Скандальный развод. Ты пожалеешь, дракон! (СИ) - Винсент Юлианна - Страница 26

Мы одновременно выпучили друг на друга глаза, понимая: я — откуда мне были знакомы эти слова, Эмма:

— Это что же получается, лорд Аластор тоже сгорел?

— Сгорит он как же? — отмахнулась я, закатив глаза. Теперь уже, забыв про всякие приличия, я лихорадочно искала записку. Мои пальцы нервно барабанили по столешнице… — Его кувалдой не перешибешь, не то что уж там что-то уж! Эмма, где записка?

Управляющая смутившись, отвела взгляд, густо покраснев. Ее плечи слегка дернулись, выдавая волнение. Потом она затараторила, комкая край платья в руках:

— Миледи, вы только не ругайтесь. Я не хотела читать ваше письмо. Просто оно упало со столика и развернулось. Я краем глаза увидела, когда поднимала. Я не специально. Потом сразу же свернула и убрала в сервант.

Не знаю почему, но мне было важно взглянуть на это письмо еще раз. Я встала из-за стола и, стараясь сохранять спокойствие, подошла к красивому резному серванту из белого дуба, украшенному витиеватыми узорами. Выдвинула ящичек… и резко отпрянула назад, задыхаясь от тошнотворного запаха.

Источник мерзкого запаха был обнаружен. Вместо изящного послания, написанного каллиграфическим почерком, в ящике лежала склизкая жижа, похожая на гниющий студень. Бумага полностью разложилась, превратившись в зловонную массу, от которой исходил приторно-сладкий запах разложения, смешанный с чем-то химическим и едким. Невозможно было даже представить, что когда-то это было письмо.

— Это…этого там не было, — зажимая нос рукой и отворачиваясь, пыталась оправдаться управляющая, ее глаза были полны ужаса… — Клянусь всеми богами, миледи.

Не успела я и слова вымолвить, как двери столовой с грохотом распахнулись, ударившись о стены. На пороге стоял лорд Инквизитор, собственной персоной, живой и, к моему большому удивлению, весьма недовольный.

— Вот, я же говорила, что ничего с ним не будет, — нервно хихикнув, шепотом сказала я Эмме.

За его спиной маячили двое стражников в полном облачении, их лица выражали суровость и решимость, но и они морщились от издаваемого запаха.

Аластор медленно вошел в столовую, его взгляд изучающе прошелся по мне. Казалось, он пытается разглядеть во мне то, что раньше ему было недоступно.

Он перевел взгляд с меня на ящик с вонючим недоразумением, едва заметно кивнул каким-то своим мыслям и, повернулся обратно ко мне, пристально глядя мне в глаза.

— Марианна, — произнес он ровным, угрожающим голосом, от которого по коже побежали мурашки. — Ты арестована за незаконное использование черной магии.

«Лучше бы ты сгорел», — промелькнула в моей голове едкая мысль.

Марианна

— Аластор, а тебе раньше говорили, что ты крайне неприятный мужчина? — спросила я у все еще не бывшего мужа, смерив его презрительным взглядом. Сидеть в магических кандалах было унизительно, но сейчас меня больше раздражала его непроницаемая маска. Интересно, что творилось в его голове? Очень бы хотелось надеяться, что этот изверг вез меня хотя бы в тюрьму, а не прямиком на эшафот.

— Было пару раз, — честно признался он, продолжая меня внимательно разглядывать.

— Слушай, — чуть подавшись вперед, сказала я. Мне так, откровенно говоря, надоели эти мышиные бега, что я забыла о том, что мне надо играть в леди. — Если ты хотел от меня избавиться, мог бы просто не вытаскивать из того костра. Я бы сгорела себе тихонечко и ты бы радостным вдовцом отправился жениться на своей пигалице. Для чего было устраивать весь этот цирк?

— Какой цирк? — сурово нахмурив брови, спросил Дракмор, его челюсть напряглась, а в глазах вспыхнуло нетерпение. Казалось, моя прямолинейность вывела его из равновесия. Хорошо…

— С приглашением меня в наше место, чтобы потом спалить дотла это наше место вместе со мной, — пояснила я, наигранно кривляясь на словах про «наше место». От воспоминания о записке и склизкой жиже, в которую она превратилась, меня передернуло. — К чему эти бессмысленные действия? Или ты резко пожалел о том, что тогда спас меня?

