Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников (СИ) - Фурсова Диана - Страница 28

— Влияние, которое помогает им удерживать себя, достойно уважения.

Элиана не посмотрела на него сразу. Не хотела, чтобы в её лице все прочитали то, что она сама ещё не могла назвать. Но сердце всё равно дрогнуло — предательски, больно. Его поддержка была публичной. Не тёплой, не личной, но настоящей. А для мужчины, который слишком долго прятал всё важное за молчанием, это было почти невозможным шагом.

Селеста тоже поняла.

— Разумеется, — сказала она. — Тогда, может быть, закрытый класс покажет нам, чему научился? Не как проверку. Как маленькое украшение вечера.

— Нет, — сказала Элиана.

Слишком быстро. Но верно.

Селеста едва заметно наклонила голову.

— Как жаль. Я думала, вы хотите, чтобы их увидели не пленниками, а учениками.

— Ученики не обязаны развлекать Совет своей устойчивостью.

Тарвин, появившийся за плечом Селесты, сухо произнёс:

— Формально демонстрация результата могла бы смягчить мнение старших домов.

— Формально старшие дома могут сначала научиться здороваться с детьми, прежде чем требовать от них результата, — ответила Элиана.

Кто-то в зале тихо ахнул.

Ардан стоял рядом. Не остановил её.

Это заметили уже все.

Музыка началась слишком резко, будто распорядители решили утопить неловкость в вальсе. Пары двинулись по залу. Свет заскользил по платьям, мундиры старших воспитанников смешались с шёлком драконьих леди, и бал на несколько минут снова стал похож на бал.

Элиана увела детей к боковой стене, где Морн заранее поставила небольшой стол с водой и простыми сладостями. Не подарками. Не проверкой. Просто угощением, одинаковым для всех учеников Академии. Терэн долго смотрел на тарелку, потом взял маленький медовый кругляш и осторожно откусил. Ничего не произошло. Он выдохнул так тихо, что услышала только Элиана.

Кай заметил тоже.

— Видишь, мелкий. Иногда круглая штука — просто круглая штука.

— Не называй меня мелким, — сказал Терэн.

Кай замер, потом кивнул.

— Ладно. Терэн.

Маленькое имя прозвучало куда важнее медового круга.

Элиана почти позволила себе расслабиться.

Почти.

Потому что Селеста не умела проигрывать быстро.

Она подошла позже, когда Ардана отвлёк Вальтор, появившийся у возвышения Совета в окружении двух старших лордов. Тарвин стоял неподалёку, делая вид, что изучает танцующих. На самом деле он смотрел на закрытый класс.

Селеста несла в руках тонкий бокал с искрящимся напитком, но не пила.

— Терэн, — сказала она ласково. — Вам идёт парадная форма. Вы почти не похожи на того испуганного мальчика из класса.

Элиана сразу шагнула ближе.

— Леди Вейлор.

— Не волнуйтесь, я лишь делаю комплимент.

Терэн застыл.

— Почти, — повторила Селеста, будто пробуя слово на вкус. — Как интересно, правда? Иногда достаточно красивой одежды, чтобы все забыли, что под ней всё тот же страх.

Тень под ногами Терэна дрогнула.

— Селеста, — сказала Элиана тихо. — Отойдите.

— Вы снова приказываете гостям Совета?

— Я защищаю ученика.

— От комплимента?

Селеста наклонилась к Терэну чуть ближе. Янтарный дракон на её шее вспыхнул тёплым светом.

— Скажи, Терэн, стены в этом зале тоже тебя слышат? Или они уже знают, что ты однажды не удержал западную стену?

Мир качнулся.

Не зал. Не пол. Именно мир — как тогда во дворе, когда взрослый смех попал в детский страх.

Терэн побледнел. Медовый кругляш выпал из его пальцев и рассыпался крошками по полу. Тень от колонны за его спиной вытянулась, вцепилась в светящиеся линии мрамора, и весь зал ответил низким гулом.

Музыка сбилась.

Одна пара остановилась, потом другая. Кто-то вскрикнул, когда по мраморному полу пошла тонкая тёмная трещина. Огни над арками замигали. В боковых окнах вспыхнули синие отражения северной башни, хотя башни отсюда видно не было.

— Назад! — крикнул Тарвин. — Закрытый класс сорвался!

