Не подарок в Академии даров. Пять снежных иллюзий - Княжина Елена - Страница 10

Но как бы меня ни радовала внезапная свобода, я понимала: это только отсрочка. Проклятие – лишь первое звено цепи, связывающей меня с «Лигой даров». Слишком многое сделано вместе. Слишком глубоко я увязла. Целый год жизни в тени! Им не составит труда найти меня и вновь накинуть на шею петлю.

Когда-нибудь позже. Но не сегодня.

Впервые за год я была сама по себе. Без метки, без поводка. Далеко-далеко от темных шах-гринских лесов. И ничто не тянуло вернуться к Эйфу по доброй воле. Пусть ищет, пусть ловит… А я буду ускользать и искать способ освободиться по-настоящему.

Еще вчера я собиралась бежать к нему через весь Сеймур, загоняя портальные экипажи, а теперь… У меня впереди были целые сутки свободы. Или даже два дня. Три! Только мои.

И я могла наконец съездить в Лурдскую академию и покопаться в архивах по личному вопросу.

***

Вспомнив, что на кухне Гассертов остались крекеры и корзина сладких подвяленных фруктов, я спустилась вниз. Вчера перед балом я позволила себе ими подкрепиться: чего добру пропадать?

У меня никогда не было дома в классическом понимании. Чтобы и стены, и окна – все твое, родное. Разве что в самом раннем детстве… Может, у маленькой Эсме Грейс была своя спальня, личный шкаф, любимые вещи? Жаль, что я ни гхарра не помню про те времена.

Стоит признать: кочевая преступная жизнь совершенно не по мне!

Сунув в рот сушеную сливу, я присела на подоконник и сунула нос в щель между штор. Прохожие вяло топтали снег на главной улице пригорода. На пустующий дом Гассертов никто не смотрел, но привлекать внимание все же не стоило.

На секунду мне взгрустнулось, что я никогда не увижу своего первого мужчину… Но потом вспомнила: он же ищейка! Суровый тип, у которого охота на лгуний – в крови. А между лопаток, сокрытый плащом, болтается острый меч. «Кара за грехи».

Очень не хочется с этим мечом знакомиться.

Мой сентиментальный настрой как вирс языком слизнул. При свете дня, когда иллюзии тают быстрее снега, нам с ищейкой лучше не сталкиваться. Если следопыты что и ненавидят, так это чувствовать себя обманутыми и использованными.

Хотя тут еще посмотреть, кто кем пользовался. Лично у меня все тело ныло, будто его со склона Маунт-Грин вниз швырнули.

– Ох, Эсме… Во что ты все время вляпываешься?

Я похлопала себя по щекам, ковырнула ногтем за ухом. Где-то там вчера было очень приятно.

От щетины на шее остался густо-розовый след. Если бы я знала, что так бывает, я бы не выгибалась навстречу квадратному подбородку, но… я не знала.

Накинув на кожу косметическую иллюзию, я подтерла заодно и россыпь пигментных точек на носу… за компанию.

Интересно, а у мужчин после такого где-нибудь болит? Покрутив в голове известные факты и не найдя ответа, я решила, что хоть что-то, но должно у сира-ищейки побаливать. К примеру, совесть.

– До свадьбы заживет, – пообещала себе, смутно догадываясь, что свадьбы в жизни Эсме Грейс вообще не предвидится.

Хотя моя скорлупа изрядно отвердела за последний год, да и до этого жизнь не баловала гостинцами, где-то под всеми слоями и масками я была обычной девчонкой. Магически совершеннолетней, зрелой, но… Это не значит, что в юности я не мечтала об обычных для моего пола вещах. Принцах, сказочных гхаррах, свадьбах, замках и вот этом всем.

Жизнь в бегах любого присыплет пудрой цинизма.

Нет, все-таки славно, что мы никогда с ним не увидимся!

Поставив для себя жирную точку в этом вопросе, я спрыгнула с подоконника, набила карман крекерами и побежала по лестнице вверх – собирать чемодан. Глупо тратить бесценные минуты свободы на ерунду.

Впервые за долгое время я не чувствовала на горле смертоносные тиски. Некромантская пятерня не сдавливала шею проклятием. Я была одна. Далеко. Без поводка, конец которого примотан к длинным пальцам с почерневшими от грязной магии ногтями.

А еще я была в уникальной близости к ответам на вопросы, которые искала едва не с рождения.

