у порога.

В суете хозяева не заметили, что кое-кто совершенно не в восторге от их гостя.

Стоя у порога, будущий муж Токиэ широко улыбался и почтительно кланялся, как вдруг выражение его лица изменилось.

— А-а-а!

Все в панике завертели головами и увидели, что домашний пес породы каи-кэн, сидевший на длинной цепи в будке у входа, впился зубами в ягодицу чужака.

Поскольку в гостиной был накрыт стол, жениха под руки провели в соседнюю комнату, где он снял безнадежно испорченный костюм (безусловно, позднее отец Токиэ, переживая за репутацию семьи, выплатил будущему зятю компенсацию). Явившийся по неотложному вызову врач помазал место укуса йодной настойкой и отчитал хозяев за то, что пригласили его по смехотворному поводу, с которым могли преспокойно разобраться сами. При всей справедливости этого упрека, кто из членов семьи стал бы осматривать и дезинфицировать голые ягодицы избранника дочери, пришедшего с предложением руки и сердца? Конечно, в последующие годы совместной жизни Токиэ не раз наносила мази и на места укусов насекомых, полученных мужем, и на его геморрой, однако на тот момент отношения будущих супругов были более чем целомудренными.

Жених кое-как сумел сделать предложение, тем не менее сидеть ему было больно, и он покинул трапезу, почти не притронувшись к еде. Мать Токиэ упаковала часть угощения и уговаривала дорогого гостя взять еду с собой, но тот был непреклонен.

Вплоть до рокового дня бедняга-жених относился к собакам вполне благожелательно. Травма породила необоримый страх перед всеми породами без исключения, особенно перед каи-кэн — охотничьими собаками с мощными челюстями. Стоило мужу завидеть на улице безобидного щенка, он боязливо ойкал и прятался за спину Токиэ.

Разумеется, когда у них появился собственный дом, мысль завести пса даже не приходила им на ум. Овдовев, Токиэ почувствовала, что ей необходим четвероногий питомец, но несколько лет ограничивалась лишь мечтами об этом. Сегодня мечты, похоже, переросли в намерение.

После того как пес укусил возлюбленного Токиэ в день помолвки, он впадал в панику каждый раз, когда на его пути попадалась хотя бы чихуахуа. Сын, повзрослев, подтрунивал над отцом, а тот обижался. Когда они шли куда-то все вместе, Токиэ заранее продумывала маршрут так, чтобы вероятность встретить по дороге собаку сводилась к минимуму.

«Прости меня, родной».

Внезапно Токиэ задалась вопросом: если она заведет собаку, не будет ли душе мужа страшно возвращаться домой на День поминовения усопших и заупокойную службу? «Да нет, с чего вдруг, — ответила она самой себе. — Он ведь ныне призрак, и ему больше незачем сторониться собак. Но в День поминовения я на всякий случай стану запирать своего песика в клетке. Так что, любимый, навещай меня, пожалуйста. Если захочешь, примостись у меня на голове, — предложила она мужу и добавила, снова обращаясь к себе: — Главное — не покупать собаку породы каи-кэн».

«И что же здесь такого чудесного?»

Последовав рекомендации пожилой попутчицы, Сёко вышла из поезда в Обаяси и теперь озиралась по сторонам.

Сперва она заглянула в зал ожидания, расположенный на платформе, — стандартное помещение со стеклянными стенами, вдоль которых стоят ряды пластиковых кресел — розовых и голубых. Этим изысканность интерьера исчерпывалась. Впрочем, зал кондиционировался летом и отапливался зимой, а также защищал от ветра и осадков. В примыкавшей к нему уборной было чисто, но и она ничем особенным не отличалась. Торговые автоматы выглядели точь-в-точь как на любом другом вокзале.

Сёко разочарованно опустила голову и уже направилась к турникетам, как вдруг к станции подлетела крохотная ласточка, после чего сверху раздался оглушительный птичий щебет.

Подняв глаза, Сёко увидела гнездо, из которого, чуть не перевешиваясь через край, взирала на мир целая ватага птенцов.

Взрослая птица сунула корм в клювик одному из малышей и тотчас поспешно улетела. Буквально мгновение спустя точно такой же шорох и щебет послышался с другой стороны.