Кай вспыхнул мгновенно. Синий огонь поднялся по его рукам. Лир схватил Лиру, Лира резко вырвалась, Мира закрыла уши, но трещины уже пошли по ближайшим бокалам, разлетаясь тонким звоном. Страх одного ребёнка потянул за собой страх всех остальных.

И именно это было настоящей ловушкой.

Не сорвать Терэна.

Сорвать весь класс перед Советом.

Элиана встала перед мальчиком.

— Терэн.

Он не слышал. Смотрел мимо неё, в тёмную тень под колонной.

— Я не хотел, — шептал он. — Я сказал нет. Я сказал…

— Я знаю.

Слова не дошли.

Шум в зале нарастал. Гости пятились. Старшие воспитанники пытались вывести младших, наставники кричали друг другу распоряжения. Ардан уже шёл к ним, но между ним и закрытым классом оказалась толпа. Если он сейчас применит силу ректора, дети почувствуют приказ. И страх станет сильнее.

Элиана вспомнила первый двор. Холодный снег. Камень под коленями. Маленького мальчика, который спросил, чудовище ли он.

Она опустилась перед Терэном, прямо на мрамор, не обращая внимания на ахнувших леди и шёпот гостей.

— Посмотри на меня.

— Она сказала…

— Она сказала чужое. А ты уже знаешь своё.

Он дрожал.

— Я не удержал.

— Нет. Ты тогда не хотел, чтобы стена упала. Это другое.

Тёмная трещина под ногами замерла, но не исчезла.

— Терэн, найди три вещи, которые не двигаются.

Он всхлипнул.

— Не могу.

— Можешь. Мы уже делали это.

— Все смотрят.

— Пусть смотрят. Они как фонари. Стоят и светят, даже если ничего не понимают.

Кай вдруг коротко фыркнул где-то сбоку, и этот звук, странно живой среди паники, стал первой щелью в ужасе.

Терэн моргнул.

— Колонна, — прошептал он.

— Хорошо.

— Вы.

— Да.

— Кай.

— Я? — возмутился Кай. — Я вообще-то двигаюсь.

— Не мешай, — прошипела Лира.

Элиана не отвела взгляда от Терэна.

— Значит, Кай старается не двигаться. Это считается.

Кай замер. Огонь на его руках стал ниже.

— Теперь две вещи, которые двигаются, но не страшны, — сказала Элиана.

Терэн посмотрел в сторону.

— Платье леди Морн.

Управляющая, стоявшая у боковой двери, застыла с таким лицом, будто никогда не ожидала стать частью спасительной формулы.

— Отлично.

— Ваш пояс.

Элиана почувствовала, как серебряная лента на её талии дрожит от движения воздуха.

— Значит, мир ещё не развалился. В нём есть колонна, Кай, госпожа Морн и мой пояс.

— И я, — сказал Лир вдруг.

— И я, — добавила Лира.

Мира опустила руки от ушей.

— И моя тишина.

Кай сжал кулак, гася последний огонь.

— И мой отвратительный характер. Он тоже пока цел.

Терэн смотрел на них. На всех. Не на Селесту. Не на Совет. Не на трещину.

— Я сказал нет, — произнёс он вдруг.

Элиана кивнула.

— Да.

— И если меня не услышали, это не значит, что я виноват.

Гул под полом оборвался.

Огни над арками вспыхнули ровно. Трещина на мраморе не закрылась, но перестала расти. Бокалы больше не звенели. Музыка молчала, гости молчали, Совет молчал.

И в этой тишине Терэн выпрямился.

Маленький мальчик в парадном жилете, бледный, с мокрыми глазами, но стоящий на ногах.

— Я не разрушил зал, — сказал он.

— Нет, — ответила Элиана. — Ты удержал его.

Кто-то из младших воспитанников у стены тихо захлопал.

Один раз. Второй.

Его тут же одёрнули, но было поздно. Несколько хлопков повторились с другой стороны. Потом ещё. Неловко, робко, не по протоколу. Не овация. Но живой звук, который Совет не успел запретить.

Селеста стояла неподалёку. Её лицо оставалось прекрасным, но улыбка исчезла. На запястье под рукавом вспыхнула тёмная печать, и Элиана увидела, как Ардан тоже заметил это.

Тарвин шагнул вперёд.

— Инцидент будет зафиксирован. Срыв силы при полном составе Совета…

— Не срыв, — сказал Ардан.

Голос его перекрыл зал.

Все повернулись к нему.