Стальной рыцарь (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович - Страница 13

— Ну, что скажешь?

— Работал Одаренный. Скорее всего, не один. Сообщник у него в доме был.

— С чего решил? — уточнил ротмистр, нервно пройдясь по двору. Ему только этого не хватало. Сначала убийство Громова, теперь это. Клещ человек непростой, с деньгами и связями… Но не сильно ему они помогли. Когда стали разбирать руины сгоревшего дома, нашли тела, для осмотра которых и вызвали врача, сразу подтвердившего, что погибшие не своей смертью умерли. Да это он и сам видел: на лежащем в снегу трупе четко виден след удара, распахавшего человека пополам. А если еще тут замешан Одаренный…

— Смотри сам. — Эксперт, далекий от размышлений ротмистра, тем временем, приподняв, вытащил из завала дома кованую решетку. — Думаю, преступник зашел через задний двор. Я осматривал калитку и следов взлома не нашел. Зато вот что, смотри, — и он показал амбарный замок, лежавший в снегу. — Преступника запустил в дом кто-то из тех, кто в нем жил. Скорее всего, Филька, он у Клеща человек новый, мог польститься, если денег хорошо дать. Он же, скорее всего, усыпил псов, те хорошо обучены были, у чужого из рук еду не должны были взять. Дальше, видимо, он должен был оставить незапертой дверь кухни, но что-то пошло не так. Ее кто-то запер, но это преступника не остановило, он смог выломать решетку и проникнуть сквозь окно. Вот, глянь, — он показал на кованые прутья, изогнутые под странным углом. — Ну а дальше кончил всех пятерых, видимо, застав врасплох.

— И как ты думаешь, кто это мог быть? — уточнил Огородников, размышляя над услышанным.

— А бог его знает, — пожал плечами эксперт. — Но точно кто-то из залетных. Может, где-то аристократам дорожку перешел Клещ, и те прислали за ним чистильщика. Или кто-то из Вольных сработал, покусившись на возможный барыш с купца. Ну или месть, ее тоже со счетов сбрасывать не стоит, не зря же он нигде надолго не засиживался. Видать, боялся чего-то и, видимо, не зря.

«М-да, дела. — Ротмистр, задумавшись, потеребил пожелтевший от табака ус. Еще один висяк, но с другой стороны, если эксперт напишет, что тут действовал не обычный человек, то это многое облегчит. Никто в губернском управлении всерьез не ожидает, что он сможет Одаренного найти и задержать. Тут бы главное порядок удержать в городе, не допустить бардака и бунта и перекидывать поезд за поездом, направляя людской поток на юг, обеспечивая безостановочное движение. А это, — он глянул на кости на снегу, — да наплевать. Клещ больше платить не сможет, а значит и интереса к нему уже больше нет. Поискать для вида, конечно, придется, бумажки написать, но и не более. Трупом больше, трупом меньше, их тут каждую ночь, бывает, по десятку находят».

— Завтра жду заключение, — скомандовал он эксперту. — Выдели в нем особо, что преступник Одаренный.

А ему еще убийство Громова расследовать надо. Этот, в отличие от Клеща, человек свой, в городе известный и любимый, тут так просто дело на самотек не пустишь. Там, скорее всего, был обычный грабеж. Ничего другого ему в голову банально не приходило, скорее всего, проклятые наркоманы расстреляли человека издалека в поисках наживы. Вольные бы на такое не пошли, эти стараются работать чисто, да и знали они Громова, и Защитника бы не тронули. Теперь осталась лишь найти, кого в этом обвинить, иначе ему несдобровать.

Глава 5

Новый мир встретил меня неласково. Первое что увидели глаза, едва я перешагнул Грань, — черное решетчатое кружево металлических конструкций, видневшихся повсюду. Грязные, местами оплывшие и черными лужицами стекшие вниз, они покрывали все видимое пространство между массивными стоками, уходящими вверх. По бокам, спадая вниз, висела полупрозрачная пленка, а под ногами тускло блестела металлическая плита. Оглядываюсь по сторонам для оценки обстановки. Больше ничего, а самое главное, никого. Задрав голову вверх, я вижу, как стойки соединяются вверху в некое подобия купола, в центре которого закреплена плита с пробойником. Ничего нового. Нечто подобное я не раз уже видел на фото в газетах из тех, что показывал отец. По сути, это классическое ядро, носитель, из которых твари и попадают в наш мир. Только видеть картинки и рассматривать вживую — это совсем другое, только вблизи можно оценить масштаб.

