"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Ло Оливер - Страница 391

Однако еще один повод для переживаний у меня появился — помню, наши волхвы из лекарской части часто вскрывали тварей, чтобы понять, как они устроены. Бывал я пару раз на таких вот мероприятиях — мерзко, хотя и познавательно. И вот теперь я переживал, как бы они или он не захотели вскрыть меня.

Я прикинул, как могу защититься от подобного, но по всему выходило, что никак. Впрочем, мизерный шанс у меня все же появился — одно легкое уже немного восстановилось, и я скоро смогу сделать вздох. Не будут же они резать живого человека? Или будут?

Понять бы еще, куда я попал — ну, говорят по-русски — уже хорошо. Правда, говор какой-то не такой, режет слух. Но за такое время все могло поменяться. Но это точно моя земля, чувствую я ее. Как и мертвых — далеко очень, почти за гранью, но они тут есть. Значит, и спустя столько лет ничего не закончилось. У нас не получилось? Но люди-то живы, иначе бы их давно смели. Мне надо срочно оживать и разбираться во всем.

Не привык я вот так вот просто лежать, да и належался уже за столько-то веков. И ладно бы хоть кто-то посидел рядом, поговорил — нет. Все тихо.

Не знаю, сколько времени прошло — может, день, может, и два. А может, вообще года, но вот мои уши уловили посторонний звук. За это время я уже наполовину восстановил легкие, источник окреп и начал потихоньку питать образы. И, конечно, основной — это волк, в него я могу превратиться хоть сейчас. Но очень не надолго, и потом опять стану полутрупом, и все придется начинать сначала. Интересно, это тот, кто меня вытащил, пришел? Однако реальность оказалась куда хуже…

— Да не суетись ты… — говорил кто-то шепотом и чуть с придыханием. — Ты видишь, сколько на нем золота? А одежда? Да она миллионы может стоить! Граф и так богат, а нам это нужней. Получил свой труп — пусть радуется. А мы, когда это добро продадим, не хуже его заживем.

— Если нас поймают, он нас точно в кипятке сварит… — опасливо возразил другой голос.

— Поймают, если ты так сильно будешь трястись. — возмутился первый. — Вон, видишь охранные контуры? Дотянись до главного, и сигнализация отключится.

— Ключ же внутри саркофага!!! Ты хочешь, чтобы я полез к мертвецу⁈ — взвизгнул Трус — так я решил называть второго.

— Ну не я же? Магией из нас двоих только ты владеешь, — усмехнулся первый, которого я окрестил Наглым.

— Я знал, что будет какой-то подвох, — прошипел Трус.

— Лезь давай! — послышался железный щелчок.

— Это что? Это ты меня убить решил⁈

— Скажем так, это небольшая страховка от неожиданностей. Не люблю трупы, ты ж знаешь.

— Сволочь ты, — послышалось кряхтение, и я вдруг почувствовал тяжесть.

— А-а-а-а, я на него упал!!! — завопил трус.

— Ну так сделай ему предложение руки и сердца, раз уж вы стали с ним так близки! Быстрей отключай, идиот, пока охрана на твои вопли не сбежалась!!!

— Не торопи меня. Я и так держу поле, чтобы сигнализация не сработала! Да где же этот артефакт⁈

Грабители. Меня грабят⁈ Какой позор! И что я могу сделать, чем ответить? На кол посадить — это запросто. Но потом, когда в силу войду. А надо сейчас. Эх, сгорел сарай, гори и хата.

— Вот он, нашел… — пробормотал Трус, и в этот момент моя рука окуталась пламенем. На краткий миг, но сумела его обжечь.

Тот взвизгнул скорей от неожиданности, чем от боли, дернулся, и тут же сработала сирена.

— Валим!!! — испуганно заорал Наглый, но было поздно.

Видать, у упомянутого графа хоть и были дыры в охране, но не такие большие. Поэтому спустя пару секунд послышались крики боли, мольбы о пощаде, пахнуло смертью. Тут явно с грабителями и ворами был разговор короткий. Одобряю и поддерживаю.

— Скормите их псам, — раздался знакомый голос. — Мне же не надо говорить, что ничего не было?

— Нет, Ваше Сиятельство. Все сделаем.

— И зайдешь потом ко мне и расскажешь, как они сюда пробрались, минуя охрану. И на всякий случай, надеюсь, у тебя готово завещание. Потому что если мне не понравятся ответы, ты повторишь их судьбу. Иди уже, а то ты так трясешься, что меня укачивать начинает.

Тихие шаги, и вот я прямо чувствую, как он навис надо мной, рассматривая, как редкий экспонат.

