Теперь ты в армии (СИ) - Урусов Алексей - Страница 50

Дождавшись утвердительного ответа, Осипов распорядился: — Подготовьте нарезку минуты на полторы-две. К полудню жду.

Русско-польская граница. Русский взводный опорный пункт.

Ночь прошла на удивление спокойно: никто меня не беспокоил. Я проснулся ещё затемно, прямо в траншее сделал небольшую зарядку, с удовлетворением отметив хорошее самочувствие. Продолжением зарядки стали похороны поляков — не загрязнять же ими опорник. Сношу их в ближайшие воронки и немного присыпаю землёй, будет время, похороню по-Божески. Собираю оружие, расставляю его несколькими «гнёздами»: когда начнётся атака, а в том, что она будет, я не сомневался, я смогу вести огонь их нескольких стволов, и будет казаться, что здесь морпехов много. Около каждой позиции выставляю по два-три миномёта — от них к «гнезду» протягиваю канаты, дёргая за которые производится стрельба. Удовлетворившись подготовкой, обхожу траншею, кое-где подправляю, чтобы можно было быстро и незаметно перемещаться. Магическим зрением вижу, что на ближайших опорниках тоже зашевелились — на них примерно по полтора десятка солдат, которые, проснувшись, изображают жизнедеятельность. Тоже мне, штурмовики: ни зарядки не провели, ни с бревном не побегали.

* По Данте в самом глубоком, девятом круге ада, описанном в «Божественной комедии», очень холодно: там находится ледяное поле Коцит, где мучаются, вмёрзнув в лёд сам Люцифер и другие предатели.

Москва. Кремль.

Император, наследник и цесаревич, войдя в зал, поздоровались за руки с поднявшимися участниками срочного совещания, сели и Николай Петрович поднял голову: — МИДовцы где? Вы инициаторы, рассказывайте…

— Ваше императорское величество, коллеги, — начал один из сотрудников МИДа, — вчера, во второй половине дня, наши войска вторглись на польскую территорию и разгромили одну из польских военных баз. В Польше реакция бурная и мы до исхода сегодняшнего дня ожидаем вызова нашего посла, вручения ноты протеста, а возможно и выдворения нашего посла и в связи с этим хотели бы выработать общую позицию.

Докладчик остановился, и император кивнул: — Может не все в курсе, опишите подробности.

МИДовец открыл справку и продолжил: — В районе Нововолынска полк морской пехоты Северного флота по понтону форсировал Западный Буг и преследуя польские войска, вошёл на территорию Польши. Пользуясь неразберихой и паникой, прошёл около пятидесяти километров в сторону населённого пункта Замосць и близ него атаковал польскую военную базу. Разгромив которую повернул на юг и через Раву-Русскую вернулся на нашу территорию.

— От военных кто доложит? — сурово поинтересовался император.

Генерал-лейтенант, представлявший Генштаб, кивнул на соседа: — Генерал-лейтенант Денисевич.

Император кивнул: — Докладывайте, Юлиан Николаевич.

— Полк морской пехоты Балтийского флота, — отчётливо, но однотонно начал генерал, — под командованием подполковника Ушакова, прикрывал границу южнее города Устилуги, вдоль Западного Буга. После нескольких дней интенсивных оборонительных боёв, один из батальонов полка нанёс фланговый удар вдоль реки; в результате была захвачена понтонная переправа, через которую совершались нападения на нашу территорию, а находившиеся на польском берегу войсковые части обращены в бегство. Подполковник Ушаков ввёл в прорыв ещё один батальон, который, преследуя отступающие в панике войска, вышел на трассу Хрубешув-Замосць и недалеко от населённого пункта Замосць догнал их, атаковал и разгромил. Посчитав задачу выполненной, батальон по трассе Замосць-Рава-Русская вернулся на нашу территорию.

— Карту на экран выведите, — распорядился император и следом задал вопрос: — Сколько времени заняла вся операция, точнее, общее время пребывания на польской территории?

— Около трёх часов, Ваше величество, — доложил Денисевич.

