Невозможно представить… Часть 1 - Кей Дж. - Страница 9

И мрачно добавила.

– Поверь мне. Это я могу.

– Это не оправдывает его, – горестно шептала девушка, и Джулия поняла, что наделала. Эта наивная добрая девочка верила в непогрешимость своего старшего брата, точно так же, как верила в Бога. А она, Джулия, нарочно или случайно, поколебала эту веру. И теперь каждый раз, глядя на Алекса, Лили будет вспоминать темные пятна синяков на ее коже. Джулия стала противна сама себе. Какого бы сильного отвращения она не испытывала к Вентворту, она не имела права так поступать с Лили.

– Послушай меня, Лили! – жарко зашептала она, гладя девушку по тяжелым кудрявым волосам. – Ты знаешь меня всего один день. У меня скверный характер! Я постоянно со всеми спорю – просто не могу остановиться! Это доведет до умопомрачения кого угодно, даже самого смирного человека! А Алекс! Из слов миссис М. я поняла, что он ни разу в жизни ни чем не обидел тебя! Пообещай, что твое отношение к брату не изменится! Что ты забудешь о том, что сегодня произошло! Хорошо?

Застыв на пороге, Алекс смотрел и не мог поверить в происходящее. Девушка, которая бросила ему в лицо, не побоявшись, обвинение в том, что он покупает друзей для Лили, которая перечила каждому его слову, умоляла его сестру не придавать происшедшему с ней слишком большого значения. И в придачу ко всему обвиняла себя в его несдержанности. Она гладила Лили по волосам, шептала ей слова утешения, ласково улыбалась, пытаясь исправить ошибку, которую совершил он не без ее участия. Он не мог больше молчать.

– Лили, – негромко позвал он, и обе девушки вздрогнув, повернули к нему свои головы. Он посмотрел сначала на сестру, потом на обнимавшую ее Джулию. Словно поняв его взгляд, последняя опустила руки и отступила в сторону. В карих теплых глазах Джулии светился упрек.

– Лили…

– Я хочу, чтобы ты извинился перед Джулией, – сглотнув, твердым голосом сказала она.

– Мистер Вентворт уже извинялся, – подала голос Джулия, прекрасно понимая, что этого унижения мужчина ей не простит.

Закаменевшее лицо и холодный взгляд, брошенный в ее сторону, подтвердили ее догадку.

– Я прошу прощения за причиненные Джулии неприятности, – ни к кому конкретно не обращаясь, сухо сказал Алекс.

– Все нормально, – выпалила Джулия, видя, что Лили собирается еще что-то потребовать от старшего брата.

Однако девушка была непреклонна.

– Она не будет работать горничной. И будет жить в голубой комнате!

– Лили! – в голосе Алекса зазвучали стальные нотки.

– Ты виноват, и сам знаешь это! – Джулия с удивлением посмотрела на девушку. И перевела взгляд на мужчину. В его глазах было столько ненависти к ней, что она невольно отступила назад.

– Я пойду, – она махнула рукой в сторону, подавляя в себе желание немедленно бежать. И, повернувшись, быстрым шагом пошла вдоль диванов, всей душой желая скорее свернуть за угол и не чувствовать на спине его тяжелый взгляд.

Алекс смотрел Джулии вслед до тех пор, пока она не скрылась за дверями, ведущими в западную часть его дома. А потом медленно повернулся к Лили.

Его маленькая сестра одарила его странным взглядом, в котором уважение и любовь перемешались с разочарованием и горечью. Она смотрела на него, вдруг понял он, глазами взрослой женщины.

– Мне очень жаль, малышка, – просто сказал он, чувствуя, что в следующий раз просто убьет эту невыносимую Джулию. – Я сделаю так, как ты хочешь.

Девушка кивнула. Огромные синие глаза словно пытались что-то сказать, а маленькие руки мяли и рвали лепестки белой камелии. Алекс перевел глаза с растерзанного цветка на расстроенное лицо Лили, и жалость захлестнула его. Но младшая сестренка нуждалась в хорошем уроке. Она получила то, что хотела. Но еще должна усвоить, что у всего есть цена.

И, не сказав больше ни слова, он вернулся в гостиную.

9

Ковыряясь вилкой в тарелке, Алекс угрюмо молчал. Настроение было просто отвратительным. А всему виной эта журналистка. Нужно было сразу отправить ее в Дубай. Пусть бы там с ней разбиралась полиция. Черт его дернул оставить ее здесь!

