Не подарок в Академии даров. Пять снежных иллюзий - Княжина Елена - Страница 11

Поскребла по резерву, мысленно выстраивая ледяную горку до самых сугробов…

Уфф. Этот ищейка меня измотает. До дна выпьет!

Уровень вышел неплохой, минимум третий, так что я бесстрашно уселась на карниз и скатилась по ледяному руслу. Уже у сугробов иллюзия затрещала и разорвалась снежинками, и я плюхнулась задом в снег.

– Не думайте, что сможете улизнуть, мисс! – орал с другой стороны здания следопыт.

Чтоб его, чтоб его, чтоб его!

Наскоро намотав на себя стандартное обличие горожанки в сером капюшоне, я замаскировала чемодан под корзину с хлебом. Сгорбившись, в таком виде миновала три дома, высунулась на главную улицу и поймала общественный экипаж.

Только когда тронулись, позволила себе обернуться. Ищейка как раз вскрыл дверь в дом Гассертов и, передернув мощными плечами, ворвался внутрь.

– Простите, сир. Было приятно и познавательно, но знакомство продолжать мы не будем. Идите дальше патрулировать Лурдскую площадь, ловить карманников, рыться в подземных норах Мертвого леса… Или чем вы обычно тут занимаетесь? – прошептала, прижимаясь лбом к морозному узорчатому окну, прикрытому сеткой защитного экрана. – Сегодня вы меня не поймаете. Как и завтра. И вообще никогда.

Глава 5. Антиложь, да в ней намек

Легкомысленно потряхивая чемоданчиком, я подошла к воротам. Сразу за ними под снежным покровом отдыхали поля биомагов, а чуть дальше сверкал обледенелым пиком купол Лурдского серватория. С последним мы недавно познакомились, но остались друг другом недовольны: искомой книги в стенах Храма знаний не оказалось.

Распахнутые створки ворот любезно приглашали внутрь, но чутье заставило задрать голову и осмотреться. Цепкий взор беглянки подметил россыпь монеток на ветвях, парочку опознавательных артефактов на длинных цепочках и сверкающие сигнальные чары, нацеленные на любую ложь.

Явно какой-то редкостный противник иллюзий постарался! Даже не так: перестарался.

Будем надеяться, что охота объявлена не на меня.

Стряхнув с юбки остатки чар, я с чистой душой и веснушчатым носом вошла под гирлянду оберегов. Может, какой-нибудь отвлекающий маневр и смог бы обмануть защиту, но я имела на скудный резерв другие планы. Мне еще зачислиться предстоит.

Прошествовав мимо разминающихся прямо на снегу природников в сочно-зеленой униформе, я направилась к учебному корпусу. Поежилась под накидкой: вот не лень им с раннего утра прыгать в ритуальных танцах, когда даже деревья на зиму уходят в спячку?

Да все нормальные уходят в спячку! И только Эсме Грейс вечно куда-то бежит.

Живи я так, как хочется, до полудня бы из кровати не выбиралась. Разве что ради пряного горячего шоколада и ванны с мятными пузырьками.

Территория Лурдской академии даров была обширной, но малолюдной. Изредка кто-то проносился мимо на пыхтящей заговоренной доске, рассыпая искры по утоптанному снегу и пугая до икоты.

Стайка первокурсников под руководством пожилой сирры выносила клетки из маг-питомника. Коренастый магистр с хищным разрезом глаз гнал проштрафившихся прибирать «Смертельную полосу» после снежного боя. Ворчливый сир в халате дымил чарами у входа в целительский корпус.

Словом, обычная ленивая суета, когда половина студентов уже разъехалась на каникулы, а несчастные оставшиеся подбивают хвосты.

Парочка старшекурсников спорила под могучим туром, а потом самозабвенно целовалась на морозе. Патлатый парень стискивал в кулаке пучок розовых волос, голодно вгрызаясь в девичьи губы… И мне опять вспомнился ищейка, забытый в доме Гассертов.

Надеюсь, он не перевернет там мебель и… закроет за собой дверь.

Сунув чемодан подмышку, я бодрой походкой вошла в учебный корпус и поднялась в деканат. Поправила прическу, улыбнулась лучисто. Ректору совсем не обязательно знать, где у меня болит и из-за чего.