Подойдя к карте на настенной панели, Николай Петрович Романов с минуту молчаливо около неё постоял, рассматривая Польшу и задал следующий вопрос: — МИД, а чем конкретно поляки недовольны?

— Ну, во-первых, мы вошли на их территорию. Во-вторых, при атаке, — заглянув в справку, начал повествование дипломат, — батальон морской пехоты двигался по шоссе вдоль железной дороги. Пассажиры из проходящих поездов и электричек вели съёмку колонны, двигавшейся под русскими и Андреевскими флагами и сразу выкладывали в сеть, что вызвало панику уже среди мирного населения в прилегающих районах. При уничтожении польской военной базы наши морские пехотинцы заминировали и взорвали склады с артиллерийскими снарядами и ракетами залпового огня и полякам пришлось объявлять эвакуацию. Ещё и сейчас изредка происходят взрывы, а разлёт у срабатывающих ракет достигает двадцати километров. В целом в Варшаве уже представляют произошедшее и мы ожидаем их демарш в ближайшее время.

— Пу-пу-пу, — оглядев присутствующих, задумался император. — А мы не будем ждать их демарш, а сами напишем письмо королю Польши. Так, МИДовцы, фиксируйте: дорогой брат Август Богуслав, ну и далее про вековую дружбу-фройндшафт и братские славянские узы. Дальше суть, точь-в-точь, как они нам постоянно пишут: как мы неоднократно обменивались братскими письмами в прошлом, большой проблемой для двух наших государств являются неконтролируемые банды, орудующие в приграничье и периодически нападающие на пограничные пункты и регулярные войска. Накануне одна такая банда была вытеснена с нашей территории и после её разгрома доблестной польской армией, её остатки, пытавшиеся укрыться в нашем приграничье, были полностью уничтожены. С чем я нас всех и поздравляю.

Закончив надиктовывать, император встал, и вновь подошёл к карте. Он не видел, как удивлённо вытянулись лица дипломатов и как наклонив головы, прикусывали губы военные, чтобы не выдать улыбку.

Постояв минуту, император развернулся, сломал карандаш, который держал в руках: — Зачеркните основную часть, оставьте только начало. А основная часть текста будет такой: банда с польской территории напала на нас, после вытеснения бандитов за реку, преследуя их, наши войска незначительно углубились на территорию Польши, и обнаружив логово бандитов, разгромили его. С чем я тебя, дорогой брат, и поздравляю. Пленено порядка тридцати бандитов, нагло выдававших себя за солдат и офицеров — военнослужащих Войска Польского; в соответствии с российскими законами они будут привлечены к суду за бандитизм. В дальнейшем, в случае преследования отступающих банд, буду оперативно информировать тебя, дорогой брат, о действиях наших войск. Ну и в конце пожелания процветания и клятвы в вечной дружбе.

Положив обломки карандашей на стол, император слегка развёл руками: — Всех приглашаю на кофе в соседний кабинет, а МИДовцы сейчас набросают письмо и тоже присоединятся.

Русско-польская граница. Русский взводный опорный пункт.

На следующий день мимо меня просвистела только одна колонна из десятка машин под тентами в сопровождении двух боевых машин пехоты. Да ещё пара беспилотников, явно с той стороны, пролетели неподалёку. Странно всё это — лезли как сумасшедшие, штурмовали с утра до вечера, а теперь им как будто и дела до нашего опорника нет. Не уважают они меня, игнорируют, за противника не считают. Морпеха обидеть может каждый — но только один раз. Если техника у них проехала — значит, понтон работает. И перемещают они, наверняка, пехоту, а, следовательно, севернее бои продолжаются и неплохо бы было немного полякам помешать подвозить резервы. От нечего делать решил заняться инвентаризацией: рано утром я брал подряд всё оружие, что могло пригодиться и расставлял для автоматической стрельбы, но о реальных запасах понятия не имел. Так что не спеша обхожу все помещения, в одном из блиндажей нахожу сваленную в кучу нашу военную форму. Самое то, переодеваюсь. Обходом остался доволен. Но маловато поляки навезли патронов и гранат, долго не навоюешь.