Дым и перья в академии Эгморра. Запретный плод (СИ) - Лин Кира - Страница 16

Его губы были бархатные, прикосновение - лёгкое и бережное. Руки скользнули по моим щекам, перебирая волосы, разминая, гладя. По его телу прошла дрожь. Меня окатило приятным ощущением слабости в его сильных руках, которые могли причинить мучительную боль.

Оно разжигало изнутри, словно искорки огня хворост. Бен только скользнул ладонью по линии волос, зарылся в них пальцами, а мне уже хотелось стонать от желания. Он поцеловал, чтобы успокоить, но плакать хотелось ещё сильнее, обжигающими слезами страсти.

Всего мгновение я ощущала его прерывистое дыхание на коже, пробовала на вкус мягкость губ - за окном раздался скрежет, будто кто-то царапал стекло. Для нас он прогремел раскатом грома. Я вздрогнула, и Бен резко отпрянул.

Его взгляд уколол в самое сердце. Снова холод и гнев, а под ними разочарование. Он пятился от меня, переполняемый яростью, в глазах мелькнул белый свет. Боль пронзила меня насквозь, сорвала дыхание. Хотелось кричать от досады, но я стиснула зубы и взяла себя в руки.

Он был перепуган не меньше моего, но предпочёл прикрыться злостью. Я тоже сумею сдержаться и не сломать его. Мы играли в игру - кто первый сдастся. Не всё так быстро, Бену нужно было время, а мне - терпение. Вот только где бы его взять?!

Я шагнула к окну и отодвинула штору. На карнизе сидели вороны - три чёрные птицы беспокойно вертелись, перебирая лапами. Увидев меня, они любопытно склонили головы. Меня вызывал Стэнли.

Разозлившись, я резко задёрнула штору и направилась к двери.

— Куда ты собралась одна? — устало выдохнул Бен, когда я взялась за дверную ручку. Вымученно улыбнувшись, я посмотрела на него через плечо.

— С тобой я тоже далеко не уйду.

Покинув пределы защитной магии, я даже не потрудилась оглядеться. Шла и кожей чувствовала фамильяров, рассевшихся гирляндами на деревьях. Шла, ощущая между лопаток взгляд Бена украдкой из-за шторы.

Почуяв шевеление тьмы в доме Саммер и холодок от приближения дождя, я застегнула плащ. Уткнулась в воротник-стойку, спрятала руки в карманы и, перебегая дорогу, обратилась в дым. Вся округа в курсе, что я ведьма. Так какого чёрта?!

Замерев у витрины магазина, я долго наблюдала за движениями Мишель. Она заботливо размещала уцелевшие фигурки на полочках, а те, что разбились, не трогала. Позже, когда кроме осколков, на полу ничего не останется, она опустится на колени и соберёт.

Но вот уже все предметы расставлены по местам, а Мишель не торопится лечить разбитые... Повесив скорбно голову, она застыла над осколками и прикрыла глаза.

Я решительно двинулась к двери, но в магазин вошла почти крадучись. Мишель уже знала, что это я, но не обернулась. Встав рядом с ней, я подняла руку ладонью вниз и опустилась на колени.

Магия золотыми искорками поплыла по воздуху, соединяя частички разбитых предметов и слепляя их. Медленно и с лёгким звоном стекла, они стекались в одну кучу и собирались, как мозаика, в различные фигурки. Вскоре на полу стояли сверкающий лебедь, девочка в пышном платьице и хрустальная шкатулка.

Я поднялась и посмотрела на Мишель. По её щеке сбежала слеза, и она открыла глаза. Мои поделки её не тронули, а, кажется, наоборот, вызвали глубочайшую печаль.

— А меня так же собрать тебе хватит сил, Эшли? — сестра перебирала чёрную ленту пояса на атласном платье цвета спелой вишни.

Я бы сказала, что оно шло ей и гармонировало с тёмными волосами, спадающими завитками на плечи. Но она выглядела бледной и осунувшейся, и платье буквально висело на ней.

— Нет, — рассеянно произнесла я.

— Жаль.

— Мишель....

— Похоже, у меня больше нет сердца. Или от него осталось так мало, один крошечный осколок, который никогда больше не сможет полюбить... — повернувшись, она посмотрела на меня потускневшими глазами. — Прости меня, Эшли.

— За что?

