"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Ло Оливер - Страница 319

Самодельная броня, налепленная поверх кузова, не выдержала такого удара. Листы пошли волной, кабину перекосило, дверь вырвало вместе с петлями.

Передняя часть вмялась, двигатель ушёл назад, пробив перегородку. Капот, которого и так почти не было под железными накладками, теперь и вовсе исчез.

— Скорее вниз! — скомандовал я.

Я не был уверен, что Пантелеев погиб. Он был слишком живуч. А значит, я должен его перехватить.

Мы рванули к спуску. И в этот момент раздался взрыв.

Бахнуло так, что в ушах зазвенело. Видимо, рванул бензобак — возможно, пробило бензопровод и коротнуло от удара. Кто его там теперь знает.

Огонь мгновенно охватил броневик. Пламя вырвалось из-под кабины, языки огня облизывали покорёженные листы.

— Так даже лучше, — пробормотал я. — Так надёжнее.

Петя отставал. Лишний вес, короткие ноги, тесные брюки — не лучший набор для спринта. Я в джинсах и кроссовках уже привык в последнее время к своей беговой жизни.

От броневика пыхало жаром пламя. Вторым хлопком оторвало ещё одно колесо. Горящее, оно покатилось в нашу сторону, чадя чёрным.

— Осторожно! — крикнул я.

Колесо летело прямо на нас.

И тут Петя, неуклюжий Петя Коровин, который только что три раза подряд чуть не навернулся на камнях, ловко выставил ногу и отбил его в сторону. Мы оба проследили взглядом, как колесо шмякнулось на бок, несколько раз колыхнулось восьмеркой, будто пыталось встать и покатиться дальше. Потом замерло.

Пламя, охватившее разбитого монстра, разгоралось. Горела кабина, плавилась панель, сиденья вспыхнули, как факелы. Где-то там, внутри, должен был быть Пантелеев.

— Вот и всё. Вот и нет Пантелеева, — проговорил я вслух.

От жара я сместился вбок. И думать было нечего о том, чтоб подобраться ближе. Я смотрел, как огонь выжигает кабину, как чёрный дым поднимается столбом.

— Егор… — тихо сказала Иби. — Я чувствую присутствие Селены.

— Твою мать… Он что, жив?

— Не знаю. Но я чувствую её.

В её голосе прозвучала тревога.

И тут это произошло.

Из пламени вышел силуэт. Несомненно человеческий.

Он полыхал. Одежда горела, ткань плавилась, кожа обугливалась, но он шёл.

Я выхватил пистолет.

Бах!

Он дёрнулся, на секунду осел на одно колено — и вот снова пошёл на меня.

— Егор! Он в бронежилете! Стреляй в голову! — крикнула Иби.

— Сука… как такое возможно? Он же горит заживо! Это же… больно!

Никто не смог бы идти, будучи сжираемым открытым огнём. От этой боли не сможешь даже дышать. Мне хотелось заорать: да стой же, Пантелеев, ты горишь!

Впрочем, спасать его было бы уже бесполезно, даже если б он меня теперь услышал.

— Селена, видно, притупила болевой порог. Он просто не чувствует боли. Она отключила всё лишнее.

Пылающий человек приближался. В руках — кусок искорёженного железа, вырванный из корпуса броневика. Чертов Т-1000.

Я прицелился.

Бах!

Пуля прошла рядом с его виском. Сполохи пламени качнулись, но шаг Игнат не сбавил.

Щёлк.

Затвор встал в заднем положении, на задержке.

А это значит, что патроны кончились.

Чёрт. Я расстрелял весь свой восьмизарядный магазин. В окно палил по колесам на трассе, а теперь… Но у меня есть ещё запасной.

Смена магазина.

Рука нырнула в кармашек кобуры. Выдернула запасной магазин. Большим пальцем я уже нажал кнопку сброса — пустой магазин выпал на землю. Новый в секунду встал в рукоять.

Оставалось нажать на кнопку затворной задержки. Еще мгновение и…

— Осторожно! — крикнула в этот момент Иби.

Горящий человек замахнулся железякой.

Я не успевал на какие-то доли секунды.

Бах!

Выстрел раздался за моей спиной.

Пуля вошла в глаз монстра. Из глазницы брызнуло, железяка повисла в его руке, опустилась, едва не зацепив меня.

Бах!

Вторая пуля пробила горло.

Бах!

Третья — лоб.

Горящий человек рухнул на камни. Уже, наверное, был мёртв, когда падал.

Я резко обернулся.

Петя стоял с пистолетом в вытянутых руках.