Все это сооружение выглядело каким-то чужеродным и совсем не похоже было на то, что оно способно парить в космосе и куда-то лететь. И тем не менее, оно сумело долететь, уцелеть и, самое главное, сохранить свой груз. Обвисшая пленка по бокам — это капсулы, или мешки, как их еще называют, где во время полета во сне и пребывали твари, потом оказавшиеся среди лесов Сибири. А после приземления пробойник выплеснул свой заряд, проделав проход в наш мир, мешки стали автоматически сдуваться, пробуждая из спячки тварей. И те, ведомые голодом и инстинктом, перешли Грань. Ничего интересного больше здесь нет, ни приборов управления, ни двигателя или вооружения, по сути, примитивное устройство, созданное с одной-единственной целью: долететь до нужной точки, а затем выплеснуть свой груз уже в наш мир. Где-то заряд был сильнее и выдавливал капсулу с монстрами целиком, а где то слабее, и пробойник смог лишь приоткрыть щель, как это произошло здесь. Но главное, что он был, и мне как раз нужен. Вглядываюсь вверх, присматриваюсь к небольшой плите в центре, откуда ползут алые жгуты к мешкам-капсулам. А вот и он — толстая темно-серая сосулька, слегка светясь, красовалась в гнезде в окружении кристаллов поменьше, с их помощью, скорее всего, корректировался полет. Но все они были матово-черными, сгорев сразу, едва опустился носитель.

— Пятьсот рублей, — прошептал я, — любому предъявившему и сдавшему ее в жандармское отделение или в любую из ближайших воинских частей.

Что там дальше с ней делали, никто не знал, но на черном рынке или среди алхимиков и артефакторов данный товар спросом не пользовался. Видимо, никто иного применения для нее так и не нашел. Только родное государство не понятно зачем продолжало их скупать, видимо, тщась разработать способ создать нечто похожее. По мне, так напрасный труд, не доросли мы еще до подобного. Но главное, что награду за нее дадут, да и в личном деле останется отметка о закрытии врат и сдачи пробойника, сей факт подтверждающая, что лишним для меня в академии точно не будет. Еще раз посмотрев на нее и решившись, я сделал первый шаг вперед, попутно дернув небольшой рычаг возле кресла пилота, и с ноги Рубаки соскользнул тяжелый металлический буй, выстреливший захваты, надежно впившиеся в металлическую поверхность плиты. Якорь активирован, теперь куда бы я ни пошел, зеленый огонек, засветившийся в центре радара, будет надежно указывать мне путь сюда, позволяя не сбиться и не потерять дорогу назад. Пробойник пока трогать не буду, пускай висит, захвачу с собой на обратном пути, без него и без того почти скрывшийся проход может схлопнуться в любой момент.

Пора. Я осторожно двигаюсь вперед, подходя к краям воронки, образовавшейся после падения носителя. Тяжелые ноги с тарелкообразными ступнями скользят по спекшимся от взрыва камням. Рубака, сделав несколько шагов по отвесным склонам воронки, неустойчиво зашатался, и я, чуть наклонившись вперед, вынужден был шагнуть назад и включить цепную пилу. Металлические звенья с визгом впились в камни, кроша и разрывая их. Один взмах, второй, затем свободной рукой сделал еще один взмах, расчищая путь, и шагнул вперед на некое подобие ступеньки. Повторить шаг за шагом. Создавая лестницу, я медленно поднимался наверх, чтобы спустя полчаса и пять ступеней, наконец, выбраться из воронки, сделав пару шагов вперед. Не выдержав, я оглянулся назад, оценивая издали размеры носителя: метров тридцать высотой, не меньше. Похожий на сплющенный наконечник копья, он глубоко ушел в тело планеты. Слегка накренившись, он угрожающе торчал, словно грозя небесам, с которых когда-то сорвалась.

— Чужая ты здесь, — шепнул я. — Понять бы еще, кто и когда выпустил тебя. А может, наш мир и вовсе не был твоей целью, и это просто рикошет или случайный выстрел, промах, и снаряд, предназначенный совсем другим, прилетел к нам?