Чудовище - Корр Катрин - Страница 5

– Именно.

– Ладно, любовь моя, слушай песню. Не знаю, как тебе, но у меня она ассоциируется… с ним.

– Можно я назову тебя влюбленной дурочкой?

– Да, пожалуйста!

Через пол минуты в моих наушниках раздается приятная и завлекающая музыка, не говоря уже о мужском таинственном голосе. Я слушаю Play[1] несколько раз подряд, и почему-то мои мысли и впрямь кружат над образом Андриана Монструма, который никогда не вызывал у меня приятных эмоций. Да, я восхищалась его мастерством перевоплощений, но всегда неосознанно объединяла его личность и вымышленный образ в единое целое. И хотя часть меня понимала, что так делать неправильно, всё же Андриан был очень похож на всех тех ужасных персонажей, которых играл в кино: маньяк в обличии молчаливого и скромного студента колледжа, серийный убийца с раздвоением личности, который съедал сердца своих жертв, бессмертный урод, живущий на вершине заснеженной горы, который пожирал заблудившихся в лесу девушек.

Разумеется, Андриан Монструм никого не убивал, не ел и не вырывал ничьи сердца. Разве что, он давно похитил сердечко моей лучшей подруги. Впрочем, как и миллионы других.

Стеклоочистители сурово сметают капли дождя с лобового стекла пятнадцатилетнего MINI Cooper, и моему взору предстает яркая и светящаяся в желтых огоньках афиша долгожданного и громкого фильма известного режиссера:

Кинокритики назвали эту картину лучшим готическим фильмом ужасов за последние десять лет. По-другому и быть не может, ведь в главной роли никто иной, как…

– Эй! – вырывает меня из мыслей недовольный мужской возглас, сопровождаемый громким сигналом клаксона. – Едь уже! Зеленый горит!

Вот так всегда: стоит только подумать, как у некоторых продолжается беззаботная жизнь, полная успехов и радости, в то время как моя блуждает во тьме неизвестности, меня словно отрывает от земли, и единственное, что я чувствую – пульсирующую рану в груди. И злость. Особенно сегодня.

Недовольный кретин на ржавом джипе обгоняет меня и демонстрирует средний палец, который, очень надеюсь, кто-нибудь ему сломает. Сворачиваю во двор светящегося многоквартирного дома со стильным освещением и кирпичным фасадом, куда папа с Кариной переехали год назад, и паркуюсь недалеко от шлагбаума, потому что пульт от него опять куда-то запропастился.

– Ну вот ещё! – сетую на внезапно усилившийся дождь. Он так громко барабанит по крыше, что похоже на град. – Лучше и быть не может. И как я теперь пойду, а?

Достаю телефон из сумочки и только собираюсь позвонить Карине, которая ждет меня с пирогом и чаем, как на экране высвечивается незнакомый номер.

С трудом сглатываю, напуганная грохотом дождя, который принимаю за знак… Два года прошло, а мое сердце всё так же замирает в груди при виде входящего вызова от неизвестного абонента. Вдруг это… она?

– Я слушаю? – спрашиваю настолько тихим и осторожным голосом, что сама не слышу его.

– Ханна! Алло, Ханна, ты слышишь меня?

Это не Кристина. Не её звонкий и легкий, как пушинка, голос. И тем не менее, он мне знаком.

– С кем я говорю?

– Это Саша!

– Саша? – закрываю ладонью левое ухо, чтобы хоть немного заглушить шум. – Какая именно Саша?

– Белых! Саша Белых!

– А-а! Теперь ясно. Я из-за дождя плохо тебя слышу. Ты сменила номер?

– У меня телефон разрядился, а вокруг ни у кого нет зарядки! Повезло, что твой номер я выучила наизусть! Ханна, ты мне срочно нужна! Выручи меня, умоляю!

Сегодня точно не тот день. Как в прошлом году, так и в этом, сегодня у меня выходной в густом и сером цвете дождливого неба.

– Только ты можешь мне помочь!

– Саш, я бы с радостью, но сегодня у меня не просто день, а…

– Поверь, у меня тоже не просто день! – вскрикивает она, не дав мне закончить. В её голосе звучит отчаяние. – Моя сестра… Она снова угодила в неприятности и попала в аварию… Черт!