Перед дверью в кабинет главного располагалась приемная. За крошечным столом суетилась миниатюрная рыжеволосая женщина. Ловкими пассами она собирала папки в стопки и отправляла в коробки, параллельно виртуозно управляя сшивающим артефактом и издали шлепая печатью на бланках.

Взглядом опытной нарушительницы я сразу приметила на ее блузке брошь в виде ярмового листа. Простенький бытовой артефакт. Такие носят маги, которые неуверенно пользуются косметическими чарами или не хотят тратить резерв на ерунду, но желают получить качественный и стойкий результат.

Заряд едва чувствовался, скорее всего, секретарша скрывала мелочь – крючковатый нос, торчащие уши или россыпь прыщей на лбу. А может, синяки от поцелуев на шее… Не мне ее осуждать.

Но не ее неловкая проблема меня заинтересовала.

Стоило секретарше сделать два шага к кабинету ректора, как под потолком начинало мелодично позвякивать. Девушка на привычный звук не реагировала, отмахивалась как от мухи, но моя интуиция тревожно разоралась. Антиложь! И тут тоже!

Да что за маньяк, ненавидящий материалистов, развесил повсюду защитные монетки? Никакой свободы для творчества. Ррр!

Порычав на психа-перестраховщика (К ним что, каждый день иллюзионисты заваливаются? Такое популярное место?), я направилась не к ректору, а к секретарю. Придется весь план менять на ходу.

***

Спустя полусферу я все-таки сидела в пышном ректорском кабинете, прилежно уложив руки на серую юбку.

Сир Ферренс Дариус Клэй оказался приятным полным мужчиной с белыми волосами до плеч. Прозрачные с блеклой зеленцой глаза смотрели на меня скорее устало, чем с любопытством. И в его вялом «материали-и-истка» совсем не читалось восторга.

– Поймите меня правильно, мисс… Грейс, – добродушно прокряхтел ректор и натянул на лицо виноватый оскал. – Под конец года хочется покоя, отдыха, праздника, а не… материалисток.

– Не сомневайтесь, мне хочется того же, – заверила его с придыханием.

Я бы охотно пристроила отмороженный зад под одеяло и пару дней провела, не выбираясь из спячки. Все тело ныло от избытка новых впечатлений.

– Академия недавно пережила неприятный инцидент с участием молодого мага-материалиста, – разоткровенничался Клэй и самодовольно крякнул: – Видите мои белые волосы? Это последствия.

– Сочувствую, – улыбнулась максимально обворожительно.

Протянула ему бумаги о переводе и папочку с ученическим досье. Как говорят в Хавране, «липа».

– И на каком уровне освоен дар? – промычал Клэй, неохотно открывая папку.

– На втором, сир, – я красноречиво кивнула на бумаги и ухмыльнулась.

Доказательство – материализация второго уровня – лежало прямо перед сопящим ректорским носом. Создать что-то более крепкое на коленках, сидя в кабинете нос к носу с его хозяином, – задачка повышенной сложности. Если папка рассыплется через минуту, я не виновата.

– Перевод посередине учебного года – довольно необычно, мисс Грейс. И трудозатратно, если по правде, – повздыхал Клэй, поднялся с кресла и, приоткрыв дверь, подозвал рыжую секретаршу.

Она шепотом доложила ему о нашей беседе, и взгляд ректора достиг новой глубины. Многозначительно кивая, он дал ряд поручений и отпустил рыжую сирру работать.

– Студенты разъезжаются, в академии становится пусто и безлюдно. Уверены, что вам негде провести каникулы? – обернулся ко мне, почесывая живот под серебристым жилетом.

– Я остановилась в доме дальних родственников, но не хочу злоупотреблять их гостеприимством. В общежитии академии у меня будет время освоиться, разве плохо? – предположила я. – Успею нагнать одногруппников, если получу читательский в ваш серваторий и список литературы.

– Заниматься чтением все зимние праздники? – он поглядел на меня со священным трепетом. – Вам точно двадцать, мисс Грейс? Не двести?

– У меня давно не было возможности просто… почитать, – призналась ему. – А если в комнате не будет соседки, так я только рада. Побыть в одиночестве и тишине – чудесно.

Ни Эйфуса, сердито дышащего в спину, ни других адептов Лиги даров… Пустая академия, свободные дни, доступ к архивам – мечта!