Квинтет Пряди (СИ) - Стопичев Алексей - Страница 12

— На сегодня всё, друзья-приграничники. Концерт по заявкам окончен, все актёры разошлись по гримёркам!

— Это по чьим же заявкам такой концерт у нас? — хохотнул немного истерично Валдис, который за пару месяцев из богатенького наследника и баловня превратился в настоящего бойца.

— А это, мой юный друг, мы вполне можем скоро узнать. Но не думаю, что это знание нам с тобой понравится, — Линг тщательно вытер свой меч и закинул его в ножны. Повернулся к капитану Ламу и сказал: — Господин офицер, распределите наряды на день, и пусть люди отдыхают. Вторую ночь мы продержались, и у нас есть неплохой шанс дожить до третьей.

А я вдруг услышал, как заржал внизу Чучело, тревожно и предупреждающе. Ощутил, как мириады иголок будто прошли по всему телу, и повернулся к Баблеру, проговорив тихо и хрипло:

— Нам пора!

Я всегда чуял его раньше всех, уж не знаю, почему. Остальные это знали, потому Баблер тут же убрал вечную ухмылку со своего лица, Лет Алис выпрямился и тревожно глянул на меня, а Торвус Хом лишь кивнул и спросил тихо:

— Где?

Я молча ткнул рукой по направлению к северным воротам, выходящим в сторону Альбусурба, и мы синхронно шагнули со стены, готовясь встречать того, кто призвал нас сюда, на границу с Прядью. Того, кому поклялись служить много лет назад. Кто примирил нас и не позволил убить друг друга. Кто появлялся не так часто, но всегда неожиданно и эффектно, в моменты самых значительных событий для этого мира. Мы шагали вчетвером через крепость, и приграничники, уже увидевшие нашу силу, молча расступались, даже не смея спрашивать, куда мы идём. Потому как все были обязаны нам своей жизнью. А мы, шагая почему-то в ногу, прошли до северной калитки, открыли её и двинулись по дороге, пока ещё не видя того, кому присягнули. Но в какой-то момент я моргнул, и понял, что на дороге стоит одинокая фигура, за спиной которой возвышается, чёрт побери, буйвол. Наверняка тот самый, отметина от чьего рога так и осталась на правой ягодице Баблера. Линг, тоже увидев буйвола, невольно потянулся рукой к заднице, и Лет, увидевший это движение, не смог сдержаться и еле слышно хохотнул. Баблер покраснел, покосился на Лета и руку убрал, сделав своё красное лицо максимально бесстрастным. Так мы и подошли к ожидающему нас…

И все четверо опустились на правое колено, склонив головы перед сюзереном.

— Рекс, — произнёс Лет Алис, — Мы рады приветствовать вас!

— А я рад, что вы рады, — Рекс взмахнул рукой, позволяя нам подняться, и посмотрел с прищуром на потрёпанный тварями форпост: — Надеюсь, вам понравилось веселье? А то я слышал, что вы заскучали последние годы.

Мы переглянулись, и каждый пытался понять, от кого Рекс услышал такое, и кто с ним был на связи. Я бы поставил на Торвуса, но уверен, что Лет и Баблер подумали на меня. А Линг, тут же усмехнувшись, проговорил весело:

— Сир, вот кому-кому, а мне скучать точно не приходилось!

— Слышал, — кивнул наш сюзерен, — Что в одном из южных королевств гетеры до сих пор рассказывают легенды о северном жеребце…

— Осмелюсь заметить, сир, — вступил в разговор Торвус, — Что если Баблера и можно назвать жеребцом, так только оттого, что он вечно ржёт и лягается в постели во сне.

Лет заржал весело и хлопнул Баблера по плечу. А тот засмеялся шутке варвара и проговорил самодовольно:

— Зависть плохое чувство, Хом! Оно разъедает мужчину и лишает его мужской силы.

Я же молчал и посматривал в карие, с золотистыми искорками глаза Рекса. Они были бесстрастными, а значит, сейчас он будет говорить серьёзно. И догадка меня не подвела. Сюзерен кашлянул чуть и проговорил:

— Я не стал ждать большой войны, потому как она погрузит весь материк, а после и мир в хаос. Потому и призвал вас. Прядь пытается расшириться, и мы должны этому помешать.

— Приказывайте, сир! — это сказал Торвус, но головы наклонили мы все четверо.

— Пока никаких приказаний, — мотнул головой Рекс. Огладил рукой усы и бороду и проговорил: — Мы просто уничтожим тех, кто руководит тварями. А для этого мне нужны будут все ваши силы!