— За то, что я тебе не верила и злилась. Я предпочла негодяя сестре, ближе и родней которой у меня никого нет, и быть не может. Твои слова ранили меня, я повела себя глупо. Ты рушила мои идиллии, подрывала веру в чистую любовь, — шмыгнув носом, она прикрыла на миг рот ладонью. Прерывисто вздохнув, Мишель посмотрела на меня блестящими от слёз глазами: —Я наивна и простодушна, и осознанно не читаю тех, в кого влюбляюсь. Смотрю на них сквозь розовые очки и наделяю несуществующими качествами.

— Все мы совершаем ошибки, — вздохнула я и выдавила из себя улыбку.

Мишель же, напротив, посуровела. Подняв на меня тёмный взгляд, она качнула головой, отчего волосы рассыпались по плечам.

— Только не ты. Извини, что назвала бесчувственной. Я не имела права. Ты взираешь на жизнь под иным углом, поэтому не совершаешь ошибок. Ты прагматично судишь вещи, которые у меня вызывают детский восторг. За годы я так и не научилась чуять ложь. Сколько раз судьба стегала меня, а я так и подставляю другую щеку….

— Если бы ты знала, — дрожащим голосом начала я, но в глазах застыли слёзы. Мишель внимательно посмотрела, ожидая продолжения, но слова застряли в горле. Пришлось выкручиваться: — На мне слишком много обязательств. Я не могу позволить себе быть слабой, Мишель. Но душе хочется света, а сердцу - тепла. И я чувствую, Мишель. Более того - люблю. Всем своим существом.

— Кого? — шмыгнув носом, удивилась Мишель. — Лукаса?

— Кто такой Лукас?! Я уже не помню, как он выглядит, — закрыв лицо ладонью, я тихо застонала от беспомощности. — Я не помню его голоса.

— Тогда я не понимаю... — Мишель с растерянным видом смотрела на меня, и её слёзы высыхали.

Отняв руку от лица, я устало вздохнула. Надо было как-то подготовить её к новости о том, что мы живем под одной крышей с настоящим рагмарром. Но как сделать это деликатнее?

— Я люблю убийцу, Мишель.

— Бена? — взвизгнула сестра. — Рагмарра?!

— Ты же сходишь с ума из-за Тома. Почему такая реакция? — изумилась я.

Глаза Мишель стали ещё больше.

— Я не люблю Тома! Я переживаю разочарование и оплакиваю в очередной раз разбитое сердце! Он не заслуживает ни одной моей слезинки!

— Верно, — проблеяла я. Зачем я тут распиналась, чёрт возьми, не напомните? — А я о чём?!

— Ты сказала, что любишь Бена! — заорала переполненная эмоциями сестра.

— Да, — прошептала я. — Неловко получилось.

Во время нелёгкой паузы, повисшей так некстати, я шарила взглядом по помещению, изучала детали погрома, которые Мишель ещё не успела устранить. Смотрела куда угодно, только не в глаза сестре. Испытывала смущение, но она расценила моё поведение по-своему.

— Эшли? — протянула она голосом, не обещающим ничего хорошего. Прислонившись к стене, я посмотрела на неё - движение одних только глаз. — Ты хотела меня приободрить? И солгала про Бена?

— Что за вздор?! Нет, и в мыслях не было, — я сползла на пол и уткнулась лицом в колени.

Мне было необходимо выговориться, излить душу, ощутить поддержку. Наболевшие тайны тянули сердце вниз, отравляли его. Довериться я могла только Мишель, Лорелея побежит секретничать со Странником.

Прерывисто вздохнув, я подняла голову и смахнула слезу тыльной стороной ладони.

— Рагмарр — не приговор, не склад ума и черта характера, а расовая принадлежность, — проговорила я, глядя мимо сестры невидящим взором. — Среди магов тоже полно мудаков, и среди людей их хватает. Я знакома с рагмарром, который мухи не обидит.

— Не убедительно! — взорвалась Мишель, сжав кулачки, и шагнула на меня.

Я подумала, что доказывать искренность своих слов не лучшая идея, но сестру нужно было успокоить. Однако, любое оправдание могло вызвать аналогичную реакцию, и это ставило меня в тупик.

Плавно поднявшись без помощи рук, я текучим движением и с несвойственной человеку гибкостью скользнула мимо сестры. Она с недоумением наблюдала за мной, следила за каждым движением. По её лицу мелькнула гримаса страха. Что-то подглядела у меня в голове и ужаснулась. Да, я умею пугать. Что есть, то есть.