Невозможно представить… Часть 1 - Кей Дж. - Страница 8

– На твоем месте я бы постарался не перечить мне, – прошипел он. Карие глаза девушки вспыхнули желтыми огоньками, а где-то глубоко внутри них мелькнул страх. Словно пытаясь сдержать рвущийся из груди крик, Джулия закусила губу, и Алекс забыл, что происходит.

Его глаза метались по ее лицу, не зная, на чем остановиться. На темных, вразлет бровях, на карих глазах, опушенных густыми ресницами, на маленьком вздернутом носике, или на капле крови, просочившейся из прокушенной губы девушки. Алекс сжал руки, непроизвольно стараясь сильнее прижать ее к себе.

– Вы делаете мне больно, – донеслось до него. Он вздрогнул и разжал пальцы.

– Простите меня, – пробормотала девушка, отступая, и потерла предплечье правой руки. На тонкой коже, там, где кончался рукав рубашки, темнели пятна синяков.

Алекс почувствовал отвращение к самому себе.

– Сама виновата, – попыталась улыбнуться она, и это окончательно добило его. Он угрожал ей, применил к ней физическую силу, а она еще оправдывала его! Зачем бы она сюда не приехала – он не имел права так обращаться с женщиной. Ублюдок!

– Джулия, – и девушка вздрогнула, когда он назвал ее по имени. – Я прошу прощения за этот… – он замялся, пытаясь дать название тому, что сейчас произошло. – За этот акт насилия над тобой.

Девушка чуть склонила голову, принимая его извинения.

– Вы не виноваты, – невесело усмехнулась она. – У меня отвратительный характер. Не могу держать язык за зубами.

– Это не оправдывает моего поведения с тобой!

– Вашего поведения со мной вообще ничего не оправдывает, – просто сказала она.

Он промолчал, зная, что она права. Он не имел права задерживать ее здесь, на острове. Не имел права заставлять ее работать. Не имел права обвинять ее Бог знает в каких грехах только потому, что он решил, что она виновата! Все его поведение по отношению к ней было продиктовано старым, как незаживающая рана, чувством ненависти к породе журналистов.

– Я улетаю завтра на континент и оттуда в Англию, – начал он издалека, не зная, что еще можно было сказать. Совесть грызла его, требуя отпустить девушку на все четыре стороны, и забыть про сегодняшний день навсегда. А обещание, данное сестре, заставляло задержать ее хотя бы на две недели, до тех пор, пока не приедут родители.

– Счастливого пути, – пробормотала девушка, продолжая разглаживать на предплечье покрытую синяками кожу. Алекс старался не смотреть на это, но глаза сами, против его воли, постоянно возвращались туда.

– Как только я вернусь, ты будешь свободна! – мягко сказал он.

Девушка вскинула на него удивленные карие глаза с желтыми яркими крапинками, похожими на маленькие капельки солнца.

– И когда вы вернетесь? – задала она резонный вопрос.

– Через два месяца.

– Не могу сказать, что меня это обрадовало, – проворчала она.

– Сколько тебе лет, Джулия? – внезапно спросил Алекс. Девушке, стоящей в метре от него, он не дал бы больше двадцати. Однако, слушая ее речь, мужчина с определенностью бы сказал, что она старше.

– В декабре будет двадцать пять, – неохотно ответила она. И добавила назидательным тоном:

– Вообще, женщину неприлично спрашивать о возрасте.

И, заметив, как напряглись плечи Алекса, торопливо сказала.

– Я пошутила. Простите.

Алекс внезапно ощутил себя закомплексованным болваном с полным отсутствием чувства юмора. Лили постоянно его подначивала, выводила из себя, откровенно дерзила. Он должен был уже привыкнуть! Тогда почему в каждом слове этой девушки ему слышится скрытое оскорбление?

– Я вернусь через два месяца или раньше, – повторил он. Джулия внимательно смотрела на него и молчала, словно боялась снова сказать что-то невпопад. – И у меня к тебе просьба…

Она поклялась бы чем угодно, что он с трудом выдавил из себя последние слова! И была уверена, что Алекс Вентворт и сам не помнил, когда в последний раз кого-то о чем-то просил.

– Это даже удивительно, – негромко сказала девушка и еле заметно улыбнулась.

– Я думаю, тебе нравится дразнить меня, – не остался в долгу мужчина.