— Кто же ты такой, Мстислав Дерзкий? Почему на тебе одежда императорского дома Инлинг? Почему на ней вышиты его гербы? Далекий предок? Но их имена все известны, как и места захоронений. Очень интересно и необычно. Пожалуй, я пока не буду разглашать информацию о своей находке. Ты можешь стать интересной картой, если ее правильно разыграть.

— Кстати, — он втянул носом воздух. — Как ни странно, от тебя вообще не пахнет тленом и смертью. И одежда идеально чистая, будто только вчера тебя в нее одели. Необычно, непонятно. Загадка, которую я непременно разгадаю. Позже я тобой займусь более внимательно.

Отвернувшись в сторону, он негромко приказал:

— Усильте охрану, пусть у саркофага все время находится маг из личной дружины. Еще одна такая попытка, и вы все у меня на корм нежити пойдете.

Голос все удалялся, но я не обращал на него внимания. Вспышка огня выпила из меня все с трудом накопленные силы, поэтому пришлось все начинать сначала. Да, быть может, это было глупо, но лишиться последнего, что связывало меня с прошлым, я никак не мог.

Поздно сообразил и направил эфир с сердца на сосуды — толку-то от него, если вен и артерий нет. Впрочем, крови во мне тоже нет — влаги в теле не осталось. Хотя через кожу она уже начала поступать вместе с воздухом, но пока ее бесконечно мало, и идет она в легкие. Болтать я и без сердца смогу.

Прошло еще… Не знаю… Много времени прошло, как мне кажется. По крайней мере, судя по тому, что я почти восстановил кровеносную систему и закончил с правым легким. А вот левое пока не работает.

Впрочем, я пока не спешил являть себя миру живых — Навь знает, как они это воспримут. Поэтому я все так же лежал и маялся бездельем, когда уставал гонять капли эфира по органам. Источник потихоньку рос и уже был где-то на уровне одаренного младенца. Прогресс налицо!!! А потом…

— Ты живой, да? — услышал я детский голосок, и если бы был в состоянии, точно бы подпрыгнул от неожиданности.

— Ой, ты так ярко удивился! — засмеялся кто-то.

Воображение тут же нарисовало мне девчушку лет десяти. Эдакую хитрющую проказницу.

— А вот сейчас напрягся. Теперь снова удивился. Опять… Ты не мог бы так резко не менять свое настроение, а то я теряюсь…

Сказать, что я обалдел, не сказать ничего. Эта малявка меня чувствовала⁈ Другие нет, а вот она да. И читала мои эмоции, как открытую книгу. Очень интересно. Редчайший дар в мое время. Таких мы называли Видящими и относились со всем почтением. Ибо враг хитер и опасен, а они могли с легкостью считать все, что на душе у человека. Пока подобные ей рядом, спрятать яд или кинжал за угодливой улыбкой не получится.

— А теперь ты радуешься непонятно чему. А я вот устала — сначала мамке помогала комнаты хозяйские убирать, потом подушки графа взбивала — а они знаешь, какие тяжелые? Умаялась, жуть. Так еще и Тонька, дочка его, губы кривит, да пальцем тыкает — все ей не нравится. Дура она, даром что графиня. И смотрит так, как будто на червя. А с чего бы это? Я не холопка, а вольная. Вот подрасту и уйду от них — будут знать. Я, кстати, графу-то говорила, что ты живой, а он отмахнулся — не поверил. Мне вообще никто не верит — считают глупой, блаженной. Мамка из-за этого иногда плачет, а мне обидно.

Если они этого не видят, то это же не значит, что этого нет, правда? Вот я знаю, что ты живой, а они нет. И одежда у тебя красивая, хоть и непонятная. И борода, хоть и длинная, но вполне ухоженная. Правда, совсем седая, но ты ж старик, тебе можно.

— Что? Борода? Какая к демонам борода? — забился я внутренне в истерике . — Никогда ее не отращивал. Девки любят гладкие лица. Так еще и седая⁈ У-у-у-у, не успел пожить, а уже постарел. Хочу умереть!

— Ой, ты расстроился. А чего я такого сказала? Я ж вижу, что тебе прям плохо стало. Хотя, чего плохо-то? Лежишь себе — никто не дергает, ничего от тебя не требует. Хотя нет, я бы с тобой не поменялась. Я бегать люблю, а еще кашу с мясом. Тетка Наталья знаешь, как готовит? У-у-у-у, не оторваться! Сам граф говорит, что она уникум, и такой еды даже в Новгороде не сыщешь. А он-то знает — чай, постоянно туда ездит. Вот и сейчас, наверно, там — вчерась быстро собрался и уехал. И когда вернется, не ведаю.