Звездный поток. Социал (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 27

Цзана пришлось нести: он сидел посреди лестничного марша между палубами в позе для медитации и на внешние раздражители не реагировал.

Идальго расшиб себе руки и голову, не сумев открыть дверь на своем пути. Кнопку разблокировки, судя по следам, он даже не попытался: так и бился, пока не потерял сознание. Тоже отправился в капсулу.

Зандера и Дебру мы извлекли из-под той же лестницы, где медитировал Цзан. Оба отказывались выходить, уверяя на полном серьезе, что они там живут. В итоге мне просто пришлось принести им воды со снотворным, чтобы потом переложить в капсулы.

Зато Мэтью вышел к нам сам. Мрачный как туча, но сумевший в итоге пересилить себя и покинуть спасательный модуль. Да, такие на «Заре» тоже были. В целом, мой двоюродный братец повел себя даже адекватнее меня.

И только после этого вернулись коты, включая Фиру, и Фриз с Вадиком. Не обладая мощью Келя, им пришлось гораздо дольше возвращаться — зато в отличии от Пернатого эта пушистая толпа кинулась ко мне и Ане с плачем и слезами счастья на мордах. А вот Хвостик так и не появилась. Судя по всему, ей не хватило сил уйти от катаклизма.

— Надо собрать обломки для идентификации тех, кто тут копался на луне, — напомнил я. Мы падали от усталости, лица друзей посерели от пережитого — но свой долг надо было выполнить до конца.

— А если опять жахнет? — Мэтью сжал кулаки, а наша разноцветная братия дружно вздрогнула.

— Теперь мы знаем, насколько далеко распространяется катаклизм, — мне тоже было не по себе и хотелось только одного: со всех двигателей драпать из системы. — Но произошедшее… Если это были корабли Доминионов — значит, то, что они тут испытывали, однажды могут опять направить против нас. Я не только про нас конкретно, но и про Сто Миров и Вечную Пятерку. От того, что мы привезем, зависит слишком многое.

— Тогда и на луну придется спускаться, — передернула плечами Анасдея и зябко обхватила себя руками.

Словно дожидаясь этих слов, спутник планеты-гиганта озарился яркой даже на таком расстоянии — а отошли мы прилично, уходя от преследователей — чтобы спустя мгновение вспухнуть беззвучным взрывом, выбросившим в космос тысячи тонн породы и льда. Чтобы там не тестировали доминионовцы — или нашли и смогли активировать? — они не забыли замести следы.

[1] Например, МКС на орбите Земли находится на высоте четыреста километров над уровнем моря. Но луна планеты-гиганта кратно меньше нашей планеты, так что безопасно «прижаться» и пониже можно.

Год 1141 от начала Экспансии

Звездная система «Вечная Пятерка», планета Бета

Старая жевательная резинка. Которую жевали несколько дней и, пожалуй, даже несколько разных человек. Вот на что было похоже моё состояние. Вкус уже давно пропал, осталось только ощущение резины во рту. И натруженные челюсти.

Но хотя бы то ощущение животного ужаса, которое я испытал, когда по нам ударило то страшное оружие, прошло. Когда раз за разом сперва рассказываешь, а потом еще по мосту между разумами передаешь все свои воспоминания, они затираются, становятся не такими яркими, как были.

Как факты — это было. И все.

Я сидел в кресле, подобрав ноги — все равно ногами до пола достать не мог. Да и удобнее так было. Уютнее. Создавало ощущение, что я где-то в знакомом месте, а не в бездушной комнате службы безопасности Вечной Пятерки.

Напротив расположился молодой мужчина: рыжий, улыбчивый, ни за что не скажешь, что эсбээшник. На столе между нами стоял чайник и две чашки. Свою безопасник — его звали Элиас Рид — только что поставил.

— Спасибо, — произнес он, потирая виски. Он выглядел почти так же вымотанным, как и я, будто это он, а не я, только что пропустил через себя чужой кошмар.

Я пожал плечами — за что? Он верно понял сигнал, и пояснил.

— Пережить такое, а потом заново пропустить через себя. Нужна сильная воля…

— Понимание ответственности, — поправил его я. — Фактически, я единственный человек, который видел и может связно рассказать о новом оружии против одаренных.