Покидав в чемодан нехитрые пожитки – мятный мыльный настой, полотенце, блокнот с заметками, пару заколок, – я положила сверху бирюзовую нашивку с эмблемой Лурдской академии. Мой ориентир. Сейчас там уже другие, в виде брошей с кристаллами, определяющими текущий уровень силы. Но лет двадцать-тридцать назад в Академии даров носили именно эти.

На поблекшей от времени вышивке не осталось магических следов. Никакой пользы, кроме указания места. Но если откуда и начинать поиски, то с Лурда.

Внизу заорал приветственный колокольчик. Не успела я дернуться от неожиданности, как звон сопроводил нетерпеливый стук в дверь.

Гассерты давно уехали, на почтовом коробе знак… Кто может к ним ломиться?

Сердце охнуло и испуганно притихло: оно догадалось, что стучатся совсем не к Гассертам.

– Выходите, мисс. Я чувствую, что вы там! – взревели под окном на всю улицу.

Он совсем отмороженный, так орать?

– Нам нужно… кхм… пообщаться, – добавил тише, заподозрив, что прохожие с любопытством оборачиваются на грохот.

Да как он меня вообще нашел?

И куда в этом момент смотрела Сато-богиня?

– Нам совершенно нечего обсуждать, – хрипло выкрикнула в приоткрытое окно.

Нет смысла шифроваться: он меня учуял. Драные ищейки! Драный поисковый дар!

Да если б не ситуация, я бы к нему на тысячу шагов не подошла!

– Думаю, у нас есть немало тем для обстоятельной беседы, – не согласился голос снизу, осипший от поцелуев на морозе. – К примеру, я хорошо знаю владельцев этого дома. И вы не похожи на племянницу Ганселя Гассерта. К тому же кто-то вырубил их охранный артефакт.

Ну да… после того, как этот кусачий артефакт чуть не вырубил меня. Драка была честной, у меня лучшее платье до дыр растерзано. Кто выиграл – того и крыша, закон Лиги.

– Я о-очень дальняя родственница, сир. И сейчас… не одета, – покашляла в кулак, прячась за шторой. – Есть в вас хоть капля такта?

– Открывайте! Или я вынесу дверь.

Псих!

Ясно. Чего нет, того нет… Могла и вчера заметить.

Бездна, бездна… Свесившись из окна, я разглядела серебряную макушку и напряженные плечи под темно-серым плащом. Тут же отпрянула в дом. Увидела – и хорош.

«Это был одноразовый вариант! Мы вообще не должны были пересекаться ни в одной из следующих жизней, ясно?»– прошипела мысленно, посылая угрюмые взгляды в бесчувственные небеса.

Судьбоносная меня привычно проигнорировала.

– Подождите минуту, – взмолилась я чужим голосом. Тоже охрипла вчера. – Мне правда нужно переодеться.

Пробежала по комнате, разыскивая сапожки и мантию.

– Одевайтесь. Но чтоб больше никаких иллюзий! – с угрожающим присвистом добавил сир.

Ага. И выйти с поднятыми руками.

Быстро же он меня нашел…

Но уж что-что, а сбегать я умею. Рано меня ловить! Столько дел, столько дел…

Сунув дрожащие ступни в сапожки, я застегнула чемодан и резко выдохнула. Я рассчитывала, что прогулка по утреннему Лурду будет неспешной, познавательной… Но судьба у Грейси такая – вечно куда-то бежать.

Или от кого-то.

– Готовы? Я вхожу, – сердито уведомил сир.

– Погодите!

Я перевесилась через карниз и негодующе посмотрела на упрямца. Ууу, ищейка!

Он был при полном параде. В плаще, улегшемся на плечи тяжелыми серыми волнами, с окаменелым, бесчувственным выражением на лице… Словно другой человек.

Голова дернулась вверх, но я уже скрылась внутри. Если маг и успел что разглядеть, так только быстрое движение светлых локонов. Незаметный пасс, закрученную кисть… А дальше прямо на него из кулака высыпалась мелкая крекерная крошка.

– Что за?..

Наслаждайтесь, сир.

С мрачным удовлетворением я сбросила с ладони шестерых иллюзорных голубок. Белые и лохматые, как пушистый снег, они резво спорхнули вниз и принялись биться за крошки.

Было бы интересно посмотреть, как сир отмахивается от назойливых птиц, как отплевывается от перьев… Но некогда.

Поправив на плечах мантию, я подхватила чемодан и понеслась на другую сторону дома. Окна второго этажа выходили во внутренний двор, заметенный снегом.