– Ясно. Так, спокойно, Саш…

– Мне нужно быть в больнице! – восклицает она. – Срочно, Ханна!

– Хорошо. Я поняла. Хочешь, чтобы я отвезла тебя?

– Нет! Нет, дело в другом… Я на такси доеду. Я не знаю, что с ней, мне толком ничего не успели объяснить, потому что гребаный телефон разрядился! Ханна, мне не к кому больше обратиться, пойми… Сегодня очень важный день, работы выше крыши! Я столько сил и времени потратила на то, чтобы пробиться сюда, а теперь всё летит к чертям из-за моей глупой и бессовестной сестрицы! Если меня уволят, я убью её! Я ведь говорила ей не ездить на прослушивание неизвестно к кому, но она не послушала меня и… Ах, я не знаю, что и думать!

Жаль, что я не сказала того же своей подруге. Даже не подумала остановить её.

– Успокойся и поезжай к сестре, – говорю, тряхнув головой. – Я всё сделаю, только скажи, что именно? Я пока не понимаю, чем могу быть тебе полезна.

– Господи, спасибо тебе, Ханна! Ты настоящий друг!

Будь моя близкая подруга сейчас рядом со своими родителями, со мной и всеми нашими друзьями, я бы улыбнулась этим словам и с гордостью Кинг Конга, бьющего себя по груди, прокричала: «Да! Я отличный друг! Я очень редкий и прекрасный друг!»

Но черта с два это так.

– Сегодня гостями ночного шоу «После полуночи» будут Андриан и Алексис Монструм, и я должна их подготовить к эфиру.

Мое лицо моментально вспыхивает. Меня словно током шарахает при звуке этого проклятого имени. И ветер вдруг за окном воет одиноким волком, заставив поежиться от затаенного страха и холода.

– Я думала, ты готовишь актеров для идиотского развлекательного шоу с перьями в заднем проходе и свистками во рту, которое идет по выходным.

– Я уже полтора месяца работаю в «После полуночи». Мне сказали, что меня не отпустят, если я не найду себе замену! Здесь с этим очень строго…

Чувствую себя мышкой, увидевшей лакомый кусочек ароматного сыра, только не на блюдце, а внутри очень большой и убийственной мышеловки.

– Неужели во всей телебашне не найдется ни одного свободного визажиста?

– Алексис своенравная, – неохотно признает Саша. – За то время, что я работаю в «Монструм Студио», она запретила прикасаться к своему лицу дюжине визажистов. Не так давно у нее был свой личный, но и его она вышвырнула, когда бедняга накосячил с автозагаром. Но тебе не стоит беспокоиться. Я уже сказала режиссеру, что у меня есть подруга, и она профи: визажист, художник по гриму, а ещё у нее популярный бьюти-блог. Валерия знает тебя, видела твои работы, и она не против, чтобы ты поработала сегодня за меня. Разумеется, часы, проведенные здесь, оплачиваются! Ты ведь выручишь меня, Ханна? Пойми, я нужна своей сестре!

Приблизиться к Андриану Монструму настолько, чтобы коснуться его пугающе жесткого лица? Заглянуть в его большие и лживые глаза, чтобы почувствовать за ними зло, которое он олицетворяет? Разве это не шанс, которого я так долго ждала?

– Хорошо, – отвечаю я, не сводя глаз с воды, стекающей мощным потоком по лобовому стеклу. – Я приеду.

Правда? Я действительно это сделаю?

– О, боже, Ханна, спасибо! Я у тебя в неоплатном долгу! Приезжай к десяти вечера. Я сделаю тебе временный пропуск и оставлю его на посту охраны.

Господи, я правда это сделаю?

– Договорились. – Нет, я ещё не уверена. Шея и грудь горят, как от солнечного ожога. Это волнение? Страх? Ужас? – Надеюсь, с твоей сестрой всё будет хорошо. Пожалуйста, позвони мне, как со всем разберешься.

– Конечно, Ханна. Ещё раз спасибо тебе!

Завершив разговор, кладу руки на колени, как примерная школьница. Невидимое облако сомнений нависает надо мной, запугивая сверкающими молниями. Наверное, так ощущается предчувствие чего-то ужасного и зловещего.