Сюзерен подошёл и каждого коснулся рукой, и я почуял, как магия вернулась в меня, а наручи слабо завибрировали, наполненные новой силой. То же самое, уверен, было и у истощившихся собратьев. А Рекс, кивнув нам, широко пошагал к форпосту, на ходу произнеся:

— Представьте меня приграничникам, а после мы отправимся к Пряди.

— Как представить вас, сир? — спросил я, и сюзерен кинул на меня взгляд и усмехнулся:

— Пусть я, как и есть, буду Найтеном. И вам не придётся запоминать новое имя.

Мы вошли в крепость в гробовом молчании. Буйвол, следовавший за нами, остановился у калитки, лениво поглядывая вокруг своими налитыми кровью глазами. Приграничники просто смотрели на нас, стоя во дворе и на стенах, и ничего не спрашивали. Лишь капитан Лам пошёл навстречу и остановился перед Рексом. Видя нашу почтительность, он не понимал, как ему себя вести с вождём, но тот сам нарушил молчание, раздвинув губы в улыбке:

— Доброе утро, капитан! Я Найтен Рекс, если можно так выразиться — предводитель этих четырёх достойных граждан. Мы, если позволите, пройдём через вашу крепость и двинемся дальше, к Пряди, чтобы постараться уничтожить угрозу.

— Но… — побледнел капитан, — Мы даже за стенами с трудом смогли отбиться…

— Это единственный шанс, — Рекс говорил мягко, но я вновь слышал в его голосе металлические нотки. Будто железные шары тёрлись друг о друга.

— Хорошо, господин Рекс, — капитан даже не понял, что Рекс — это не фамилия, а должность, вернее, звание. Заслуженное и вечное. Впрочем, так было даже лучше, — Вы можете распоряжаться и нами так, как вам заблагорассудится, лишь бы остановить тварей.

— Вы останетесь здесь и будете продолжать службу, — качнул головой Рекс. Потом прислушался к чему-то, повернулся ко мне и спросил: — Ино, Чучело с тобой?

— Почти всегда, сир! — почтительно ответил я.

Рекс кивнул удивлённо и одобрительно одновременно и проговорил тихо:

— Ты не устаёшь меня удивлять, Пинатум! Я думал, что приручить такую тварь невозможно.

— Это не совсем приручение, сир, — всё так же почтительно ответил я, — У нас с Чучелом своего рода соглашение. Он служит мне, а я ему. И защищаем мы друг друга одинаково…

— Но он следует за тобой, а не ты за ним, — Рекс не спрашивал, утверждал, и я склонил голову, признавая его правоту. А сюзерен повернулся вновь к капитану: — Прикажите открыть нам ворота, мы выдвигаемся прямо сейчас.

Глава 10. У Пряди

Мы ехали верхом: Рекс на буйволе, я на Чучеле, а остальные на обычных лошадях. Глупыш, увидев, что я уезжаю из крепости, выскочил из-за холма и подбежал ко мне, потрусив рядом со стременем. Кони захрапели испуганно, и мои друзья еле смогли их успокоить. Буйвол же, казалось, вовсе не обратил внимания на стеклянного волка, а Чучело лишь скосил левый глаз на нового спутника, всхрапнул презрительно и повёл шеей, будто показывая, что, если что — спуску не даст! Глупыш принюхался к Чучелу и… лизнул его бок, будто признавая родство и его старшинство над собой. Чучело уже благосклоннее посмотрел на стеклянного волка, и когда мы встали на привал, даже позволил ему лечь с собой рядом. Мы быстро достали нехитрую снедь, сели на поваленное бревно, не чинясь и не соблюдая субординаций. В походе равны все. Таков старинный закон, которому тысячи лет. А Рекс, мановением руки разведя костёр, присел рядом с нами на поваленное бревно и заговорил медленно, веско:

— Те кукловоды, что ведут тварей на наш мир, считают, будто останутся безнаказанными. А так быть не должно. Тем более, насколько я помню, — Найтон посмотрел на Торвуса: — У нашего варвара к ним особые счёты?

Хом засопел согласно и кивнул головой, обгладывая старательно копчёную куриную ножку. Кость, немного подумав, Торвус кинул стеклянному волку. Но тот лишь рыкнул, понюхав её, и глянул на меня.

— Бери! — кинул я Глупышу целый кусок мяса, и тот, изогнувшись в прыжке, поймал мясо и, не разжёвывая, проглотил.