Пламенев. Книга VIII (СИ) - Розин Юрий - Страница 25

Яков сел слева от меня, Артем напротив, Катя по правую руку от Артема, Наталья — во главе стола.

— Ну, — сказал Яков, откусив пирог, — рассказывай.

Наташа положила руки на стол. Ровно, ладонями вниз.

— Скрывать больше и правда нет смысла. — Голос чуть более открытый, чем обычно. Для нее — почти душевный разговор. — Я заключила сделку с отцом. В декабре, после экзамена, он предложил условие. Если на весенней практике я убью Зверя Камня Духа, он даст эликсир для прорыва на Круг. Особый, из запасов рода.

— Ты с самого начала знала, что в Рятке такой будет?

— Не знала. Но выбрала миссию с наибольшей вероятностью. Четыре месяца нападений, отчеты о разрушениях, характерных для Камня… Ну, вы понимаете.

Повисла тишина. Яков положил пирог на тарелку.

— То есть, когда ты пришла с предложением о миссии… Когда позвала нас…

— Я знала, зачем еду.

— Ладно, — негромко выдохнул Артем.

— Это не все, — продолжила Наталья. — Была и вторая часть сделки. Изначально на магическом турнире меня собирались определить в команду с другими Железными.

— Георгий? — спросил я.

Наташа кивнула.

— Большинство Железных-студентов подчинились ему. Но я не намерена быть в их числе или в команде с его… прихвостнями. — Воу. От нее это звучало жестче мата. — Поэтому вторая часть сделки заключалась в том, что, если прорвусь на Круг до конца первого курса, отец позволит мне участвовать в турнире, выбрав самостоятельно команду для группового этапа.

Я поднял бровь. Это, конечно, была очень сложная и рискованная многоходовочка, особенно с учетом того, что мы все едва не сдохли в процессе. С другой стороны, за смелость и целеустремленность я мог Наташе только похлопать.

Магический турнир, который должен был состояться уже почти ровно через год, состоял из двух этапов. Индивидуального, где каждый за себя, а победитель получал желание от Кавелиных. И группового, где состязались командами из семи человек и призы были более классическими: деньги, духовное оружие, эликсиры.

Поэтому вторая часть меня особо не интересовала. Тем более что команда из семи человек на Кругах возможна только со старшекурсниками, а у меня было слишком мало времени, помимо учебы и других дел, чтобы заводить полезные знакомства.

— А нам ты это зачем рассказываешь? — с наигранным недовольством спросил Артем. — Чтобы похвастаться?

Наташа посмотрела на него.

— Потому что вы — моя команда.

Артем поперхнулся морсом.

— Не хочешь ли ты сказать, — откашлявшись уточнил он, — что хочешь, чтобы мы пятеро участвовали в турнире вместе?

— Да.

Тишина за столом.

— Нужно семеро. И из пятерых на Круге пока что только ты. Ты, конечно, вундеркинд, но не все такие одаренные. Знаешь, каковы шансы, что мы все четверо прорвемся на Круг до конца следующего учебного года?

Второй курс заканчивали на Круге в лучшем случае два-три человека, и далеко не обязательно это были лучшие по практической подготовке. Только летом после второго курса, со свободными месяцами и теорией о формировании Кругов, которую активно преподавали второкурсникам, к началу третьего года прорывалось еще человек двадцать.

Но турнир был назначен на середину июля, а ведь до Смоленска-Красного еще надо было доехать и обустроиться там. То есть выезжать предстояло через пару-тройку недель после окончания курса. Времени было максимально впритык.

Под особенно большим вопросом была Катя, которая прорвалась на пик только три с половиной месяца назад и по всем правилам и нормам должна была начать хотя бы задумываться о прорыве на Круг минимум зимой третьего курса.

— Мне все прекрасно известно, — сказала Наташа. — Я первая в классе по теории. Знаю, сколько времени нужно для прорыва, какие факторы влияют, какие ошибки допускают. Я не стала бы предлагать, если бы считала это невозможным.

Я не смог удержаться и усмехнулся. Каменное лицо, прямая спина, ровный голос, но по ее тону и жару было четко понятно, что восторг от Круга все еще не ушел.