И это был не табельный ПМ. Модель какая-то явно нестандартная.

Он не улыбался. Лицо серьёзное и сосредоточенное.

— А… ты чего? — вырвалось у меня.

— Я тут тебе помог немного, Егор, — сказал он, убирая пистолет.

— Спасибо… — всё ещё слегка обалдело ответил я.

Я посмотрел на оружие в его руке.

— Ну, рассказывай, Коровин. Кто ты у нас такой?

— В каком смысле? — удивился он. — Я? Перевёлся из участковых…

— Ага, я понял, да, — я вытер пот, лившийся со лба от жара и напряжения. — А что за пистолет у тебя?

— Да, это я изъял в своё время, — спокойно сказал Петя, но снова с фирменной улыбочкой беззаботного пионера. — Приберёг на чёрный день. Да, Егор, я знаю, так делать нельзя, но уж больно понравился этот пистолет.

Я посмотрел на него внимательно. Задержал взгляд и только потом заговорил:

— Понравился, ага. И что ты мне тут заливаешь, Пётр? Бутылку ты тогда швырнул в лобовое, когда меня пытались вкатать в землю на «Жигулях». Не случайно ведь. На осмотре в квартире у Эбеля ты чётко выдал версию про отрубленные пальцы. В актовом зале наступил Пантелееву на ногу — я тогда подумал, случайность. А теперь понимаю, ты проверял реакцию. И да, я навёл справки. Никакого участкового Коровина у нас нет.

Он выдохнул.

— Я и не сомневался в тебе, Егор. Ну теперь уже можно рассказать. Ты свой. Наше ведомство давно разрабатывало Кольева и его махинации.

— Я уже понял… Только скажи, а зачем тебя приставили именно ко мне?

— Признаться, поначалу мы и тебя подозревали. Ты слишком активно копал. Слишком близко подошёл к проекту «Селена». Думали, можешь работать на третью сторону.

— Из какого ты отдела? — спросил я.

Он помолчал секунду.

— Управление по кибербезопасности.

— Не слышал о таком.

— И не должен был. Это закрытое структурное подразделение ФСБ. Курирует технологические угрозы и внутреннюю диверсию через высокие технологии. Формально нас не существует.

Я присвистнул.

— И вы знали про Селену?

— Знали, что ведётся некая разработка. Но не знали масштабов. А потом получили информацию, что иностранные спецслужбы пытаются завладеть материалами.

— Какими именно?

— Искусственный интеллект.

Я кивнул, а ФСБшник продолжил:

— Мы знаем, что есть биологический прототип. Но не понимали, как он работает. И неизвестно, где он сейчас.

— Прототип у Разумовского, — сказал я.

Петя посмотрел на меня без удивления, потом спокойно кивнул.

— Мы тоже пришли к этому выводу.

— Ну, конечно, — резко хмыкнул я, а потом повёл рукой в сторону останков автомонстра. — И что дальше?

Он перевёл взгляд на догорающий остов броневика.

— Дальше, Егор, игра продолжится. Разумовский будет сегодня арестован. Надеюсь, все закончится.

— Наверное, теперь Селена уничтожена, она была внутри Пантелеева, — сказал я. — А он мертв. Всё кончено.

— Егор… — тихо и с удивлением произнесла Иби. — Селена не уничтожена.

— Как это? — я не сдержался, проговорил это вслух. — Это невозможно.

— Я тоже так думала. Но я до сих пор чувствую её.

Я посмотрел на обугленный труп. Нет, теперь уж он точно мертв, мертвее не бывает.

— Это что получается? Пантелеев не был единственным носителем?

Я замер от осознания.

— Получается, не был. Он действительно отвлекал. И нас тоже. Спецназ, полицию, всех. Чтобы основной носитель смог уйти из города.

— Кто, черт возьми, этот основной носитель?

Кулаки сжимались сами собой. Хотелось отбросить бесполезный теперь пистолет и бежать, продолжая погоню — пешком, если надо.

Но за кем?

— Я не знаю.

— Думай, Егор, думай, — пробормотал я сам себе.

И вдруг меня осенило.

— Я знаю, кто это! Тот, кто приказал Пантелееву убить Кольева прямо на демонстрации.

— Но зачем ему это? — спросила Иби.

— Не ему. Ей. — Я почувствовал холод внутри. — Она хочет большего. Не просто внедрения в МВД. Она хочет распространиться по всей стране, по всему миру. Убрав Кольева, она избавилась от человека, который собирался использовать её локально. А теперь у неё совершенно другой план. Гораздо более масштабный.