– Я еще не решила, – и мужчина удивленно взглянул на нее. В ее голосе ему отчетливо послышалось лукавство.

– Джулия, – начал было он тоном старшего брата, но девушка прервала очередное нравоучение.

– Я больше не буду, – однако в огромных карих глазах продолжали прыгать лукавые чертики. – О чем вы хотели меня попросить?

– Я хотел попросить тебя присмотреть за Лили, – без обиняков сказал он.

– Интересно, как я могу это сделать? – она склонила голову на бок, и в ее светлых волосах тут же запуталось солнце. – Ведь вы час назад запретили мне даже близко подходить к ней!

– Возможно, я неправильно выразился. Лили уже давно не ребенок, и ей не нужна нянька. Ей, скорее всего, нужна подруга подходящего возраста. Или компаньонка.

– И вы считаете, что я прекрасно подхожу на эту роль? Я, которую вы считаете журналисткой, прилетевшей шпионить сюда за вами и вашей семьей?

– Джулия, – в голосе Алекса послышалось предупреждение.

– У меня это просто в голове не укладывается! Я – наемная подруга для вашей сестры! Вы не думаете, что это оскорбительно для нее?

– У меня нет выбора! – отрезал Алекс. – Ты понравилась ей, она не хочет оставаться здесь одна, а ты подходящего возраста и прекрасно скрасишь ее время, пока не приедут наши родители!

– У вас, богачей, это принято? – карие глаза девушки сузились от злости. – Покупаете все, что захотите! Даже друзей своей сестре! Словно кукол!

– Таких, как ты, я мог бы купить целую дюжину! – иллюзорное перемирие, воцарившиеся между ними, куда-то исчезло, словно его и не было никогда.

– Что же вам мешает? – язвительно поинтересовалась девушка.

– Выбор очень скудный, – Алекс сжал кулаки, пытаясь сдержаться.

– Как я вам сочувствую! – приторно сладким голоском протянула Джулия.

– Ну, хватит! – рявкнул он. – Или соглашайся, или тюрьма будет тебе домом в ближайшие десять лет! Уж я, поверь мне, смогу это устроить!

– От вашего предложения просто невозможно отказаться! – выпалила она. – Конечно, я соглашаюсь!

И, развернувшись, пулей вылетела из гостиной.

– Он не разрешил, да? – захлопнув за собой дверь, она едва не сбила с ног Лили. Девушка тревожно смотрела на нее, нервно теребя в руках белый цветок.

– Твой брат просто невозможный тип! – выпалила Джулия, пытаясь успокоится.

– Я знаю, – печально согласилась Лили, а в ее голосе послышалась такая тоска, что Джулии стало искренне жаль ее. Она была здесь словно птичка в золотой клетке – заложница своего богатства. И девушка вдруг поняла, почему мужчина в соседней комнате всеми средствами пытался заставить ее опекать Лили. И не смогла не оценить этого.

– Ну, улыбнись! – притворно веселым голосом воскликнула Джулия. – Все хорошо!

– Это правда? – у Лили был такой неуверенный вид, что Джулия энергично тряхнула головой в подтверждение своих слов.

– Вы так ругались, – протянула она.

– Твой брат очень любит тебя и всеми силами пытался меня уговорить, – улыбнулась Джулия, непроизвольно касаясь предплечья.

Лили скользнула взглядом по ее руке и замерла. Синие глаза расширились, и девушка ошеломленно уставилась на Джулию.

– Это он сделал? – тихо спросила она. В ее голосе послышались нотки сомнения, а взгляд заметался по лицу Джулии, требуя опровержения.

– Да! – и Лили отшатнулась от нее.

– То есть – нет! – поправилась Джулия, ругая себя за длинный язык. – Лили!

– На тебе не было синяков час назад!

– Это пустяки!

– Вот это пустяки? – Лили схватила ее за запястья и повернула руки к свету. Отпечатки пальцев Алекса потемнели, и Джулия пожалела, что рукава ее рубашки короткие.

– Это маленькое недоразумение! – она вырвалась из цепких рук девушки и отступила назад.

– Алекс никогда ни на кого не поднимал руку, – расстроено прошептала Лили, готовая вот-вот заплакать.

– Лили! Ну, пожалуйста! – Джулия сама была готова заплакать вместе с ней. Шагнув вперед, она обняла девушку. – Он не поднимал на меня руку. Он просто слишком сильно схватил меня. Я сама довела его.