– Алекс! – подала голос сидевшая на противоположном конце стола Элис, и он с неохотой оторвался от растерзанного в крошки бифштекса.

Они ужинали сегодня вдвоем, и Алекс предпочел бы видеть здесь Лили, а не Элис. Нужно было и ее отправить на материк еще днем, мелькнула вдруг мысль, но в череде сегодняшних событий он совершенно забыл о своей гостье.

Он знал Элис чуть больше года. Встретились, Алекс еле заметно улыбнулся, на очередном чертовом приеме. Она была очень мила, ненавязчива, и он тогда подумал, что эта женщина могла бы составить ему хорошую пару. Но эта мысль у него отпала после непродолжительного знакомства. Насколько она была красива – настолько убога эмоционально. Он видел несколько ее фильмов – она была бесподобна, переживая чужие драмы. А в жизни, как ему часто казалось, она была бесчувственной куклой. Его невыносимая сестренка каждый раз пыталась вывести ее из себя, чтобы (как она ему однажды пояснила) убедиться, что у этой Элис по венам течет горячая кровь, а не холодная вода. Но любая выходка Лили была безуспешна – Элис лишь мило улыбалась в ответ на то, за что другая отвесила бы звонкую оплеуху. А откровенно хамить Лили не решалась.

– Твоя сестра не осчастливит нас своим присутствием? – язвительно поинтересовалась Элис.

Алекс пристально посмотрел на нее. В голубом вечернем платье, с прической, вся такая утонченная и изысканная, она отлично вписывалась в интерьер его столовой, выдержанной в бирюзовых тонах.

А та, другая…

Алекс, сам не зная, почему, сравнил вдруг ее с журналисткой.

И сравнение было не в пользу последней, но все же…

Глядя, как Элис изящно подносит вилку ко рту, демонстрируя свои хорошие манеры, он вспомнил, как сегодня днем Джулия ссорилась с ним. И ей было абсолютно все равно, кто он! Она не заискивала перед ним, не пыталась произвести впечатление просто потому, что в его чековой книжке не хватит места, чтобы вписать все нули. Он ей не нравился – и все!

– Элис, я тебе нравлюсь? – задал он вопрос сидящей на противоположном конце стола женщине.

Та вскинула на него удивленные глаза.

– Ну конечно, милый! – с оттенком легкого недоумения сказала она, словно он был идиотом, не понимающим очевидных истин.

– Может, я не очень удачно задал вопрос, – пробормотал Алекс. – Давай по-другому. Во мне есть что-то, что тебе не нравится?

– С чего это ты решил заняться самоанализом? – прищурилась Элис.

– Отвечай на вопрос, дорогая, – улыбнулся он, однако в голосе послышался приказ.

– Мне нравится в тебе все, – женщина даже не колебалась.

– Вот как? – темная бровь на лице мужчины удивленно поползла вверх. – А то, что я бросил тебя, тебе тоже понравилось? – вкрадчиво спросил он.

– Алекс, – на глаза Элис навернулись слезы. Моргнув несколько раз, женщина глубоко вздохнула и еле слышно произнесла.

– Я надеюсь, что это…, – она замялась. – Временно.

– Ну и зря, – отрезал мужчина.

Элис пристально смотрела на него несколько минут, словно решала, как поступить. Если бы это была журналистка, усмехнулся про себя Алекс, у него челюсть бы неделю болела от ее пощечин.

Элис же, сглотнув, с трудом произнесла.

– Временами ты бываешь очень жесток.

– Это единственный мой недостаток? – поинтересовался мужчина. – Или есть еще?

Но Элис в ответ лишь скомкала салфетку и бросила ее на пол.

– Прошу меня извинить.

Глядя вслед удалившейся женщине, Алекс тихо сказал.

– Как всегда, манеры и хорошее воспитание одержали верх.

Но какого черта эта Джулия постоянно лезет ему в голову? Почему он сравнивает ее с Элис, которая является признанной красавицей во всем мире?

Он откинулся на спинку стула, устремив свой взгляд поверх букета орхидей, украшавших стол.

Джулия была с ним такой, какой до нее не была ни одна женщина. Она дерзила ему, перечила, спорила с ним, обвиняла! Никто до нее не позволял себе ничего подобного! И это (Алекс удивился, когда подходящее слово пришло ему в голову) было для него ново!