— Лагерь, — продолжала Наташа. — Отец организует особый тренировочный лагерь для подготовки к турниру. Место, условия, инструкторы — все за его счет. Рассчитан на тех, кто готовится к прорыву на Круг. Я предлагаю вам присоединиться.

Артем переглянулся с Яковом. Катерина смотрела на Наталью.

Я откинулся на скамье. Посмотрел на потолок столовой — высокий, сводчатый, с темными балками и цветными лентами. Где-то полторы с лишним тысячи студентов гудели вокруг, и никто из них не знал, о чем мы говорим.

— Ну что, — Наталья обвела взглядом всех четверых, одного за другим, — станем командой для турнира?

Яков открыл рот. Артем — тоже. Катерина набрала воздуху.

— Нет, — сказал я.

— Как «нет»⁈ — Яков чуть не опрокинул стакан с морсом.

— Погоди! — Артем замахал руками. — Ты чего, Саш⁈ Она только что предложила…

Я поднял руки.

— Я ответил не на тот вопрос! — сказал, усмехнувшись. — Извините, задумался. Наташа предложила тренировочный лагерь ее отца. Вот на это — нет. У меня свои методы. А в команду — да.

Выдох — одновременный, от всех четверых, что было по-своему приятно.

— Тогда какого черта ты сказал «нет» без пояснений⁈ — взвился Яков. — У нас чуть коллективный инфаркт не случился!

— Задумался, сказал же. Речь шла про лагерь, я и ответил.

Яков провел рукой по лицу. Артем выдохнул. Катя покачала головой.

— Ладно, — сказал Артем, оправившись. — Но лагерь — это серьезно. Инструкторы, эликсиры, режим. Ты уверен, что справишься один?

— Уверен.

— Саша, — Яков наклонился вперед, — если лагерь даст нам лишние десять процентов шанса…

— У меня свои методы.

— Какие?

Но объяснить, каким образом лагерь Железных помешает Практику, скрывающему свою природу, было затруднительно.

— Вы сами-то еще не сказали, поедете или нет, — заметил я, переводя тему.

Спохватились. Разумеется, после того, как настолько активно убеждали меня, все без сомнений ответили «да». После чего вернулись к моему переубеждению. Впрочем, я менять решение не собирался, так что пытаться они могли сколько угодно.

— Хватит, — сказала вдруг Наташа.

Одно слово ровным, тихим голосом. Яков замолчал на полуслове. Артем — тоже. Катя, набравшая воздуху, выдохнула.

— Если Саша решил, это его право. — Она посмотрела на меня. — Но ты согласен войти в команду для турнира?

— Да. Официально.

— Хорошо.

Она взяла стакан с водой, отпила и снова поставила. Спор был окончен. Ни обиды, ни давления.

Остаток вечера прошел как положено: еда, разговоры, тост за окончание экзаменов. Разошлись за полночь. Хороший вечер.

Первого июня в девять утра я стоял перед доской объявлений в коридоре главного корпуса. Три метра в ширину, каллиграфический почерк, медные кнопки. Вокруг — толпа первокурсников.

Нашел свой класс.

Наталья Железная — первое место по практике, первое по теории, первое в общем зачете. Безоговорочно.

Катерина Громова — пятое по практике, шестое по теории, пятое итоговое.

Яков Суворов — третье по практике, пятьдесят девятое по теории, шестое итоговое.

Артем Кузьмин — четвертое по практике, семьдесят первое по теории, восьмое итоговое.

Баллы за миссию сдвинули парней ощутимо. Без них Яков был бы ближе к пятнадцатому, Артем — к двадцатому. Ну и меня, разумеется, не обделили.

Александр Червин — второе по практике, сто тридцать четвертое по теории, десятое итоговое.

Десятое. Топ-десятка курса. Баллы за миссию компенсировали провал по теории, и десятое место означало, что я получу особую награду от Академии.

В полдень все уже собрались в главном зале. Том же самом, что и девять месяцев назад на церемонии открытия. Те же колонны, тот же потолок, та же каменная кафедра с гербом Академии. Только парадную форму пришлось перешивать: за год я заметно вырос и раздался в плечах. Старый парадный китель банально не сходился в груди.