«И о том, как оно ломает нас, обращая нашу же силу против нас», — мысленно добавил я, но вслух не произнес. Пусть это останется в отчетах, составленных их аналитиками.

Вежливость сейчас работала, как якорь. Не давая сорваться и начать орать на этого доброжелательного молодого человека, который уже далеко не первым задает одни и те же вопросы. Нет, я понимаю, что им нужно собрать максимально подробную картину, но как же уже достало! Иногда даже возникало ощущение, будто это я чуть не угробил «Зарю», а мне об этом мягко пытаются сказать. Будто они ищут, где я ошибся, а не что именно с нами сделали.

— Да, и это тоже, — кивнул Элиас. — Ты позволишь задать несколько уточняющих вопросов? Последних, обещаю.

— Конечно, — я сделал глоток из своей чашки. Чай оказался теплым и чуть сладковатым, с травами. Успокаивающими. Хороший ход, товарищи чекисты.

— Ты сказал, что в момент атаки, твоя собственная энергия «встала дыбом». Я не вполне могу интерпретировать переданные тобой ощущения, можешь пояснить?

Я прикрыл глаза, пытаясь подобрать верные слова. Чтобы это было не столько эмоционально, сколько технически достоверно. Но как описать вкус лимона тому, кто никогда не ел цитрусовых?

— Попробуй представить, Элиас, что каждая клетка твоего тела — это маленький солдат, который раньше послушно выполнял все твои приказы. А потом вдруг у каждого из них одновременно снесло крышу. Они все еще остаются на своих постах, но на приказы уже не реагируют, дерутся друг с другом, стреляют по своим… Как будто внутренний мятеж, понимаешь?

Согласен, не очень техническое описание. Но другими словами передать то, что я испытал в момент удара неизвестным оружием, не получалось. Этот же образ хоть какое-то представление давал.

— Ясно, интересное сравнение, — эсбэшник что-то быстро отметил на своем планшете. — И еще одно уточнение, если позволишь. Когда ты отдавал приказ Глораксу принимать бой, что тобой двигало в этот момент? Расчет? Интуиция?

— Беспомощность, — не задумываясь ответил я.

Повторный уход в гипер убивал нас с гарантией. Попытка так или иначе выбраться из зоны поражения «витальным селем» была единственным путем, который потенциально вел к чему-то кроме смерти. Я не мог управлять энергией Потока, лишился Зверей, но я все еще мог управлять кораблем. Через Глоракса. Это была… последняя точка контроля.

Элиас медленно кивнул. Его ободряющая улыбка на этот раз казалась настоящей, без профессионального налета. Он отложил планшет и отпил из своей чашки.

— Мы закончили. Спасибо, что помог во всем разобраться. Отдыхай.

Он не стал добавлять ничего лишнего. Я тоже. Кивнул, сполз с кресла и пошел к выходу.

Нас разместили в одном из тех санаториев, которые мы видели, когда впервые пролетали над Бетой. Мягкая лесная зона, тропинки, проложенные с видимой естественностью, пара неглубоких прудов с рыбой. По территории были разбросаны коттеджи в сдержанном скандинавском стиле — каждому из нас досталось по такому домику.

Социалы окружили нас заботой, предоставили лучших в их системе здравоохранения условия и специалистов. При других обстоятельствах это могло бы даже польстить — отношение как к героям, вот у кого Ста Мирам стоит поучиться. Но сейчас мне было абсолютно всё равно. Я открыл дверь, скинул обувь, сделал несколько шагов и рухнул лицом в постель.

Фамильяры со мной к особисту не ходили — я сразу согласился на выставленные условия… хм, не-допросов. Не то чтобы с моим радиусом связи между разумами это вообще играло какую-то роль. Но мы решили подчеркнуто сотрудничать и правил не нарушать. Однако оказалось, что контакт с близкими нужен не только разуму, но и телу, на уровне физиологии. Ра, Ная, Ло, Кер и Фира обложили меня со всех сторон живым, дышащим барьером. Они не требовали ласки, не тыкались носами, ничего не говорили. Просто отдавали тепло и поддержку, а их мерное урчание словно отсекало весь внешний мир.