— А ты все делаешь для того, чтобы я пожалел? — спросил в ответ Аластор, повернувшись ко мне всем корпусом. В его голосе послышались рычащие нотки, а в глазах мелькнул опасный блеск. Расстояние между нами казалось удушающе маленьким, и я невольно отпрянула назад, чувствуя, как учащается пульс.

— Заметь, это не я все время являюсь к тебе на порог с дурацкими вопросами и предложениями, — прошипела я в ответ, скрестив руки на груди, благо, магические наручники давали такой разбег для маневра. Мое сердце бешено колотилось, а щеки пылали. — С тех пор, как ты меня выставил — это ты все время ищешь встречи со мной. А у меня и без того, поверь, дел, как у дурня пряников!

— Это интересно каких? — не уступал моему возмущению Дракмор, его голос стал более низкий и хриплый. — По ночам на кладбище с мужиками шастать, да ритуалы запрещенные проводить?

— Не трогай Теодора! — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как внутри все закипает от злости… — Он хороший!

— Про чудовище в лесу ты говорила тоже самое! — прорычал мне в ответ Аластор, его глаза потемнели, а губы превратились в тонкую линию. Он был в ярости. Ярости, которая, как мне казалось, была направлена не только на меня, но и на самого себя.

— Ты не понимаешь! Это другое, — начала было я, но внезапно экипаж резко затормозил, и мы оба, по инерции, подались вперед.

Аластор схватил меня за плечи, и наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Я могла видеть каждую пору на его коже, чувствовать его горячее дыхание на своих губах. Наши взгляды встретились, и я утонула в глубине его голубых, как море, глаз. В них плескалась не только ярость, но и…желание?

— Хватит, Марианна, — прошептал он, его голос был полон раздражения и страсти. — Хватит испытывать мое терпение…

— А то, что? — ляпнула я быстрее, чем успела подумать, что наверное не стоит дергать дракона за хвост.

Мое сердце колотилось в груди, как птица в клетке, и я чувствовала, как кровь приливает к щекам. Зачем я это сказала? Зачем дразню его? Может быть, я просто хотела увидеть, как далеко он готов зайти?

Аластор усмехнулся, но усмешка эта была холодной и опасной. Его пальцы крепче сжали мои плечи, и он притянул меня еще ближе. Его дыхание опалило мою кожу, и я невольно вздрогнула.

— А то я могу забыть, что ты моя жена, и наказать тебя, как непослушную девчонку, — прошептал он мне на ухо, медленно скользя рукой вниз к моему бедру.

От его слов и действий по спине пробежал табун мурашек. Наказать? Что он имел в виду? Это что, был флирт или мне показалось?

Он резко отстранился и отпустил меня. В его глазах больше не было ни ярости, ни желания — только холодный, расчетливый взгляд. Он словно снова надел маску неприступности, и я почувствовала, как меня пробирает дрожь.

— Доставить ее в темницу, — не глядя на меня, скомандовал он стражникам, которые к этому моменту как раз открыли двери экипажа, и выбрался наружу. — И чтобы никто не смел ее навещать и даже близко не подходил. Отвечаете головой!

Стража помогла выбраться мне.

— Аластор, — тихо позвала я, внимательно глядя ему в глаза. — Ты же знаешь, что я здесь не при чем!

В его пристальном взгляде плескалась целая гамма чувств, которые я не могла определить.

— В последнее время, мне кажется, что я ничего не знаю, — также тихо ответил мне Дракмор, заглядывая мне в самую душу. — Я тебя не знаю. Но обязательно со всем разберусь. И если ты невиновна, я это докажу. Но пока ты будешь в темнице, для твоей же безопасности.

Он отвернулся и ушел, оставив меня стоять посреди дороги в окружении стражников. Меня отвели в едва освещенную, сырую камеру и дверь за мной с грохотом захлопнулась. Я осталась одна в полной тишине и полумраке.

Холод пробирал до костей, а запах плесени и сырости вызывал тошноту. Я присела на жесткую каменную скамью, чувствуя, как силы покидают меня и запустила руки в карманы дорожного плаща, чтобы хоть немного согреться.